Чтение онлайн

Я минут двадцать походил по крышам гаражей, стоявших слева от ведущей через кооператив дороги, но ничего не произошло. Если бы моё изображение всё-таки попало на монитор в сторожке, что-то бы непременно произошло, то есть сторож в сопровождении собак должен был прийти и посмотреть, кто тут лазает, хотя узнать меня он бы, конечно, не смог.

Я слез и вернулся к машине. Ещё один пункт плана оказался выполнен. Теперь следующий.

— Ну что, пойдём? — поинтересовался я у Юли. — Не боишься?

В ответ она на меня странно посмотрела. Я развёл руками, как бы говоря: «Должен же я был спросить».

Наша задача заключалась в установке скрытой видеокамеры непосредственно около гаража Смирнова, и, если получится, в самом гараже.

Чтобы вскрыть дверь, я захватил набор отмычек. Ими я немного пользоваться умею, хотя не факт, что получится — всё зависит от сложности замка. До лучших специалистов в области взлома мне, конечно, далеко. Ну извините, не грабил чужие квартиры и не сидел за это десять лет, оттого и недостаточно опыта. Но теоретические познания тоже могут помочь.

…На территорию мы пошли тем же путём. Я залез первым и, как джентльмен, взявший леди с собой на незаконное и сомнительное мероприятие, подал Юле руку. Она второй раз за три минуты посмотрела на меня с недоумением и запрыгнула сама, одним лёгким движением.

Никого не видно. Собаки изредка тявкают на прохожих около сторожки, то есть вдали от нас, поэтому мы без особых опасений пошли к зданию, в котором находилось тайное логово Смирнова.

Собак я не опасался. Благодаря магическим конфетам заслуженного дрессировщика, у меня с ними наладились дружеские отношения, а незнакомая им Юля находится со мной, поэтому они, если даже сюда прибегут, должны отреагировать на неё спокойно. К тому же она может и сама угостить их этими сладостями.

— Вот гараж, — я показал на дверь, — нужно, чтоб был виден и он, и немного пространство перед ним.

— Сделаю, — кивнула Юля.

Камера, которую она установила под потолком, была совсем маленькая, даже крохотная, и напоминала тонкий кусок трубы, немного торчащий из стыка бетонных плит. Обратить на неё внимание просто невозможно, но даже в том случае, если её заметят, она не покажется чем-то подозрительным.

Единственная проблема, возникшая при монтаже, заключалась в том, что Юле пришлось стоять на моих плечах. Ну да им не привыкать. Потом Юля проверила на смартфоне, работает ли камера, и показала мне изображение.

Вот они мы, голубчики. Хоть и темно здесь, но разглядеть можно даже наши лица. Камера не инфракрасная, но всё показывает.

Настоящие проблемы начались потом.

Сначала послышались отдалённые шорохи, затем они, приближаясь к нам, превратились в неспешные шаги.

Кто-то шёл к нам.

Я понял, кто это, и достал револьвер. На его появление я не рассчитывал.

Гомункул.

Даже бесстрашная Юля вздрогнула, когда из-за угла появился огромный нечеловеческий силуэт. Сильвестр за долю секунды оглядел нас, а потом неспешно стал подходить ближе.

Ой, как нехорошо.

— Сильвестр, — тихо произнёс я, опустив револьвер, — узнаёшь меня?

Гомункул остановился.

— Мы же с тобой друзья. Мы сидели в сторожке, и я угощал тебя бутербродами. Вспомни! Это я, я, а со мной моя подруга Юля. Мы не сделаем ничего плохого. Мы здесь, потому что так надо.

Гомункул стоял, немного наклонив голову, будто раздумывая, как поступить. В его мозгах боролись две мысли — с одной стороны, мы с ним знакомы, с другой — посторонним на охраняемой им территории находиться нельзя. И к тому же здесь ещё один человек, совсем чужой.

Юля вдруг пошла к нему. Я хотел остановить её, но не успел.

— Привет, — ласково сказала она. — Меня зовут Юля. А ты — Сильвестр, правильно? Интересное имя.

Гомункул по-прежнему стоял молча, как каменная статуя.

— Мы тут ненадолго, — произнесла Юля. — Скоро уйдём. Не мешай нам, пожалуйста, хорошо? Иди к себе.

Как ласково она умеет разговаривать, однако. Между нами много чего было, но таких тёплых интонаций я от неё ни разу не дождался. Вот и пойми этих женщин.

Сильвестр постоял ещё немного, потом повернулся и той же походкой ожившего памятника ушёл вниз.

Юля выдохнула и повернулась ко мне.

— Предупреждать надо!

— Да я вроде говорил, — робко попытался оправдаться я.

Но теперь это обсуждать уже не к чему. Надо решить, сможем ли мы попасть в гараж и установить камеру уже там. Если получится, будет просто восхитительно.

Замок на двери вроде несложный. Не навесной, каким обычно закрываются гаражи, а встроенный, захлопывающийся (это нам, кстати, очень на руку).

Но перед этим надо проверить, не оставил ли Смирнов на двери метку — что-то, сообщающее о том, что дверь в его отсутствие открывали. Этот мастер оперативно-розыскной работы мог так поступить запросто.

Осмотрев дверь при помощи фонарика и своего «дара», я нашёл то, что искал. Опасения оказались не напрасны — из двери на уровне колена торчала тоненькая сухая веточка. Если её не искать специально, то не заметишь.

— Ах ты ж ублюдок, — почти ласково произнёс я и положил её в карман, чтобы вернуть на место, когда будем уходить.

Замок сдался почти мгновенно. Недооценивал я свои таланты взлома, и напрасно. Стало даже немного стыдно перед собой. А с другой стороны, должны же у меня быть хоть какие-то недостатки!

И вот мы зашли.

Совершенно обычный гараж, только без автомобиля. Вдоль стен — полки, на них и под ними древняя рухлядь — обломки стульев, доски, коробки, банки с краской… Осталось, судя по всему, от предыдущего хозяина.

Ой, а это что? Большой цветной полиэтиленовый пакет, а в нём другие — маленькие, прозрачные. Пыль почти отсутствует. Во всяком случае, не лежит сантиметровым слоем, как на других вещах. Пакет принёс Смирнов, это очевидно. И… как я сразу не обратил внимания — прозрачные кульки внутри абсолютно такие же, как тот, в котором лежал героин, найденный в машине Романа Левшина.

А рядом на полке — электронные весы. Такие, чтоб в граммах взвешивать. И большой мешок с крахмалом.

Как интересно. Неужто Смирнов тут пирожки печёт?

Некоторые банки при использовании «дара» выглядели странно — светились мертвенным светом, прямо как в кабинете патологоанатома. Я надел перчатки, осторожно приподнял крышку одной…

Совсем не краска там, а какой-то порошок в чёрном пакете, на котором что-то написано арабской вязью. Знакомый запах расплылся по гаражу, потек во все углы. Героин. Чистый, как слеза собирающего мак афганского крестьянина.