Чтение онлайн

– Слухи, - заверил Артемьев.

– Да?

– Слухи. Я тебе сейчас это докажу... Останови машину, - кивнул Артемьев водителю.

Джип остановился. Глядя наружу через затемненные стекла, Клюв отметил, что место пустынное. Справа - длинный бетонный забор с колючей проволокой. Слева - усыпанный промышленным и бытовым мусором овраг, через который перекинут какой-то красно-кирпичный мост. Вверх взметнулись чахлые деревья.

Артемьев вышел из машины, вытащил оттуда обеспокоенного Клюва.

– Вы чего?
– спросил тот настороженно.

Артемьев молча врезал ему кулаком в челюсть.

Когда у Клюва в глазах просветлело, он понял, что лежит на асфальте. Изо рта кровь струится. И еще два зуба придется вставлять. Одна крошка от них во рту осталась.

– Теперь слушай, - Артемьев пнул тело ногой.
– Выбирай статьи. Торговля наркотиками - до десяти. Ты пытался впарить нашему осведомителю пакет с тремястами граммами героина. Понятые, покупатель - все будет в порядке. Или изнасилование - клиентка тоже на месте... Или ношение оружия. Хотя оружия тебе маловато будет. Можно все вместе впарить. И самую лучшую камеру. Ясно?..

– Не выйдет у вас ничего, - жалобно проблеял Клюв.

– А что нам помешает?.. Есть еще один вариант, только не знаю, больше он тебе понравится... Я тебя везу за Кольцевую и закапываю...

– За что наехали?
– заскулил Клюв.

– Есть за что, Алик. Вспомни расстрел на Авиастроительной. Не доказали тебе. Но там был ты. Четыре трупа... За убийства отвечать надо. Мы тут решили небольшую зачистку в городе от нежелательных элементов устроить, Артемьев еще раз врезал Клюву ногой по голени, но не так сильно.

– Что хотите-то от меня?
– Клюву было очень неудобно вести переговоры лежа, но Артемьева такой стиль общения вполне устраивал.

– Ты с Сашей Кандагарским работал?

– Работал!

– Над чем?

– Долги вышибал.

– Много народу заглушили?

– Не знаю...

– Ты в курсах, что Сашу ухлопали?

– В курсах.

– А за что?

– Не знаю. Я с ним три месяца как разошелся.

– Он тебя отпустил?

– А куда денется?

– Саша подобрел? Или ты ему на хрен не нужен стал?

– Ему виднее.

– Не нужен, - засмеялся Артемьев.
– Ты слабый, Алик. Трепливый. А у него пошли серьезные дела. Правильно ведь?

– Он заказ получил. Серьезный.

– Какой?

– Мне не говорил.

– За что его могли завалить?

– Не знаю!
– воскликнул со слезами Клюв.
– Я не знаю!

– Предположения?
– Артемьев позволил Клюву присесть на земле и склонился над ним, глядя сверху вниз.

– Когда Сашу завалили... В тот день я в кабаке был, где он обычно вечерами гудит... Один гаденыш там крутился.... Кепка на лоб. Нос горбатый. Глаза хитрые. Шифровался, как мог... Но я его узнал...

– Кто это был?

– Махмуд.

– Что за гусь?

– Мы с чеченцами переговоры о работе вели. Так Махмуд там крутился при ихнем бугре.

– Что за бугор?

– Султан.

– Известная сволочь... А ты хороший парень, Алик...

Клюва подняли, усадили в машину, предварительно отряхнув, чтобы сиденье не пачкал.

– Ты очень хороший парень, - улыбнулся открытой, широкой русской улыбкой Артемьев.
– Ты созрел, чтобы стать агентом Управления по борьбе с бандитизмом.

– Я?!

– Ты.

– С какой такой радости?

– Чеченов заложил. На нас поработал. Остается теперь рассказать остальное, что знаешь... Работа у нас не пыльная. В случае чего я тебе помогу, коли туго станет в нелегкой бандитской жизни.

– Я не въехал, это вы о чем?

– Работать мы будем с тобой, Алик. Рука об руку. Как соратники.

– Никогда!

– Ты же знаешь, что будем... Иначе тебя не будет... А теперь брысь отсюда.

Клюва выпихнули из салона. Водитель наддал газ, обдав бандита выхлопными газами.

– Значит, все-таки Сашу прибрали чеченцы, - сказал оперативник, сидевший на заднем сиденье.

– Похоже на то... Так, по приезде в контору мне быстро весь расклад на этих самых Султана и Махмуда, - приказал Артемьев, прикидывая, что у Глеба сегодня определится новый обширный фронт работы.

* * *

Если бы Сергей Радченко был тем, за кого себя выдавал, - то есть "новорусским" удачливым котом сорока пяти лет от роду, богатым и бесшабашным, считающим, что ему на роду написано хватать за хвост жар-птиц, с компьютером вместо головы и цепкостью клеща, интересующимся только приумножением капиталов, то ему бы пришел конец в тот же день. Но в увлекательной книге его жизни было много авантюрных страниц. А одним из самых насыщенных событиями этапов своего большого жизненного пути он считал работу в службе наружного наблюдения Комитета госбезопасности СССР. Было время, он входил в число лучших топтунов, отработал и старшим группы, и руководителем отделения. Уже потом его занесло в экономическую контрразведку на нелегальную работу. Тогда, в конце перестройки, КГБ активно создавал свои подпольные коммерческие структуры.

Две машины - задрипанную "Тойоту" и "Форд" - пару раз Радченко наметанным взглядом вычленил из потока движения. Сердце сладостно и тревожно екнуло. Черт, ведь за ним ведется наблюдение!

Этот вывод надлежало проверить как можно обстоятельнее. Резких движений он не делал - "хвост" нельзя резко обрубать. Неведомые недоброжелатели навесят другой, более квалифицированный. Или устроят еще что-то. С "хвостом" надо поиграть. Перво-наперво убедиться на сто процентов, что действительно имеет место слежка.

Убедиться в наличии скрытого наблюдения для профессионала не составляло труда. Около Пушкинской площади Радченко проскочил на красный светофор и поглядел, как засуетились преследователи. Через несколько минут он выполнил лихой разворот в неположенном месте. И окончательно убедился, что преследователи вцепились в него крепко. Пока прорисовались две машины. Судя по тому, как плотно они держались за него, ими бригада "наружки" и ограничивалась.

Последний финт с грубым нарушением дорожных правил обошелся финансисту в пятьсот рублей - на трассе очень некстати подвернулся гаишнику. Унылого вида дорожный пират в синем комбезе с удовольствием остановил навороченный "глазастый" темно-синий, только из мойки "Мерседес".

Радченко сунул старшине стольник и посмотрел, как страдальчески скривилось у служивого лицо:

– Чего мало, командир? Вот вам хорошо. Машина. Офис наверняка. Квартирка... У меня зарплата нищая. Стою тут с утра до вечера, дышу выхлопными газами... Если уж совести нет, то езжайте дальше, - махнул гаишник жезлом.

Это было нечто новое в системе вымогательства на дорогах. Обычно стражи дорожного спокойствия давили на страх, но уж никак не на совесть. Обалдевший от такого поворота бизнесмен вынул пятисотку: