Чтение онлайн

Орлан, как завороженный, смотрел на Лазарова не мигая и не произнося не слова. богдан кивнул, удовлетворенный результатом.

– Вот только на “Ловящем” есть не только осколочные боеприпасы, господин староста. Эти чертовы Гении иногда придумывают такое, от чего даже у меня, бывалого следака, кровь стынет в жилах. Представьте огонь, способный долго и жарко гореть даже на сырой поверхности, господин староста. Представьте, что такой огонь способен сделать с вашим лесом и со всеми, расположенными там сейчас убежищами. Представьте, что он сделает с вашими женщинами детьми и стариками. Не торопитесь, прошу вас. Не дергайтесь, не пытайтесь говорить, это сейчас не нужно. просто закройте глаза и представьте эту картину. Огонь на сырых болотах, огонь на ветвях вечнозеленых елей, удушающий дым, бьющий прямо в лицо. Очумевшие дикие звери, к примеру зайцы, или барсуки, или не знаю, что у вас здесь ещё водиться, росомахи? Ну вот, очумевшие россомахи, бросающиеся прямо под ноги пытающимся спастись людям. А самое главное, что огонь будет повсюду, господин староста. Все эрзины, прячущиеся сейчас в лесу от склавийского правосудия попадут в ловушку, из которой не будет выхода. И в ней,в этой ловушке погибнут. У вас ведь есть дети, господин староста? Представьте их, мечущихся среди огня и дыма по какой-нибудь лесной поляне. О, я вижу по вашему лицу, что вы представили. Так вот, господин Сагилов. Единственный, кто может спасти ваших соплеменников от этого ужасного исхода, это вы. Только от вашего с нами сотрудничества будет зависеть, вернуться ли жители Сагила в родную деревню, или умруть в муках от огня и дыма. Вам ясно, староста?

– Да, - Орлан встретился глазами с Лазаровым. Богдан отчетливо видел, как у господина старосты нервно дергается нижнее веко, - я вас понял, господин. Я буду сотрудничать. Задавайте ваши вопросы.

Эрзин в простой домотканой рубахе, вышел из леса, тяжело склоняясь под давившей ему на плече ношей. Войдя под тень дирижабля, висевшего над расположенной перед деревней поляной, эрзин крякнул, и сбросил свой груз на землю. Винтовки только коротко звякнули, упав в немаленькую кучу принесенного ранее оружия. Эрзин с секунду постояв около новорожденного холма из стали и дерева, сплюнул на землю, и произнеся короткое ругательство на своем языке, поплелся обратно в лес. Только после того, как эрзин скрылся за деревьями, Лазаров вновь перевел взгляд на сидящего перед ним Орлана Сагилова.

– Если ваши молодцы продолжат том же темпе, господин староста, то к ночи тут вырастет настоящая гора. Что ж теперь время переходить к следующему пункту нашего договора. Расскажите мне о ходе мятежа. Как я понял, вы утверждаете, что его начали некие пришлые люди?

– Они пришли полгода назад. Одеты по нашему. Те же рубахи, бисер, шкуры, только говорили с акцентом, какого я раньше никогда не слышал. На наших они слабо походили. говорили, что с отрогов Лисьих гор… Может и правда, я там, если честно никогда не бывал и тамошние племена никогда не видел. говорили они как шаманы, я таких всегда избегал. Собирали вокруг себя молодежь и тех мужиков, кто сильно разорился в прошлые года от неурожая. Говорили, что холод - это кара богов склавийцам. говорили, что мы в наших лесах страдаем от того, что не дали склавийцам отпор, и что там, в самих горах всё хорошо и поля дают по два урожая в год.
– Орлан говорил медленно, подолгу замолкая, точно вспоминал какие-то позабытые подробности, или, наоборот, думал, что соврать слушающим его склавийцам, - мне они никогда не нравились. было в них что-то такое… фальшивое. Точно мы для них неразумные дураки, а они перед нами роль играют и всё думают не попасться. Впрочем, возможно это я задним умом такой умный. Они ведь правда сбежали. Ещё до вашего прилета. Как увидели дым со стороны Ичитьевска, так и сбежали. У них там, в глубине леса свой схрон был. Я это знаю, потому как мужиков туда водил землянки копать. Как мы там всё выкопали, эти велели нам больше туда не ходить. Сам я и не ходил. А вот мужики ходили. В последний месяц особенно часто. Когда… хм…

Орлан замялся, не зная, как продолжить дальше.

– Когда конвоировали пленников?
– быстро спросил Лазаров. И тут же, не дожидаясь ответа, задал новый вопрос - Вы видели среди пленников Радима Петева, ревизора из Правления дороги?

– Не знаю, - промямлил староста, - я старался в их дела не вникать. Несколько наших, и из Сагила, и из других деревень, кто этим пришлым рискнул возражать, пропали. И я к ним лезть не рискнул. Струсил, что уж тут говорить. А потом жандарм из Ичитьевска пропал. И вот тут совсем ясно стало, что дело худо. Мужики то из тех, кого эти пришлые под себя подмяли, давно уже все знали, но я - нет. Узнал про мятеж, только когда из соседних деревень вооруженные около Сагила начали лагерь ставить. Потому меня к вам и отправили, честно говоря. Те то, кто и правда в мятеж завязан, к вам соваться бояться, понимают, чем дело кончится.

– Сколько их было, этих пришлых? Как пришли в деревню? Как ушли?

– Из леса они приходили. Думаю там, дальше, к югу, у них где-то лодки запрятаны были, но сам я их не видел. Что они там с людьми пропавшими делали, тоже не знаю. Но еду мы пленникам не носили, так что ясно было, что люди там не жильцы.

– То есть где-то там в лесу есть отдельное поселение этих пришлых, куда вы водили пленников, и откуда они уже не возвращадись?

– Не мы!
– замотал головой староста, - то есть, я хотел сказать, не я! Но кое-кто из нашей деревни да, водили. И из других деревень мужики тоже пленных брали, вы поймите, господин инспектор, не только наша деревня в мятежниках то. Тут почти все окружные племена поднялись на склавийцев.

– Поднялись, - глухо повторил слова старосты стоявший рядом Димов, - было бы из-за чего подняться! Вас же, вшей, мы и кормили, и поили, и избы новые помогли поставить после весеннего наводнения! А вы, поднялись, глядь! Из-за сказок залетных провокаторов! Да ты хоть понимаешь, Орлан, мать твою тудыть-растудыть, что эти кадры вовсе не эрзины? Понавезли, поди, прамцы, дикарей с Пряных островов, подучили их в своих школах, те вам и навешали макарон на уши. Вы ж теперь на каторгу всем своим племенем предательским пойдете, понимаешь? И не из-за реальных обид, из-за сказок! Из-за сказок, глядь!

– Уймитесь, Димов, - недовольно нахмурился Богдан. Сейчас, когда эрзин заговорил сам, все эти взрыкивания штабс-капитана только зря отнимали время допроса и смущали самого допрашиваемого. Лазаров прекрасно понимал злость жандарма, но ему нужно было выполнять свою работу. На сантименты не было времени.

– Господин староста, - продолжил Богдан как ни в чем не бывало, - завтра утром из Ичитьевска придет рота драгун. К этому времени все эрзины, которые хотят вымолить себе прощение, должны находиться вот на этой площади, - Лазаров кивнул на поляну под дирижаблем.
– Все остальные будут считаться беглыми преступниками. Это понятно?

– Да, - уныло кивнул староста, - а что их ждет? Тех, кто явится с повинной?

– Это решит суд, - пожал плечами Лазаров, - но по крайней мере на них не будут охотится, как на диких зверей, когда в Ичитьевск войдёт армия. А это, поверьте, будет уже через пару дней. И тогда те, кто не сдастся, очень сильно пожалеют.

Сагилов молча кивнул, стараясь не смотреть на Лазарова. В глазах Орлана отражалось самое мрачное отчаяние обреченного человека. Этот эрзин слишком хорошо понимал, в какую яму втянули его народ пришлые доброхоты. Если в первые часы допроса староста ещё надеялся на смягчение наказания если не для себя, то для своего народа, то сейчас, на четвертый час допроса, эрзин уже ясно понимал - всё бесполезно. Скоро, Богдан знал это по собственному опыту, отчаяние должно было смениться полным и абсолютным равнодушием. И вот тогда уже вытянуть что-нибудь из Сагилова станет почти невозможно. Впрочем, Богдан уже получил всё, что хотел. Оставалась самая малость.

– Я хочу осмотреть поселение пришлых. Вы обеспечите мне защиту, на земле вашей деревне господин староста?

Орлан удивленно уставился на Лазарова. Димов тяжело вздохнул.

– Ваше удостоверение инспектора Синода не защитит вас от случайной пули, Богдан. Давайте просто дождёмся драгун.

– Я не могу ждать до утра, Ян. К утру Синод может прислать других следователей. Тогда обнаружение Петева будет приписано им, а мой статус в ведомстве может пострадать.

– Вы бы лучше пули боялись, Лазаров, а не этих ваших кулуарных интриг!

– Возможно, я просто недооцениваю опасность. Сами знаете, я канцелярская крыса и смертоубийстве мало понимаю. Мне кажется, что слова старосты нам вполне должно хватить для защиты. Что скажете, господин Сагилов? Мы можем положиться на ваше слово? Обещаю, что помощь в расследовании вам зачтётся.

– Господин инспектор, я… - неуверенно начал Орлан.

– Можем или нет?

– Дайте мне час, я соберу людей. Идти нам втроем через лес точно не безопасно.

– Полчаса, господин староста. Полчаса.

Тряска. Его тело трясется в такт грохоту ботинок несущих его друзей. Но к этому шуму добавляется и другой. Тот жуткий непонятный гул, что Лавр слышал до того, как потерял сознание. Гул всё ближе. Кажется, он словно преследует их, и, судя по тому, как ускоряется топот ботинок, это действительно так. Лавр попытался приподнять голову, чтобы увидеть, от чего они убегают. Что именно издаёт этот гул? Он приподнял голову от натянутого как струна одеяла и всмотрелся в темноту туннеля. Темноту? Но как же развешанные повсюду лампы? Не успел он это обдумать, как ближайшая к ним лампа взорвалась, обдавая всё вокруг осколками стекла. Топот стал более ускоренным и Лавра затрясло сильнее. Он слышал сиплое дыхание друзей, слышал проклятия, которые шипели они сквозь стиснутые от усилия зубы. А тьма все приближалась, становясь всё ближе и ближе. Из последних сил Лавр попытался удержать поднятую голову, до боли в глазах всматриваясь во тьму туннеля. Он должен увидеть, от чего они бегут. Должен! Должен!