Чтение онлайн

Третья несуразность заключается в том, что действительной целью и функциональным предназначением производственной деятельности всех организаций, включая чисто торговые, является не получение прибыли, а эффективное производство готовой продукции (услуг), включая осуществление торговых, товарно-денежных и денежно-товарных обменных операций (услуг). Коммерческая, или торговая, деятельность относится к сфере обращения [224] . Именно в этой сфере окончательно формируется так называемая прибыль как безосновательное превышение продажной стоимости продукции над реальными затратами на ее производство и реализацию. Вместе с тем здесь реализуются торговые (меновые) отношения, включающие покупку и реализацию продукции, вообще всех производственных организаций (операции товар – деньги и деньги – товар). В связи с тем, что все организации, включая торговые, по сути производственные, поэтому основной целью любой социальной (общественной) организации объективно [225] является производство конкретной продукции (услуг) определенной номенклатуры, количества и качества – общественно необходимой продукции потребления, или услуг (воспитания, здравоохранения, медицинских, образовательных, правоохранительных, банковских, консалтинговых и т. п.). Экономический результат при этом определяется на принципах самоокупаемости затрат. Сфера обращения (а не вульгарный рынок, базар) и коммерческая деятельность, как и любая другая производственная стадия «жизненного» цикла продукции, должны строиться на принципах самоокупаемости затрат без использования антигуманных аморальных способов спекуляции, мошенничества и обмана, а за счет эффективной организации производственной деятельности.

В действительности коммерческая, или торговая (обменная), деятельность производственных организаций наряду с другими классами и видами организационной деятельности предназначена лишь для локального обеспечения нормального функционирования организации на принципах самоокупаемости затрат, но только не для получения необоснованной прибыли. Более того, существует множество производственных организаций, у которых превышения стоимости реализуемой продукции (услуг) над себестоимостью (собственными затратами) и, соответственно, появления прибыли от реализации продукции в принципе не может быть. Таковы, например, организации социального обеспечения (дома престарелых, приюты, психиатрические лечебницы и т. п.), воспитания (ясли, детские сады, интернаты), образования (школы, гимназии, лицеи, средние специализированные профессиональные училища, высшие учебные заведения), здравоохранения и медицины, академической науки, организации и предприятия органов правопорядка, разведки, пограничной и противоракетной обороны, армии, флота, авиации, военно-промышленного комплекса, организации по ликвидации чрезвычайных ситуаций и т. п. Такие организации, как правило, совершенно некорректно обозначаются некоммерческими, или общественными, т. е. не преследующими цели получения прибыли, хотя вопросы эффективного использования материально-технических, трудовых и финансовых средств в этих организациях стоят не менее остро, чем во всех других организациях, независимо от их классификации.

И наконец, основной недостаток подобной классификации организаций заключается в следующем. Если целью любой организации провозглашается получение прибыли, то все усилия системы управления направлены, естественно, на решение этой задачи. Парадоксальность этого заключается в том, что задачи реализации решаются за пределами производственной организации в сфере обращения, а реальная экономическая эффективность производства продукции является внутренней производственно-технологической проблемой организации трудовых процессов и может быть решена только путем совершенствования организации производства. Однако все внимание управленческого аппарата производственных организаций сосредотачивается именно на решении большого количества текущих (оперативных) задач маркетинга и материально-технического обеспечения, в связи с тем, что из-за мгновенного изменения текущей ситуации они требуют оперативного принятия решений. Более того, их всегда проще решить, потому что они связаны с поведением покупателей в зависимости от эффективности манипуляции рыночных отношений. Причем именно такая «наука» управления «производством» закладывается в настоящее время в вузах и обозначается как менеджмент [226] . Проблемы организационно-технологического совершенствования производственных процессов всегда имеют долговременный стратегический характер и требуют серьезной системной инженерной технической и организационно-технологической проработки различными специалистами всего комплекса технологических процессов. Соответственно, здесь требуется совершенно другой уровень профессиональных знаний. В результате этого, вместо систематического повышения эффективности производства и снижения производственных затрат и себестоимости продукции, в практике деятельности реализуется «закон» систематического повышения цен как результат различных маркетинговых манипуляций. Подобная примитивная бессмысленная трактовка организаций, с одной стороны, затушевывает истинную картину экономических взаимоотношений в обществе, а с другой стороны, способствует дальнейшей деградации трудоактивной части населения общества.

Между тем, именно такой декларативный подход к получению прибыли, как к ничем не обоснованной надбавке к реальным затратам, наиболее удачно вписывается не только в сферу обращения и другие виды квазидеятельности, но и в различные виды, так называемой, хозяйственной «деятельности» (пени, штрафы, неустойки, упущенная выгода и пр.). При этом, исходя из частнособственнических интересов в получении сверхприбылей, по отношению к потребителям осуществляется прямой ценовой диктат с помощью различных маркетинговых «технологий» (таких как демпинг, ажиотажный спрос, искусственный дефицит, искусственное преднамеренное сокращение срока службы изделий, уценки и распродажи, бонусы и т. д.), включая рекламную деятельность, действенность которой искусственно завышается как в отношении сферы обращения, так и производства («реклама – двигатель торговли»). С социально-экономической точки зрения и моральной этики агрессивная рекламная деятельность вообще безнравственна и недопустима. Прежде всего, она направлена на те продукты потребления, реализация которых затруднена, поэтому реклама дает недостоверную, искаженную информацию, подчеркивая только положительные качества продуктов и умалчивая о недостатках. Особенно, это безнравственно в отношении продуктов питания и лекарственных препаратов, когда в целях получения постоянного дохода и огромных прибылей фармацевтическая промышленность вместо настоящих лекарственных средств занимается производством плацебо и других заменителей лекарств, которые лишь снимают симптомы, но не излечивают болезни [227] , а в составе пищевых продуктов используются вместо естественных дешевые искусственные заменители.

Продукты личного потребления используются каждым человеком самостоятельно, исходя из своих потребностей и собственных возможностей. При этом расходы на производство и реализацию он оплачивает добровольно, приобретая их в сфере обращения. Рекламируемая же продукция, в отличие от всех прочих продуктов личного и социально-индивидуального потребления, агрессивно навязывается населению и оплачивается им, независимо от его желания [228] , путем включения затрат на рекламу в структуру используемой не только материальной, но и духовной продукции, снижая эстетические и нравственные качества последней. Причем расходы на рекламу заранее включены в стоимость товаров, существенно и необоснованно повышая их цену [229] . Следует заметить, хотя подобная рекламная продукция вынужденно потребляется всем населением, однако стоимость ее оплачивается только непосредственными покупателями. Кроме того, искусственное включение рекламы непосредственно в тексты политической, научно-технической, духовной аудио- и видеоинформации, не только снижает их качество и ценность, но и, самое главное – приводит к определенной деградации нравственных качеств и уровня личностного развития человека, искусственно занимая («воруя») свободное время граждан потреблением ненужной (бесполезной) продукции, т. е. является антигуманной и наносит прямой вред нации.

Между тем самые негативные социальные последствия от рекламной деятельности, как и других видов квазидеятельности, заключаются в том, что в этих сферах занято много трудящихся, бесполезно расходуется большое количество ограниченных материальных ресурсов и, соответственно, огромные финансовые средства не только рекламодателей, финансовых и биржевых корпораций, но и труд целой армии работников средств массовой информации, деятелей культуры. Именно непроизводительное использование трудящегося населения и ресурсов, социальный и экономический ущерб, наносимый обществу производством рекламной продукции, позволяют обозначить ее как квазидеятельность. Деятельность, которая с точки зрения социальной полезности является вредной (асоциальной, безнравственной), а с точки зрения экономики – экономически неэффективной, должна быть исключена из перечня разрешенных видов деятельности в обществе. Соответственно, реклама может быть только социальной и производиться за счет общественных средств, а также в форме различных буклетов и других информационных печатных изданий, в объеме, необходимом только для конкретных покупателей-пользователей этой продукции, которые приобретают ее добровольно в случае необходимости.

Общедоступные средства массовой информации, прежде всего, социальные сети и телевидение, стали одной из услуг конкурентного рынка, удовлетворяющей потребности людей в зрелищах, и главным распространителем рекламы, разжигающей потребительскую жадность. Люди изматывают себя и других в погоне за богатствами, убивают себе подобных и отравляют землю только для того, чтобы иметь все больше и больше, сверх необходимого. Находящиеся под непрерывным воздействием СМИ, большинство людей отучилось мыслить самостоятельно. Космополитическая финансовая верхушка, овладев средствами массовой информации, получила возможность формировать общественное мнение, внедрять нужные ей идеи в сознание людей. Интерпретация и ложь весьма убедительно стали преподноситься как истина, а правда, искажаемая и высмеиваемая, стала бессильной. Стадность абсолютного большинства людей в «демократических» странах стала ничуть не меньше, чем в «тоталитарных». Демократия превратилась в средство владычества группы супербогачей над миром. Появление оружия массового поражения и манипуляция общественным сознанием в СМИ и социальных сетях, достигшие совершенства, заставили отказаться от крупномасштабных войн как средства решения межгосударственных проблем. Взамен этого в странах с неугодными для рыночных магнатов режимами разжигается межэтническая вражда, после чего применяется «миротворческая» военная сила. Началась борьба бедного большинства земли с богатым меньшинством доступными ему средствами: актами террора и широкомасштабным распространением наркотиков. Человечество пришло в состояние, чреватое всеобщей катастрофой.

В настоящее время объем виртуальной денежной массы, дополненный различными заменителями денег – квазиденьгами («ценными» бумагами, облигациями, векселями, акциями, лотерейными билетами и т. п.), настолько велик, что, с одной стороны, она превращается в особый «товар», который поступает на финансовый рынок, где с ним совершаются спекулятивные или ростовщические (кредитные) операции, а с другой стороны, используется для игровых операций с заменителями денег на фондовых биржах. Кроме этого, появилась огромная масса так называемых «грязных» денег [230] , т. е. взятки, казнокрадство, уклонение от налогов, доходы от незаконных и преступных операций по продаже оружия, наркобизнеса, порно индустрии, торговле людьми и т. п. «Грязные» деньги, как естественное и неотъемлемое свойство монетаристской экономики по разным оценкам составляют до 3,6 % мирового ВВП, что в 1,6 раза превышает безумные расходы на вооружение всех стран [231] . Несмотря на то, что в этих сферах занято огромное количество людей, подобные занятия представить как разумную человеческую нравственную социально полезную и необходимую деятельность нельзя.

Между тем социальные и экономические последствия такой квазидеятельности гораздо глубже, чем бесполезная трата человеческой энергии и жизни людей, занятых в ней. Прежде всего, когда появляются «пустые» деньги, принципиально изменяется сущностная основа денег как всеобщего универсального эквивалента при осуществлении взаиморасчетов в сфере обращения: они превращаются в средства для спекулятивных и ростовщических операций. Наполнение экономики государств большим количеством, пустой бумаги, называемой деньгами, обусловлено еще и тем, что национальные валюты многих стран в настоящее время не обеспечены ни золотым запасом, ни другими материальными ценностями казны и потому представляют собой простые печатные банкноты денежных знаков. Более того, сама идея «золотого запаса» казны порочна, так как золото и другие ценности (драгоценные камни и металлы, ювелирные изделия, произведения живописи, скульптуры и т. п.) не являются общественными продуктами потребления и, соответственно, не имеют общественной ценности и стоимости, а потому могут обмениваться только на пустые (фантомные) деньги. Реальной общественной ценностью является только трудоспособное население, которое потенциально может производить жизненно необходимые продукты общественного потребления, и овеществленная материально-техническая основа жизнедеятельности общества. Именно поэтому в подавляющем большинстве случаев золотой запас казны используется для приобретения вооружения, военной техники, боеприпасов и наемных убийц, для захвата территорий и расширения жизненного пространства по прихоти власть имущих, но не для повышения благосостояния народа. Однако вооружение никогда не являлось и до сих пор не является общественным продуктом потребления, потому что оно представляет собой противоестественное антигуманное и антисоциальное использование человеческих и материальных ресурсов.

Безумная, бессмысленная идея «золотого запаса» настолько укоренилась в монетаристской экономике, что многие страны свой «золотой запас» стали создавать в так называемой мировой валюте – в печатной продукции, пустых денежных купюрах долларов США. Не случайно, в современных условиях экономика многих государств даже на принципах монетаризма функционирует вообще без золотого запаса, который заменяется пустыми – «кредитными» деньгами МВФ в виде мировой валюты. Вместо золотого запаса в форме золота или пустых денежных средств создание реальных страховых общественных (государственных) запасов должно быть в форме государственных страховых оперативных запасов натуральных продуктов потребления первой жизненной необходимости и стратегического опережающего развития народного хозяйства, т. е. капитального строительства объектов материально-технической базы жизнедеятельности. В монетаристской экономике производство продукции без ее реализации (на склад) [232] и без быстрого получения прибыли – это табу. Поэтому здесь долговременное капитальное строительство (инвестирование капитала) осуществляется не с позиций социальной необходимости, а с точки зрения скорейшего получения максимальной выгоды, т. е. на основе быстровозводимых объектов массового производства продукции недолговременного (быстрого) потребления, т. е. быстрого оборота средств, и организаций квазидеятельности, которые представляют собой офисные помещения контор и не требуют больших капитальных вложений и там вообще отсутствует производственный цикл и прирост денежных средств осуществляется мгновенно.

Наиболее ярко антисоциальная и антигуманная сущность монетаристской идеологии лозунга «Деньги превыше всего», или «Деньги решают все», проявилась в методах оценки текущей экономической эффективности деятельности производственных организаций реального сектора экономики и обоснования экономической эффективности капитальных вложений, при определении стратегии социально-экономического развития общества. В современных экономических теориях, построенных на идеях монетаризма, эффективность рассматривается в двух направлениях: текущая хозрасчетная локальная экономическая эффективность отдельных организаций и экономическая эффективность капитальных вложений [233] . В современных экономических теориях, построенных на идеях монетаризма, в основу всех расчетов экономической эффективности положено понятие прибыли. Понятие локальной экономической эффективности оперативной деятельности отдельных организаций обозначаемое как «хозрасчетная эффективность», т. е. не общественная, социальная эффективность, а экономическая выгода хозяина – собственника капитала, оценивается через показатель рентабельности (прибыльности), который определяется как отношение прибыли к производственным затратам и рассматривается как индекс экономической эффективности использования основных фондов, т. е. «вложенного» капитала. Производство низкорентабельной продукции невыгодно производить независимо от потребностей общества. С целью увеличения рентабельности вместо повышения эффективности производства используются различные аморальные способы в сфере обращения (на «свободном рынке»): с целью формирования повышенного спроса: искусственно снижается срок «жизни» продукта, добавляются усилители вкуса, натуральные компоненты заменяются различными дешевыми искусственными наполнителями, не до конца исследованными добавками (ГМО, пальмовое масло и др.). Акцент при этом делается на внешнюю привлекательность и упаковку продукции [234] . Ущербность и вульгарность показателя прибыли рассматривалась ранее, поэтому, учитывая недостатки показателя прибыли, все экономические расчеты на основании этого показателя нельзя признать правомочными, а полученные выводы обоснованными и убедительными. В действительности локальная экономическая эффективность организаций материального производства может определяться на основе сопоставления фактических (отчетных) производственных затрат с планируемыми, или проектными показателями.