Чтение онлайн

— Это да, одними сиськами сыт не будешь… Так что, поставить этого Митю на прослушку?

— Да не ори ж ты пожалуйста! — зашипел я на Ваню, хотя он — огромный, розовощёкий, похожий на доброго молодца из сказки, по-другому никогда не разговаривал.

— Да, поставь его именно туда. А для начала — тарификацию за несколько месяцев. То есть всех, кому он звонил, и кто ему. И откуда раздавались звонки — то есть биллинг. Мне очень важно знать, где он появляется.

— Не учи меня, пожалуйста, что делать. Сам знаю, как надо по уму. Ты у меня не первый, гыгы. Невинности в этом плане я давно лишился…

— Ближе к теме — когда что будет сделано? И сколько это будет стоить?

— Постараюсь быстро. Но сам понимаешь, без разрешения суда на нарушение конституционных прав граждан сейчас ничего не сделаешь. Поэтому мне придётся написать кучу бумажек, что по оперативной информации гражданин занимается чем-то нехорошим, а потом идти в суд. Тарификация будет, скорее всего, завтра, а прослушка начнётся дня через три.

— Деньги?

Ваня поморщился.

— Какие с тебя деньги… Ты ж бывший коллега… Помнишь, как нас с тобой около завода толпа хотела избить? А мы туда попёрлись без оружия…

— Помню. Но им пришлось очень плохо. Двое или трое с переломами оказались в больнице?

— Четверо, — Ваня развел ручищами. — Всё по справедливости — ты двоих, я двоих. Остальные просто звездюлей и сотрясов мозгов получили… А как потом отписывались в прокуратуре! Песня! «Он хотел ударить меня монтировкой по голове, но промазал, потерял равновесие, упал и сломал себе руку»! В прокуратуре ржали, как лошади, но уголовку на нас всё-таки не возбудили.

— Все падали на асфальт исключительно челюстями, — кивнул я. — Причём некоторые по два раза. Очень неловкие ребята попались… Спасибо, Ваня, но всё-таки — сколько? Я работаю на клиента не бесплатно. Это его деньги, не мои.

— Потом сочтёмся, — отмахнулся Ваня.

— Договорились. Жду твоего звонка. Только, пожалуйста, по телефону не называй вещи своими именами!

Узнать, с кем разговаривает Митя по телефону, необходимо. Самый простой способ узнать, кто входит в их банду. И где их место обитания. Должна быть какая-то лаборатория, пусть в старом сарае, но должна. А иначе где им готовить изменяющие людей зелья? Митя там должен появляться непременно. После работы или на выходных, но когда-то должен. Телефон в том месте, даже если нет созвонов, работает и отсылает информацию провайдеру.

Конечно, место так устанавливается только приблизительно, но всё же. Наружное наблюдение, которое я заказал часом раньше, может указать с точностью, но надеяться только на него нельзя. Некоторые так боятся слежки, что обращают внимание на любого прохожего. Идти за ними по дворам практически невозможно. Не стоит даже пробовать — если гражданин поймёт, что он под колпаком, дело наполовину провалено.

Таких случаев было много. Занимающимся наблюдениям структурам полиции, как ни странно звучит, без разницы, раскроешь ли ты (оперативник с райотдела) преступление, по которому выписано задание на слежку. Поэтому некоторые особо одарённые сотрудники могут ходить за «объектом» буквально по пятам, не обращая внимания, что он тебя давно заметил.

Но Максим и его друзья не такие. Если будут плохо работать, к ним перестанут обращаться, и денег, разумеется, тоже не будет. Мотивация простая и очень эффективная.

Что же всё-таки привело Митю к бандитам (или кто они). Жажда денег? В лаборатории платят неплохо, но мы же знаем, что денег никогда не бывает достаточно! Власть? Желание отомстить всем, кто тебя не уважал?

Не знаю. Делал бы карьеру в лаборатории. Если есть способности, то проще всего их проявить именно здесь. Или, как говорят, самых умных не любят и в академии наук?

Очередной звонок. Кто же это, подумал я… ух ты, Альберт Нечаев. Мистик, с которым я познакомился у графа Томилина. Его очень интересовал мой дар. А меня — его познания в области колдовства. Что ж, нам есть о чём поговорить.

— Приветствую вас, — раздался в трубке вкрадчивый голос моего нового знакомого.

— Добрый день — ответил я. — Как поживаете?

— Прекрасно! А вы?

— Тоже все хорошо!

После обмена любезностями мы перешли к делу.

— Помните, мы говорили о том, как хорошо было бы объединить наши усилия в познании магии? — спросил Альберт.

— Конечно.

— Тогда я был бы очень рад видеть вас у себя в гостях. Когда вам будет удобно?

— Можно прямо сейчас. Я не занят и за рулём.

— Отлично! Тогда подъезжайте ко мне. Адрес помните?

Адрес я помнил и уже через двадцать минут припарковался около его особняка.

Думал, что он живет один, но ошибся — ворота открыл дворецкий смуглой азиатской внешности. С Индии или откуда-то оттуда, решил я. Маленький, ростом едва выше ребенка, но от него отдавало чем-то таинственным, какой-то непонятной силой. Хотелось оглядеть его при помощи «дара», но я постеснялся. Хозяин особняка точно заметит, что у меня стали «шпионские» глаза.

Альберт встретил меня у дверей.

— Я хочу показать вам дом, а затем предлагаю пообедать. Кухня у меня экзотическая, но если вы не боитесь…

— Боюсь, но сгораю от любопытства. Если даже какое-то из блюд само попробует закусить мной — так просто я ему не дамся.

— Хахаха! — рассмеялся Альберт. — Нет, увы, все интересно, но не настолько.

Описать дом Нечаева можно двумя словами — темно и книги.

Книжные полки были повсюду. У каждой стены и возвышались до потолка. Потолок, как и полагается порядочному потолку в старом московском особняке, находился на большом расстоянии от пола, поэтому ещё одним предметом интерьера являлись стремянки. Не алюминиевые из супермаркета, а деревянные, тёмные. Наверняка тяжелее будут, но переносить их куда приятнее.

— Книги — моя слабость, — сказал Нечаев, заметив, как я смотрю на полки. — Некоторые из них стоят целое состояние. Но остановиться я не могу. Тут и художественная литература, и научная, и мистика… все, что угодно. Разумеется, подлинники.

— Книги я обычно читаю по ночам. Я вообще предпочитаю вести ночной образ жизни. Мысль любит темноту и одиночество. День — для суетящейся толпы. Когда листаешь страницы при свете лампы, видишь сокрытое, таинственный смысл, спрятавшийся среди букв.

Рядом с некоторыми полками стояли кадки с высокими растениями. Развесистые листья даже слегка загораживали края полок.

— Это сад, — кивнул Альберт. — Сад, в котором растут книги.

Кабинет Нечаева также ютился среди нависающих полок. На огромном столе лежали бумаги, множество странных экзотических предметов — деревянных фигурок, изогнутых палочек, костяных ножей, флаконов с непонятным содержимым и прочего в таком же духе.

— Здесь проходит большая часть моей жизни. Но не вся. По меньшей мере несколько месяцев в год я провожу в поездках. И я даже не знаю, где мне лучше — когда я путешествую мысленно, не поднимаясь из-за стола, или когда стою на развалинах древнего города, стены домов которого пронзили корни огромных деревьев.