Чтение онлайн

Ромка быстро подошел к соседской калитке, Вика курила, облокотившись на перила крыльца.

– Здорово, Вика!
– бодро поздоровался он и, скинув крючок с калитки, подошел дому.

– Ну, здравствуй, если не шутишь!
– улыбнулась Вика, - У родителей гостишь?

– Да вот, зашел.

– Ну, и как жизнь молодая?

– Да нормально все вроде, - улыбнулся Ромка, - а у тебя как?

– Да тоже ничего, - Вика села на ступеньку, - садись, поговорим.

Ромка сел рядом с ней. Но вместо разговора они долго молчали.

– Давай в дом зайдем, чего-то холодом потянуло, - наконец проговорила Вика.

– Можно и зайти, - Ромка послушно поднялся и прошел в избу.

Вика достала бутылку вина, шоколадку, стаканы. Они сели за стол.

– Ну, за встречу!
– Ромка звякнул своим стаканом о Викин.

– Потеряет тебя Нюрка-то, - улыбнулась Вика, отпив вина.

– Да, - Ромка махнул рукой, - ничего не случится!

– А если случится?

– Чего это?

– Ну вот, например, тебя у меня Любка увела, я тебя у Нюрки уведу...
– Вика осеклась, и поспешно добавила, - Ты в голову не бери, так это, шучу я.

– Шуточки у тебя, - усмехнулся Роська, - Дочка-то твоя где?

– У мамки Ленка, - Вика откинулась на спинку стула и пристально посмотрела на Ромку, - А у тебя-то что-то детей нет?

– Да какие дети, рано еще!
– отвел взгляд Роська, - Расскажи мне лучше, как жила ты все это время? Давно я тебя не видел.

Вика долго рассказывала, как жила с отцом Лены, как он погиб, спрашивала снова и снова Ромку о его жизни, пытаясь понять, счастлив он или нет. Он отмалчивался, отшучивался, но потом, собираясь уходить, уже на крыльце сказал, наконец, то, то она хотела услышать.

– Не надо было нам с тобой расставаться, Вика.
– Он посмотрел на нее, развернулся и почти бегом ушел.

А Вика все стояла на пороге, вглядываясь в светлую июньскую ночь, и по щекам ее текли теплые слезы.

Ромка не пошел домой. Он вышел за Мытницы, сел на остановке, выкурил полпачки сигарет и вернулся к родителям. Ирина, слышавшая его позднее возвращение, утирала слезы радости.

А в Прямухино не спала Аня. Дергач кричал почти под самыми окнами, не давая уснуть, или же сердце предчувствовало беду, но среди ночи она встала, оделась, вышла на улицу и медленно побрела к реке. Огромная полная луна как фонарь освещала ее путь. Аня остановилась только на мосту. По реке поднимался туман, где-то совсем рядом пела какая-то птичка. Аня долго стояла, слушая журчание Осуги, повторяя в такт биения сердца одно стихотворение Цветаевой, еще в школьные годы выученное, будто чувствовала, что пригодится:

– Вчера еще в глаза глядел,

А нынче - всё косится в сторону!

Вчера еще до птиц сидел, -

Все жаворонки нынче - вороны!

Я глупая, а ты умен,

Живой, а я остолбенелая.

О вопль женщин всех времен:

"Мой милый, что тебе я сделала?!"

Рано утром, возвращаясь домой из Мытниц, Ромка увидел жену, сидящую на мосту через Осугу.

– Ань, ты чего здесь?
– спросил он, подойдя к ней.

Она смотрела одна точку и не шелохнулась.

– Ань, ты чего?
– Ромка сел напротив нее на корточки, - Ты давно тут?

Она медленно подняла глаза, долго смотрела на него, потом улыбнулась.

– Гуляю я.
– тихо сказала она.

– Ничего себе прогулки, вставай, давай, - Ромка стал поднимать ее.

– Мой милый, что тебе я сделала?
– спросила Аня, встав на ноги.

– Ань, ты чего, ну, в самом деле? А?
– растерянно бормотал Ромка.

– Да ничего. Уже ничего, правда. Пойдем завтракать.
– Аня поежилась.
– чего тут стоять.

– Да не хочу я вроде есть.

– Ну как хочешь, - пожала плечами Аня и пошла домой.

Всю дорогу Ромка шел следом, так и не поравнявшись с ней.

***

Вика так и не смогла заснуть после ухода Ромки. Она долго сидела на крыльце, встречала рассвет, томилась самой тяжкой ношей - ожиданием невозможного. Еле дождавшись восьми часов, она перешла через дорогу и прошла к концу деревне, к дому Кати. Стоило ей приблизиться к калитке, звонко залаяла маленькая черная собачка, названная Полканом с язвительностью, присущей Катиной маме - тетке Галине. Этот Полкан, или как его в шутку называли Великан, знал всех местных отлично, но никогда не упускал возможности облаять из-за забора. Тут же из-за дома вышла и сама тетка Галина, в ранний час уже, видимо, ковырявшаяся на огороде.

– Чего не спишь?
– вместо приветствия спросила она у Вики.

– Здрасьте. А Катька что, спит еще?

– Не знаю, сходи, сама глянь, - махнула рукой тетка Галя и снова ушла за дом.

Вика прошла в избу по скрипящим половицам коридора, не удержав, хлопнула тяжелой дверью на кухне, услышала из передней скрип кровати.

– Разбудила?
– спросила она у лежавшей с закрытыми глазами Кати, присаживаясь к ней на кровать.

– Чего ты ни свет, ни заря?
– недовольно пробормотала сонным голосом Катя, не открывая глаз.

– Спать не могу, и одна не могу оставаться, скажи спасибо, что утра дождалась, ночью не пришла.

– Тебе бы мамка дала жару, если бы ночью пришла, - открыла глаза Катя, - Чего маешься?

– Влюбилась, или старое вспомнила, или и не проходило ничего, - шепотом поведала Вика.

– Тоже мне новость!
– зевая, ответила Катя.

– Интересно, - Вика подняла правую бровь, - для меня новость, а дя тебя нет?

– Хочешь сказать, что ты только счас в Ромку своего втюхалась?
– усмехнулась Катя и села в кровати.

– Что, так видно? Я вроде и не говорила ничего...
– растерялась Вика.

– Не знаю, что там видно, только ты меня не удивила.

– Он вчера ко мне приходил. Сам.

– А, нет, - Катя наклонила голову набок и улыбнулась, - Удивила.