Чтение онлайн

— Кто знает? — сказал он.

Помимо школьных мы говорили и о других аспектах позитивного будущего Минны. Она постепенно стала активной участницей нашего разговора и сказала, помимо других вещей, что снова установила бы хорошие отношения со своей матерью, вернула бы своего любимого и нашла бы много новых друзей. Услыхав о друге, я сказал:

— О, я не знал, что у тебя есть друг. Как его имя?

— Не ваше дело, — сказала Минна с вызовом.

— Ты могла бы, по крайней мере, назвать первую букву его имени, — сказал я, слегка подшучивая над ней.

— Оно начинается с буквы М, — сказала она и добавила, — но не думайте, лто я скажу вам больше.

Я не мог устоять от соблазна продолжить, но не видел способа заставить Минну добровольно сообщить имя своего возлюбленного. Тогда я изменил тему я спросил ее:

— Что может указать людям на то, что ты наладила свою жизнь?

— У меня будет кошка и много разных хобби, — сказала Минна.

— Это звучит хорошо, — сказал я и объяснил, что, судя по моему опыту, это всегда благоприятный знак, когда у людей есть конкретные планы на будущее. Прежде, чем закончить сессию, я сказал, что мне было бы очень интересно снова встретиться с ней через год, чтобы узнать, как развивались события. А также, поскольку я не знал, приду ли сюда еще, я предложил ей написать мне открытку или письмо, чтобы быть в курсе, как идут дела. Минна согласилась прислать мне открытку, я дал ей свой адрес, и мы закрыли сессию.

Интересно, что во время кофейного перерыва после сессии Ристо подошел поговорить со мной. Он спросил, можно ли организовать подобную «сессию планирования будущего» и для него. Я пожалел о том, что у меня не было времени еще на одну сессию в тот день и предположил, что поскольку ему и персоналу процедура теперь известна, они могли бы сделать это без меня.

Месяцев через шесть я получил письмо от Минны. Вот что она написала: «Привет, Тапани, как ты поживаешь? У меня все вполне нормально. Школьные занятия идут хорошо, у меня были хорошие отметки, и в остальных смыслах моя жизнь стала регулярной. Имя моего друга по-прежнему начинается на М. Теперь я могу сказать тебе его имя. Его зовут Мика. У меня есть работа на весь июнь прямо здесь, в этом доме. В июле я буду дома на каникулах со своей семьей. В самом начале августа я пройду собеседование по поводу выписки. Я вернусь в свою старую школу. Произошли и другие изменения в нашей семье. Например, теперь мама и я можем разговаривать обо всем, мы переехали на другую квартиру, и я слушаюсь маму. У меня есть котенок, его зовут Ионна. Мама будет заботиться о нем, пока я работаю здесь. Когда я дома, я часто хожу плавать, вывожу собаку и играю с котенком. У меня много друзей, три девочки и семь мальчиков. Наша мама тоже нашла себе нового друга. Надеюсь когда-нибудь тебя увидеть. Думаю, на сегодня это все. Наслаждайся отдыхом в свой летний отпуск. Береги себя, Минна».

Существует множество других способов предложить клиентам пофантазировать на тему хорошего будущего, помимо простой просьбы вообразить свое будущее без всяких проблем. Один такой метод, разработанный Стивом Де-Шазер и его командой, известен под названием «чудодейственный вопрос». В этом случае клиентов просят вообразить, как бы пошла их жизнь, если бы их проблемы чудом исчезли за одну ночь. Существует бесчисленное множество способов попросить людей подумать о позитивном будущем, например:

— Вообразите, что прошел год, и вы решаете послать нам открытку с хорошими новостями. Что это будет за новость?

— Если бы в будущем кто-то сообщил мне о вас хорошую новость, что бы он мне сказал?

— Предположим, вашему терапевту однажды приснился сон, в котором вы были бы счастливы и жили прекрасно. Какой бы это был сон?

— Если вы представите себе, что ваша жизнь — это роман, а его следующая глава — счастливая, что в ней произойдет?

На одной из наших консультативных сессий мы беседовали с семнадцатилетней девушкой, которая пришла на консультацию с соученицей, учителем, руководителем этой закрытой школы и с воспитательницей по дортуару. У нее был целый ряд проблем с несколькими учителями, а также конфликты в спальном корпусе. У нее также были трудности в семье и она не разговаривала с отцом более года.

Во время сессии мы предложили девушке вообразить, что в один прекрасный день в будущем, когда школа станет частью ее прошлого, она решит написать письмо, чтобы рассказать бывшим учителям, о своей жизни. Все участники группы сотрудничали в написании этого письма, в котором говорилось, что она сейчас работает медсестрой в Боготе, Колумбия, и что очень довольна своей работой.

Она научилась бегло говорить по-испански и, в отличие от того времени, когда она была в колледже, она теперь в сравнительно хороших отношениях со своим отцом. В письме она также благодарила свою учительницу, директора и бывших одноклассников за их терпимость и помощь в связи с ее проблемами.

Мы высказали предположение, что она могла бы также написать, что преодолевая трудности в школе и видя, как окружающие идут с ней на компромисс, она нашла путь к улучшению отношений с отцом. Девушка задумалась об этом на какое-то время, и затем сказала: «Возможно и так».

В следующем примере Бен использует чудодейственный вопрос, предлагая женщине, страдающей депрессией, обрести новый взгляд на свою жизнь.

Сиркка, работавшая психиатрической медсестрой, участвовала в одном из наших семинаров. Она привела на сессию Эмму, незамужнюю женщину средних лет, которая была пациенткой ее отделения в местной психиатрической больнице. Она также пригласила некоторых работников из состава персонала — врача, социального работника, старшую сестру отделения и медсестру, непосредственно работавшую с пациенткой.

Мы узнали, что за последние 6 лет Эмма была в нескольких психиатрических больницах по поводу того, что диагностировалось как глубокая депрессия. Текущая проблема, по мнению персонала, состояла в том, что она все время жаловалась и отказывалась говорить о чем-либо, кроме своих несчастий и бедственном положении. Я предложил Эмме подумать о своем будущем и задал такой вопрос:

— Какой станет ваша жизнь, когда эти несчастья закончатся?

— О, это никогда не закончится, — сказала она.

— Давайте представим себе, что уже закончилось. Как теперь выглядит ваша жизнь? — настаивал я.

— Я даже представить себе не могу такое, — упрямо сказала она.

— Я это понимаю, — ответил вежливо я, — но давайте вообразим, что однажды ночью произошло чудо, и что вы просыпаетесь утром, а проблемы исчезли. Как вы догадаетесь, что чудо произошло?

Эмма подумала немного, потом сказала тихо:

— Пройдет эта ужасная мучительная боль в груди.

— Вы проснетесь утром, заметите, что эта мучительная боль прошла, и что вы сделаете дальше? — продолжал я.

— Я не знаю. Думаю, пойду к парикмахеру, — сказала она.

Это утверждение положило начало дискуссии о ее будущем. Мы представили себе, что после выздоровления она вернется домой. На вопрос о том, что она будет делать, когда снова будет дома, Эмма сказала, что, возможно, подумает о том, чтобы снова пойти на ту работу, где она работала раньше. Группа захотела узнать, что она делала до своей «болезни».

Выяснилось, что у Эммы был свой маленький бизнес в сфере общественного питания, и что она пользовалась таким уважением, что когда бывший президент посетил их город, к ней обратились с просьбой организовать его питание. Ее превосходная репутация в прошлом была подтверждена несколькими людьми из персонала.

Группа присоединилась к дискуссии, и Эмме задавали вопросы о ее прошлом.

Она отвечала с гордостью, и дискуссия на предмет «жизни до болезни» оказала заметное влияние на ее внешность. Она больше не выглядела глубоко депрессивным пациентом психиатрической больницы, но вновь была компетентной женщиной, наделенной чувством собственного достоинства. В конце сессии я спросил всех присутствующих, считают ли они, что разговор об образах будущего и прошлых достижениях — это темы, которые стоит обсуждать в отделении. И Эмма, и персонал со мной согласились. Когда все собрались уходить, один из психологов-мужчин помог Эмме надеть пальто, и ей это было более чем приятно.