Чтение онлайн

Олива захихикала, понимая, что это похоже на Авена, и попробовала пирог. Получилось неплохо. Медула тоже распробовал десерт и потянулся за добавкой.

– Мы не договорили о Марке. – напомнил он, положив себе еще кусочек.

– А что тебя волнует? Скучаешь? – пошутила Олива.

Авен строго поглядел на девушку, не одобряя ее несерьезность.

– Меня волнует, что ты забыла рядом с ним. Это небезопасно для тебя.

Девушка смутилась от пристального взгляда парня.

– Элайджа устроил нам встречу. – неловко призналась она, на что глаза Авена резко почернели от недовольства. Он ожидал чего угодно, но только не этого. Медула никогда не скрывал своего презрения к огневику, а мысль о том, что его девушка говорила с магом наедине, была ему просто отвратительна.

– Зачем это было надо? – поспешно спросил маг. Олива замялась, потому ее молчание начало злить нетерпеливого парня. – Олива? – поторопил ее Авен.

– Я не знаю! – воскликнула девушка. – Элайджа сказал, что со мной хочет поговорить один человек, схватил меня за руку, и мы оказались в его иллюзии. Потом появился Марк, начал извиняться… Элайджа заставил меня его выслушать и отпустил. Мы просто разговаривали, Марк был самим собой и…

– Только не говори, что он стал добреньким, и ты его тотчас простила! – парировал Медула. Олива нахмурилась, ей не нравился этот разговор, как и настрой собеседника.

– Нет, Авен. Я не настолько дура, как ты думаешь.

– Рад это слышать. – произнес он. – А ваш разговор состоялся, когда мы были в ссоре?

– Да. В один из дней после нашей встречи в парке.

Парень усмехнулся своим мыслям и вдруг произнес с иронией:

– Надеюсь, ты его «по-дружески» не поцеловала, как своего Сашу? Так, по старой памяти…

На такое заявление Олива потеряла дар речи. Стало очень неприятно. Как Авен мог даже думать об этом? Девушка просто не понимала, зачем он это делает, ведь они все обсудили и простили друг друга. И снова эти упреки из-за глупой ревности…

– Знаешь, Авен, это уже слишком! – она резко встала.

– Убегаешь, потому что это правда? Тебя так притягивают белобрысые?

Олива вспыхнула, взяла свои вещи и направилась к выходу под строгий взгляд Медулы.

– Ты такой дурак! Сам говоришь про доверие, а потом обижаешь меня своими домыслами. Это низко! – девушка надела кроссовки и вышла из дома, оставляя парня наедине со своими подозрениями.

Если бы мелодией можно было описать состояние души, то Олива непременно бы выбрала самую грустную и одновременно подающую надежду песню. Такую, слушая которую можно было бы забыть обо всех проблемах и поверить в светлое будущее. Именно так она и поступила, решив справиться с грустью и меланхолией с помощью музыки. Вечером девушка поиграла на гитаре, а после долго лежала, слушая музыку из плейлиста осеннего настроения. Хоть сейчас и было лето, настроение было как никогда грустно осеннее с легкими нотками печали и уныния. Девушка рано ушла к себе и хотела побыть одна. Нет, Олива не думала об Авене и не корила себя за их утреннюю ссору, она просто думала обо всем на свете, подмечая разные мелочи устройства мира. Медула не был центром вселенной, потому она не считала, что обязана грустить из-за него и его необоснованной ревности. Это было глупо. А потому Олива не собиралась мириться с ним первой.

В итоге девушка легла спать. Она просто отвернулась к стене и закрыла глаза, включив музыку. На душе было неспокойно, в груди шевелился червячок, говорящий, что она поступает неправильно, игнорируя желание помириться с парнем. Они ведь только сошлись снова… Но Крылова только вздохнула и закрыла глаза. Гордость не позволяла чувствам брать верх, нужно было сохранять самообладание и последовательность. К тому же ей было обидно слышать от парня такие обвинения. Он ведь прекрасно знал, что девушка бы никогда не позволила Марку прикоснуться к себе в здравом уме. Блондин был для Оливы предателем. Отбросив лишние мысли, девушка погрузилась в музыку.

Так как Олива лежала лицом к стене, она не видела, как дверь в ее гардеробную отворилась, и оттуда вышел Авен. Парень кинул взгляд на девушку в наушниках и цокнул языком. Зараза! И не докричишься до нее, когда она витает в облаках! Потому Медула аккуратно сел с ней рядом. Олива обернулась. Она вытащила наушник из уха и гневно уставилась на мага, посмевшего нарушить ее покой.

– Что слушаешь? – спросил он. Девушка возмущенно фыркнула, когда цепкие пальцы Авена выхватили у нее из рук ее средство для забытья. Медула прислушался к мелодии и нахмурился. – Что за тоска? Есть что повеселее?

– Нет! Я буду слушать это! – заявила Олива, отворачиваясь от юноши к стене и не реагируя на его присутствие.

Авен закатил глаза. Вот же упертая бестия! Парень встал. Олива не пошевелилась, хотя она слышала, что юноша покинул ее территорию. Но Авен не собирался уходить. Он стащил с себя рубашку и внаглую плюхнулся рядом с девушкой.

– Подвинься! – попросил он Оливу, ошалевшую от его беспардонности. Но Крылова не послушалась. Ей не нравилось, что парень так просто вламывается к ней, да еще и портит ее меланхоличное настроение. Как так можно?!

– Ну ты бука… – пожаловался Авен, когда Олива так и не повернулась к нему спустя несколько минут, да еще и не отдала часть одеяла, которое парень пытался у нее отобрать.

Услышав укол мага, девушка повернула к нему голову.

– Это я бука?! Ты сам как дурак придумал какую-то ерунду, стал обижаться, да еще и обидел меня своими подозрениями! Так что это ты не умеешь признавать свою неправоту! – высказалась она, ткнув парня в грудь.

– Умею я! – в тон ответил Медула, начиная заводиться. – Ты думаешь, я пришел просто так? Если бы я не понял, что был неправ и поступил как идиот, то не пришел бы мириться, заявившись к тебе посреди ночи. А теперь ты меня чуть ли не выгоняешь!

– Вот именно, что посреди ночи! Я вообще-то почти спала, а ты мне помешал!

– Мне уйти? – спросил Авен, готовясь подскочить и сразу же покинуть ее комнату. Олива притупила спесь во взгляде, понимая, что еще немного, и они снова поругаются.

Минуту квады сверлили друг друга взглядами, ожидая, кто сдастся первым. В итоге девушка уступила. Она вытянула край одеяла и раскрыла его для парня, давая тому понять, что он может остаться. Все-таки Авен пришел извиниться, а она сейчас только отталкивает его.

Медула тотчас воспользовался ее приглашением и придвинулся ближе, залезая под одеяло. Никто из них не ощущал смущение из-за того, что они лежали так близко друг к другу на узкой кровати девушки. Это уже не было чем-то сверхъестественным. Олива неоднократно ночевала у парня, только сейчас он сам пришел к ней, именно это и смущало ее самую малость.

Авен положил голову на подушку и посмотрел на Оливу, которая и сама в упор глядела на него. В наушниках продолжала играть музыка. Да, это была какая-то грустная мелодия, но она умело будоражила в жилах кровь, призывая молодых людей остудить пыл и прекратить ругаться. И квады ее послушались. Они просто как обычно разглядывали друг друга, понимая, что им слишком дорого то, что есть между ними, чтобы так просто разрушить все в один момент. Они знали, что должны ценить друг друга, не забывая доверять и уважать. В этом и заключался секрет отношений.

Олива опустила взгляд на шею парня, а после пробежалась взглядом по его торсу, который даже в полутьме казался слишком красивым. Девушка устыдилась своих мыслей, вспоминая, что Авен телепат, но быстро поняла, что амулет все еще на ней, а потому парень не в силах залезть к ней в голову. С тех пор, как Олива узнала о его умениях, она предпочитала не снимать медальон. Все-таки ей не хотелось, чтобы юноша копался в ее мыслях.

Олива поняла, что разглядывает Авена слишком долго, когда поймала прямой усмехающийся взгляд мага и начала краснеть. Но парень просто притянул ее к себе и обнял, перекрывая девушке возможность на него смотреть. Он поцеловал кваду в лоб и лег на спину. Олива обняла юношу в ответ, прижавшись к его теплому боку. Раньше бы девушка никому не позволила спать с собой. Она очень ценила личное пространство и не любила даже просто делить с кем-то комнату, не говоря уже о кровати. А теперь ей казался этот запрет таким диким, когда дело касалось Авена. С ним квада хотела даже лежать в этих нелепых объятиях, смысла которых она никогда не понимала, а сейчас была готова отдать за них все. И юноша это понимал, потому прижимал ее к себе, давая понять, что никуда ее не отпустит.