Чтение онлайн

Будто и не было за нами никакой погони, и отец не оставался в лесу…

Ольга в комнате поливает цветы. Она пока не решается переехать ко мне в Нытву, а мне теперь отсюда уезжать нельзя. Старик не обманул меня, вернул мне с «энергией» мужскую силу, и в конце зимы мы ждем пополнения в семействе…

Будто мы и не расставались с ней никогда…

Петрович снова лучший друг Серого. Они ничего не помнят, все так же спорят, так же работают в офисе на заводе. Хорошо, что раны у Серого оказались не глубокими, и помощь оказали вовремя.

Будто и не пытался Петрович его убить…

Все как прежде, все спокойно…

Что-то подтолкнуло меня выйти на улицу. Я остановился у низкого забора у калитки. Выходной, обед, погода прекрасная.

Смотрю вдоль улицы на редких прохожих, таких разных, и в то же время таких одинаковых – нормальных, веселых, жизнерадостных. Дети, взрослые, вот молодая парочка прошла, а вот два парня с пивом в руках, а вот вдалеке бредет… старик.

Старик?

Я присмотрелся: далековато, метров триста, но да, это он, без сомнения.

Тот же балахон с капюшоном, бородка, вроде бы торчит вперед.

Я не верю своим глазам.

Вот оно! Вот в чем дело!

И тут старик поворачивает голову, будто услышав меня.

Я замер, задержал дыхание…

Медленно поворачивается капюшон, движения затормаживаются.

И мне предстает страшно уродливое лицо. В шрамах, в оспинах, опухшие глаза едва светят жизнью. И никакой бородки, никакого горящего взгляда.

Уф! Я продолжил нормально дышать. Пульс пришел в норму.

Это не старик, просто бомж. Просто урод.

Урод?

Слово вгрызается в мозг.

Урод. Урод.

Начинает колоть под ложечкой, ощущения обостряются. Я даже уловил на краткий миг запах помойки, мочи и давно не мытого тела этого… человека.

Урода.

– Что с тобой?

Я, вздрогнув, обернулся. Ольга неслышно подошла, смотрела на меня удивленно.

– Ничего, – выдавил я из себя. – Я… я просто…

– Ты какой-то бледный. Все хорошо?

Она потрогала мне лоб, заглянула в глаза.

Я замялся, отвел взгляд.

– Да все хорошо, правда…

– Не ври. Я же вижу, что не нормально, – она посмотрела вдоль улицы. – Ты как будто увидал кого-то. Кого?

Не хотелось ее посвящать в свои подозрения, догадки, предчувствия. Но разве можно отвертеться? Она же женщина, чутье у них в крови.

Я вздохнул, взял ее за руки, посмотрел в глаза.

– Я видел знак, – сказал я на выдохе.

– Какой знак? – насторожилась Ольга.

– Ну-у, – я отвел взгляд, она повернула лицо обратно.

– Какой знак? Говори же, не тяни! Я все равно выпытаю!

Я сдался.

– Ну, хорошо. Скоро что-то случится. Сначала я видел сон…

– Сегодня?

– Да…

– Я так и знала! – воскликнула она. – Тебе кошмары снились, ты весь дрожал, даже меня разбудил.

– Да? Я не помню…

– Да ты никогда не помнишь, спишь, как бревно, пушкой не разбудишь. Что тебе снилось?

Я рассказал про полет, про волосатую руку.

– Кто это? – спросила Ольга спустя минуту. – Как ты думаешь?

– Я не знаю, Оля. Но вот этот старик сейчас… бомж, они как-то связаны.

– Как?

Я пожал плечами, оглянулся на улицу. Бомжа-старика там и след простыл.

– Не знаю. Но я увидел урода, настолько страшного, как… монстра в человеческом обличии. Это знак. Я это чувствую… чувствую… скоро это снова начнется.

– Опять? – Ольга тяжело вздыхает, обнимает меня, прижимается всем телом. – А я уже стала все забывать…

– Да. Опять, – сказал я. – Сам того не ведая, я пробудил монстра. Я попал в его тело, и он очнулся.

– Господи, – прошептала Ольга. – Кто же это?

– Кто это, я не знаю. Но это точно не человек.

Глава 2.

– Как? Как это могло случиться? – возмущался профессор Запольский, меряя комнату охраны короткими резкими шагами.

Двое охранников, Лузин и Коротков, тупо моргали и в очередной раз оправдывались.

– Да мы не знаем, как он прошел! Он нас загипнотизировал!

Профессор остановился перед ними, прожигая увеличенными стеклами очков глазами. Про себя же подумал, что подтвердилось мнение о том, что дикие люди обладают гипнозом и внушением. Что ж, это интересно.

– Э-э, – начал Лузин, – Эдуард Янович…

Тот вышел из размышлений, продолжил с грозным видом.

– Хорошо! А как же он мог решетку выломать голыми руками? Он же чуть живой был, в коме пролежал почти месяц!

Охранники отводили взгляды, пожимали плечами. Откуда им знать? Не их это дело разбираться в причинах бегства полуживого чудовища, они лишь следили за безопасностью доступа внутрь помещений лаборатории, а никак не наружу. Виктор Лузин, майор в запасе и старший этой злополучной смены, нервно провел рукой по седым коротко стриженым волосам. Он до сих пор не мог без содрогания вспоминать эту сцену появления монстра. Он только надеялся, что не очень долго ему, боевому офицеру, прошедшему, как ему казалось, огонь и воду, будут сниться по ночам кошмары.

Они как обычно сидели с Антошкой Коротковым, который совсем недавно уволился в запас из ВДВ, здоровенный и накачанный, следили за камерами наблюдения на мониторах, болтали о том о сем, как вдруг… в коридоре появилось ОНО. Сколько раз они ходили смотреть на это чудо природы, неподвижно вытянувшееся в дальней комнате на столе, за толстенными стальными прутьями. Он уже настолько привык видеть его недвижимым, что появление лохматого гиганта в коридоре, подпирающего огромной головой потолок, показалось ему сначала видением, призраком. Он вспомнил, как сначала открыл рот, замерев под взглядом маленьких желтых глаз, потом медленно протянул руку к напарнику.

– Эй, Антоха… – только и успел сказать он, как чудище бодрыми шагами двинулось на него.

Вмиг сердце сковало стальными кандалами ужаса – он понял слишком поздно, что оно на самом деле встало, ожило и каким-то образом вырвалось на свободу. А теперь рвется к ним, и отделяет их от наполненных звериной злобой желтых глаз лишь тонкое стекло да хлюпенькая дверца их комнаты.

В последнее мгновение перед погружением в сладкую молочную тишину, он словно далекое эхо услышал вскрик напарника: