Чтение онлайн

Прежде всего, в результате существенного повышения уровня жизни населения необходимо отметить системную и многостороннюю деградацию общества как в психофизиологическом, умственном, эстетическом, этическом и самое главное – в нравственном гуманистическом отношении. Естественным следствием «хорошей и сытой» жизни является умственная деградация, которая проявляется в использовании вульгарного понятийно-категориального аппарата в организации жизнедеятельности в обществе, причем эта деградация наблюдается именно в области социальных базовых понятий. В настоящее время понятия человек, общество, государство, управление, власть, экономика, капитал, стоимость, деньги и т. д. до бесконечности, настолько вульгаризированы, что порой полностью утратили свой смысл. Но именно на таких бессмысленных понятиях организована жизнедеятельность общества во всех сферах, включая взаимоотношения с экосистемой природы.

Как только жизнь из борьбы за выживание, когда человеку вынужденно приходилось использовать по максимуму всю физическую, умственную и эмоционально-чувственную энергию, превратилась в относительно спокойное и безбедное существование и угроза жизни организму исчезла, так основой работы ленивого мозга стала энергетически малозатратная лимбическая система. Этому способствует практика организации жизнедеятельности как социальный опыт. В результате автоматизации и роботизации производственных процессов происходит примитивизация всех видов физической и умственной деятельности, появление способов получения доходов без каких-либо трудовых усилий, что, естественно, снижает требуемый уровень знаний и необходимость умственной деятельности. Расширение сферы квазидеятельности, основанной на махинациях, мошенничестве, обмане, спекуляции, ростовщичестве, казнокрадстве приводит к полной деградации гуманистических нравственных устоев жизни и замене их на псевдо ценности примитивного бытия: материального благополучия, безудержного безмерного потребления, наживы и богатства. Вещественное потребление и фиктивные ценности в виде фантомных денег становятся превыше всего: за деньги можно купить все: и красоту, и здоровье, и образование, и счастье, и культуру. Смысл жизни духовного развития человека полностью утрачивается, потому что деградация происходит не только в науке, производстве, экономике, управлении, но и в быту, спорте, отдыхе, в искусстве и культуре в целом.

Утрата гуманных нравственно-ценностных установок, таких как честь, достоинство, совесть, примитивизировало мировоззрение и характер человека до такой степени, что общественное сознание ограничивается парадигмой примитивного животного существования, не выходящего за рамки индивидуального потребительства и наживы. При этом в качестве целевых «жизненных» ориентиров путем манипуляции общественным сознанием пропагандируется, навязывается и повсеместно принимается стандарт потребностей США, предложенный как норма жизни [213] .

Парадоксальным является тот факт, что, несмотря на увеличивающуюся быстрыми темпами пропасть между бедными и богатыми, это явление в обществе воспринимается относительно спокойно и обыденно. Этот процесс не осознается как критический, вследствие того, что, с одной стороны, собственное материальное положение большинства населения вполне удовлетворительное, соответствует стандарту, а с другой стороны, и бедные и богатые – все понимают эфемерность призрачность непомерных богатств [214] . Более того, в идеологии монетаристской рыночной экономики, при всей ее несостоятельности, залогом успеха провозглашается индивидуальная инициатива, которую имплицитно предполагается осуществить на безнравственных методах индивидуального предпринимательства и свободного рынка. Подобная антисоциальная и антигуманная политика подкрепляется процессами, складывающимися в реальной экономике вследствие научно-технического прогресса и фактической утраты социальной основы жизнедеятельности общества – общения и принципов совместного кооперативного труда и коллективной деятельности в производственных процессах. Однако утрата социальности, совместности и коллективности деятельности, ориентация на индивидуальный труд и индивидуальные успехи – это путь к распаду общества. Тем не менее, за счет такой политики затушевываются реальная картина фактически существующей стратификации общества и соответственно скрываются привилегии в правовых нормах, распределении благ, условий труда, быта и условиях жизни, в образовании, культуре, зарплате, в занятости, отдыхе, так как любая стратификация предполагает неравенство, привилегии и ограничения, ущемления прав и свобод отдельным категориям граждан.

Принципы монетаризма и свободного рынка в экономике неизбежно приводят к деградации системы воспитания, образования и науки. Нельзя ко всем сторонам жизни человека в обществе подходить с меркантильных стоимостных позиций – денежный стимул неприменим в науке, искусстве, воспитании и образовании. Наиболее негативная картина складывается в отношении социальных наук, экономики и управления, которые собственно являются теоретической основой организации всех сфер жизнедеятельности общества. В результате отсталости социальных наук (а точнее – вульгаризации вследствие отсутствия их научно-теоретической основы) и их сдерживание приводит к тому, что в обществе складывается фиктивная нежизнеспособная антисоциальная и антигуманная структура экономики, неизбежно ведущая к кризису и распаду общества. Экономика, построенная на частной собственности, принципах монетаризма и свободного рынка может существовать только в текущем времени и всегда ориентирована только на текущие изменения, поэтому со стоимостных позиций для нее характерны ограниченность и невозможность долговременных расчетов, построения прогнозных вариантов формирования стратегии развития общества, тем более в гармонии с природой. В итоге – распад общества, деградация населения и самоуничтожение человечества.

В настоящее время концепция экономики, основанная на частной собственности и принципах монетаризма, реализованная в практике деятельности всех стран, формально демагогически декларируется как наиболее эффективная система повышения благосостояния народа [215] и решения экономических задач всего общества в условиях свободного рынка и свободы индивидуального предпринимательства без вмешательства государства. Однако уже сама современная стержневая идея монетаризма – беспредельное стремление к наживе и накоплению «богатства» от владения частной собственностью любыми способами в действительности является по своей сути антисоциальной, разрушающей общественные устои совместной жизнедеятельности, а по методам и способам достижения ее как цели – антигуманной, разрушающей мораль и нравственность человека. Подобной парадигмы существования (бытия) с целью беспредельного обогащения нет даже в дикой природе животного и растительного существования, тем более не может быть в жизни разумного человеческого общества. Как уже указывалось ранее, понятие частной собственности, на средства, условия производства и результаты кооперативной деятельности, положенное в основу монетаристской идеологии, противоречит самой сущности объективно совместной разумной организации жизнедеятельности человеческого общества, так как абсолютно все ее результаты являются общими, или социальными, как с точки зрения совместного производства, так и общего потребления. Однако для реализации безумной парадигмы существования в целях укрепления института частной собственности – основы монетаристской экономики и свободных рыночных отношений – введено вульгарное, лишенное всякого смысла, понятие капитала как самовозрастающей стоимости, и извращена сущность денег, когда вместо универсального средства товарообмена деньги превращены в самостоятельный специфический товар. Более того, после замены денег-монет бумажными купюрами без золотого обеспечения показатель денежной стоимости вообще превратился в фикцию, фантом. В результате богатство и благосостояние общества стало оцениваться и измеряться абстрактными информационными, по сути, пустыми – фантомными деньгами, вульгарно обозначаемыми «капиталом». При этом для «производства» фантомных денег были созданы целые отрасли квазидеятельности. Это кардинально изменило целевую парадигму жизни человека в обществе, исключив из нее объективную основу совместной производственной деятельности для повышения уровня благосостояния и духовного развития всего общества, заменив ее на индивидуальные потребительские ценности накопительства богатств в виде фантомных денег.

Для достижения этой цели в качестве источников легкой наживы безо всякого производительного труда, и, прежде всего, естественно, для собственников «капитала» придумали различные виды квазидеятельности. В структуре экономики, наряду с отраслями по производству реальных общественно значимых и жизненно необходимых продуктов потребления, на первый план выдвигаются отрасли нетрудовых доходов этой «деятельности»: различные формы хозяйственных отношений (штрафы, пени, неустойки, компенсация недополученных доходов, упущенной прибыли и т. п.), сфера торговли, бизнеса и коммерции, где наиболее удобно и легко производить манипуляции с пустыми деньгами и ценами, занимаясь спекулятивной деятельностью, исходя из частнособственнических интересов. Распространение этих отраслей в определенной степени обусловлено и объективными причинами. В результате научно-технического прогресса вследствие механизации, автоматизации, компьютеризации и роботизации производственных процессов и внедрения безлюдных технологий в структуре экономики катастрофически сокращается количество работников и прежде всего рабочих, непосредственно занятых в отраслях материального производства реальной экономики, при одновременном увеличении числа занятых коммерческой (торговой) деятельностью и предоставлением различного рода посреднических услуг. Все это сокращает возможности монетаристской экономики получения необоснованных доходов за счет эксплуатации наемного труда рабочих материального производства, именно поэтому акцент извлечения доходов переносится в сферу услуг и квазидеятельности нематериального «производства», без использования рабочих. В результате этого происходит необоснованный рост стоимости реальных продуктов потребления без увеличения их физического объема, и при этом одновременно увеличивается «финансовый пузырь» государства. Еще больший масштаб замены производственного сектора экономики отраслями, не производящими реального продукта, прослеживается в рамках мировой экономики в так называемых «развитых» странах Европы, Северной Америки, где вместо реального сектора экономики [216] (перемещенного в страны Латинской Америки, Азии, Африки) гипертрофированно развивается сфера услуг (торговля, посреднические, консалтинговые, юридические услуги, туризм, рекламная деятельность, средства массовой информации и т. п.), которая также необоснованно увеличивает стоимость товаров массового потребления, формируя тем самым огромное количество «фантомных», виртуальных денежных средств, не подкрепленных реальным национальным валовым продуктом. Кроме этого, баснословные сверхприбыли частнособственнического капитала в форме «пустых» денежных средств, не подтвержденных реальной произведенной массой товарной продукции, представляют собой также виртуальные пустые денежные средства. В соответствии с глобальной целью подобной экономики была изменена целевая ориентация организаций. Якобы основу экономики страны представляют коммерческие организации, деятельность которых «приносит» прибыль. Организации стали подразделять на коммерческие (прибыльные), и общественные (?), по сути, «бесполезные», не производящие прибыль [217] . Хотя, все органы власти, государственные организации и учреждения, организации систем воспитания, образования, здравоохранения, медицины, социального обеспечения, правоохранительные и другие организации и относятся к общественным организациям, не приносящими прибыль, однако они жизненно необходимы для организации нормальной жизни общества. Подобная некорректность приводит к совершенно необоснованному утверждению о том, что главной целью всех организаций является получение прибыли, ничем необоснованной стоимостной надбавки к реальной стоимости трудовых и материальных затрат [218] . В результате основное внимание всех экономических концепций стало уделяться формированию рыночных отношений, а все вопросы управления производством рассматриваться с позиций маркетинговых махинаций [219] .

Первая несуразность подобных утверждений заключается в том, что абсолютно все организации являются общественными, т. е. такими, где работает (занято) больше одного человека, поэтому выделение общественных организаций в отдельную категорию бессмысленно. Более того, все без исключения организации, включая и так называемые коммерческие, являются производственными [220] в том смысле, что итогом их деятельности всегда есть какой-нибудь результат – продукция потребления, или услуги, которые они производят. Каждая организация представляет собой систему различных типов, классов и видов деятельности, где коммерческая, или торговая, деятельность является не только неотъемлемой частью любой организованной деятельности, но и жизнедеятельности общества в целом [221] . Все организации (не только чисто коммерческие) объективно занимаются куплей-продажей, или торговой, деятельностью: покупают материально-сырьевые, трудовые, информационные ресурсы, различные комплектующие, необходимые для своей деятельности, продают или передают бесплатно свою продукцию и услуги обществу и с этих позиций являются, как и все прочие организации, коммерческими. Однако это не является основанием для обозначения их коммерческими или некоммерческими с точки зрения получения прибыли. Торговля, или торговая деятельность, в обществе существовала всегда, потому что товарообмен на рынке – это неотъемлемый атрибут жизнедеятельности общества. Однако замена понятия торговой деятельности на коммерческую произведено не случайно. Торговля, или купля-продажа, предполагает товарообмен или в форме бартера, непосредственного натурального обмена товарами, или в форме товар – деньги – товар. При такой форме товарообмена стоимость товаров оценивается примерно одинаково. При перепродаже одного и того же товара возникает стремление получить определенную выгоду, для чего цена продаваемого товара завышается. Подобные торговые операции с целью получения выгоды называются спекуляцией. В связи с тем, что монетаристская идеология предполагает получение прибыли любыми доступными способами, поэтому вместо торговой деятельности, связанной только с товарообменом, предложили использовать термин коммерческая деятельность, которая предполагает совершать широкий круг любых сделок, которые могут приносить прибыль за счет спекуляции, мошенничества, обмана и т. п. В результате этого, основной целью всех организаций, которые обрели статус коммерческих, стало получение прибыли любыми способами, естественно с наименьшими затратами и риском. Например, превращение банков и финансовых организаций в коммерческие позволило им помимо расчетно-кассовых операций, хранения, сбережения, учета движения финансовых и денежных средств сосредоточить свое внимание на ссудной и кредитной деятельности, осуществляемых на безнравственных принципах ростовщичества.

Вторая несуразность проявляется в том, так называемые общественные организации, особенно государственные, правоохранительные, как правило, не продают результаты своей производственной деятельности в форме товаров или услуг на рынке, а предоставляют их населению, или обществу в целом, бесплатно, потому что затраты на их деятельность финансируются за счет специальных источников в форме средств государственного бюджета за счет фискальной налоговой политики. Таковы, например, деятельность органов власти, оборона страны, охрана государственных границ, здравоохранение, образование, правоохранительная деятельность, деятельность пенитенциарных организаций, социальная защита населения, охрана окружающей среды и т. п. Однако, это совершенно не означает, что эта деятельность не требует затрат материальных, трудовых, финансовых, энергетических, информационных и прочих ресурсов. Для осуществления деятельности любых общественных правозащитных, профсоюзных, партийных организаций, волонтерских и других общественных движений также требуются, как правило, немалые соответствующие материальные, трудовые, финансовые и денежные средства. Только источником финансирования этих затрат являются не доходы от реализации результатов своей «производственной» деятельности, а налоговые отчисления от личных доходов населения страны и организаций других отраслей экономики. Более того, все эти организации обязательно осуществляют деятельность по приобретению топливно-энергетических, материально-технических, трудовых, финансовых и информационных ресурсов и тем самым непроизвольно участвовать в формировании пустых денег. Таким образом, абсолютно все организации, помимо своей воли, включены в систему безосновательного повышения стоимости своей продукции за счет абсолютно безграмотного определения термина «коммерческий», подразумевающего обязательное получение прибыли. Однако именно такую экономику, вопреки здравому смыслу, необоснованно определяют как «рыночная экономика». Причем особенность безосновательного повышения стоимостных показателей за счет прибыли заключается в том, что таким образом увеличивается стоимость всех ресурсов и готовой продукции, кроме трудовых, т. е. заработной платы наемных работников, хотя, согласно вульгарной «теории» прибавочной стоимости К. Маркса, именно трудовые ресурсы (наемная рабочая сила) и являются источником прибыли.

Здесь нужно отметить, что уже само понятие «рыночная экономика» абсурдно по своей сути. Жизнедеятельность любого цивилизованного общества представляет собой неразрывное единство трех стадий искусственной организации жизнедеятельности: производства продуктов потребления, обмена продуктами производства и потребления (использования) этих продуктов [222] . Взаимосвязь этих трех стадий организации жизнедеятельности может быть представлена в абстрактной стоимостной интерпретации, которая обозначается термином «экономика». Иначе говоря, жизнедеятельность общества, реализуемая в совокупности всех трех этапов и описываемая в стоимостных показателях, представляет собой экономику. Рынок, или точнее, сфера обращения, где происходит обмен продуктами производства, независимо от формы обмена (чистого товарного, менового или товарно-денежного), является неотъемлемой частью организованной жизнедеятельности, или экономики, любого цивилизованного общества. Особенности функционирования сферы обращения, так же как и других стадий экономики, обусловлены разумной сущностью (смыслом) организации деятельности этих сфер, принципами организации и системой управления. Иначе говоря, любая экономика априори является рыночной и никакой другой быть не может. Поэтому все рассуждения о переходе к рыночной экономике лишены смысла. Речь в действительности может идти только о системах управления экономикой в целом и сферой обращения, или рынком, в частности.

Централизованная система производства и распределения продукции не исключает и в принципе не может исключить наличия сферы обращения. Любая распределительная система – это всего лишь своеобразная форма реализации товарно-денежных отношений, где сам товар свободно обменивается на деньги, но только в нормируемых количествах, независимо от размеров денежных средств у покупателя. Даже в условиях централизованного производства нескладируемой продукции (тепловой, электрической энергии, питьевой воды, бетона, раствора и т. п.), когда производство осуществляется только тогда, когда возникает потребительский спрос, при недостатке производственных мощностей (в условиях дефицита) потребительские запросы лимитируются в соответствии с установленными социальными приоритетами потребителей. В любом цивилизованном государстве даже при попытке введения простого натурального обмена необходимо вместо стоимостных показателей все равно вводить какие-то другие эквиваленты соизмерения вещественных и духовных результатов труда. С этих позиций стоимостные показатели, пока человечество не придумало другие адекватные и простые интерпретаторы результатов человеческого труда, являлись до определенного момента вполне пригодным и эффективным средством в сфере обращения. Все проблемы системы обращения в форме товар – деньги – товар, независимо от централизованной или децентрализованной системы управления этой сферой, заключаются только в способах определения стоимостных показателей цены, принимаемой в качестве всеобщего универсального эквивалента. Более того, децентрализованной «свободной» системы управления как производством, так потреблением и рынком в принципе в цивилизованном обществе быть не может, так как абсолютно все взаимоотношения во всех социальных сферах жизнедеятельности институционально нормативно регулируются на уровне государства. Любая свобода поведения каждого члена общества во всех жизненных проявлениях нормативно устанавливается в рамках допустимых границ, и контролируется соблюдение этих норм системой правоохранительных органов. Централизованная система планового распределения продукции в сфере обращения (на рынке) объективно является наиболее эффективной социальной формой цивилизованной организации удовлетворения потребностей населения с учетом социальных приоритетов и наличных возможностей производителей. Именно плановая общественная система производства и распределения позволяет избежать кризисных явлений в экономике (перепроизводства продукции, демпинговых и спекулятивных манипуляций) за счет социального регулирования цен (проведения государственной политики цен), справедливого с социальной точки зрения удовлетворения дефицитного спроса, и самое главное – социально обоснованного экономического развития отраслевого производства в соответствии с динамикой общественного спроса [223] .