Чтение онлайн

Однако не только успехи компании привлекли моё внимание. Отзывы сотрудников, хоть и разнообразные, часто упоминали одно и то же: работать под руководством Болотова было непросто. Он требовал не только знаний и навыков, но и умения мыслить нестандартно, брать на себя ответственность за результат и готовность действовать в условиях постоянного давления. Это не удивляло, учитывая его биографию. Он привык к жёсткой дисциплине и высоким стандартам ещё в Шлюмберже, и эти принципы внедрил в свою компанию.

Что касается его сына, Владислава, информации о нём было значительно меньше. Молодой, амбициозный, он с ранних лет вовлечён в семейный бизнес, но пока ещё не успел показать себя так ярко, как его отец. Были слухи о том, что его продвижение по карьерной лестнице больше связано с семейными узами, чем с реальными заслугами, но я не могла судить об этом наверняка. Сын Болотова, при всех обстоятельствах, не мог быть человеком слабым или некомпетентным, учитывая стандарты, которые задавал его отец.

Компания успешно сотрудничала с такими гигантами как Лукойл, Татнефть, Газпром, Роснефть и другими. И большая заслуга в этом была именно Болотова старшего. Отдав номинальную власть сыну, Александр Юрьевич не исчез с горизонта. Он по-прежнему оставался за кулисами, но его влияние ощущалось во всём, что касалось важных решений — это ни для кого тайной не было. Он был тем самым «серым кардиналом», который знал, как двигать компанию вперёд, несмотря на жёсткую конкуренцию и постоянное давление со стороны крупных игроков, имеющих поддержку во властных структурах.

Он мотался по всей России, встречался с заказчиками, решал проблемы на местах и устанавливал партнёрские отношения там, где обычные переговоры не давали результатов. Его умение выстраивать диалог и договариваться на самых высоких уровнях позволило «Петроинжинирингу» занять лидирующие позиции на рынке инжиниринговых услуг. Болотов-старший был не просто бизнесменом, он был стратегом, который чётко знал, куда и как нужно двигаться, чтобы компания оставалась в числе лидеров, уступая только тем, у кого была серьёзная поддержка во властных структурах.

Но работать мне предстояло именно с Болотовым-младшим.

Утром, в сопровождении уже знакомого Павла Юрьевича, который оказался не просто менеджером по персоналу, а начальником отдела кадров, я поднялась в знакомую приёмную, откуда в гневе вылетела минувшим днём. Всё выглядело точно так же, как и вчера, но ощущение было совсем другим. Теперь это место было не полем битвы, а моим рабочим пространством, где предстояло пройти свои испытания.

— Так, — Павел Юрьевич указал на стол, стоявший посреди приёмной у самого окна, — это ваше рабочее место. За этим шкафом — кухня, там стоит кофемашина и вся необходимая посуда.

Я огляделась, пытаясь привыкнуть к новой реальности. Мой стол был небольшим, но аккуратно укомплектованным: на нём стоял компьютер, телефон и несколько папок с документами. Всё выглядело так, словно ждало своего хозяина, и мне предстояло стать этим хозяином, взять на себя ответственность за всё, что происходило в этом уголке офиса.

— Здесь вы будете принимать посетителей, — продолжил Павел Юрьевич, следя за моей реакцией. — Ваши обязанности включают ведение расписания, первичную работу с документами, организацию поездок и встреч, звонки и разные мелочи. Помощницу Владислава Александровича — Елену Вячеславовну вы уже знаете, — еще бы! — А вот с помощницей Александра Юрьевича вам еще предстоит познакомиться. Алла Викторовна — профессионал высочайшего уровня, но человек…. Сложный. Лучезара Игоревна, по личному распоряжению Александра Юрьевича вы так же будете и его секретарем, конечно тогда, когда он в Москве. Не переживайте, основные обязанности по компании все-таки выполняют помощницы, ваши же обязанности не включают ничего особенного.

— Кофе, звонки и документы, — вздохнув, закончила я, осматриваясь.

Стол Елены Вячеславовны стоял около дверей Владислава, а стол второй помощницы — около дверей Александра Юрьевича.

— Почти…. — кисло улыбнувшись, ответил Павел Юрьевич. — Иногда…… бывают ситуации, когда мы все выходим за рамки своих должностных инструкций. Понимаете?

— Еще бы… — мой голос против воли выдал мою тоску. — Мне… придется слушать и помощниц?

— Да, конечно. Вообще-то, я думаю, основное ваше общение будет именно с ними. Алла Викторовна, здесь давно и знает все тонкости работы с Александром Юрьевичем. Он ей доверяет, и это многое говорит о её профессионализме. Но она тоже человек с характером, не терпит некомпетентности и может быть резкой. Постарайтесь не попасть под горячую руку и учитесь у неё. Она может многому научить, если сумеете наладить с ней контакт.

Я кивнула, чувствуя себя птицей, упавшей в гнездо со змеями.

Часы пробили без пятнадцати девять и в приемную стремительно вошла Елена Вячеславовна. Увидев меня она на мгновение замерла, по ее лицу пробежала судорога неприязни и презрения, но она ни слова мне не сказала, только сбросила свое меховое манто в шкаф и села за свой стол.

— Что ж, дамы, оставляю вас, — поспешил сбежать Павел Юрьевич, явно почувствовав изменение атмосферы. Его голос прозвучал весело, будто он действительно рад покинуть это поле боя. — Хорошего рабочего дня.

Он быстро удалился, оставив нас вдвоём с Еленой Вячеславовной, и я ощутила, как напряжение только усилилось. Она, казалось, не замечала моего присутствия, но я чувствовала, как её внимание направлено на каждый мой жест и действие.

Я глубоко вздохнула, постаравшись успокоиться, и снова погрузилась в документы, которые лежали передо мной. Мне нужно было разобраться с расписанием Владислава Александровича, а также подготовить несколько документов для предстоящих переговоров — благо все они были прекреплены к расписанию. Для начала нужно было хоть прочитать их, а не размышлять, что думает обо мне Елена Вячеславовна.

Она, в свою очередь, тихо и методично занималась своими делами, печатая на клавиатуре и делая пометки в блокноте. Казалось, что её совершенно не волнует моё присутствие, но я знала, что это лишь видимость.

В половине десятого, она подошла к моему столу и бросила папку с документами:

— Рассмотри, рассортируй и приготовь резолюции, — коротко и не понятно.

Я молча сжала зубы, понимая, что легко не будет. Хорошо, ох, хорошо, что вчера я до поздней ночи изучала структуру компании по документам, выданным отделом кадров.

Открыв папку, я быстро просмотрела содержимое. Это были документы по внутренним проектам компании, различные отчёты и запросы, для которых нужно было подготовить краткие резолюции. Я пробежала глазами названия отделов и сотрудников, внезапно чувствуя, как уходит нервозность. Всё, что было передо мной, казалось на первый взгляд хаосом, но, если сосредоточиться, можно было найти в этом логику.

Первым делом я разложила документы на несколько стопок, разделяя их по видам: служебные записки, письма от партнеров, отчеты отделов. Затем начала внимательно изучать каждый документ, стараясь понять, что именно требуется от меня. Елена Вячеславовна вернулась за свой стол и, не обращая на меня внимания, снова погрузилась в свои дела. Она, казалось, забыла о том, что только что дала мне задание, но я понимала, что это всего лишь видимость. Она наблюдала, оценивала, проверяла, на что я способна.