Чтение онлайн

Однако на этот раз Рой понятия не имел, каких именно повелений тот от него хочет, а потому злился еще сильней. Но что он знал совершенно точно, так это то, что Сидней еще не сполна поплатился за жестокость, с которой обходился с ним в школьные годы: это было время, когда Сидней искушал его упорно и постоянно, нередко уступая его страсти в каких-нибудь темных коридорах и укромных лесных уголках их глухой глубинки, после чего, в присутствии других мальчишек, выражал к нему еще больше пренебрежения, часто и вовсе не замечая его в гостях у друзей или на улице, а в довершении всего отказался обменяться рукопожатием на церемонии вручения аттестатов, где Рой произносил торжественную прощальную речь выпускника, и мало того, влепил ему пощечину, когда Рой попытался силой пожать ему руку.

Ни тот факт, что он, Рой, обзываемый сыном салотопа и точильщиком ножниц, по праву лучшего ученика своего класса открыл торжественную выпускную церемонию, ни то, ценою лишений и неустанными трудами он в конце концов сделался богаче и старого доктора Ульрика, и миссис Уэйзи, и невесть что о себе возомнивших братьев Де Лейкс - никакие успехи не принесли ему удовлетворения и не прибавили уверенности в себе.

В венах Роя разливался какой-то неугасимый огонь, возможно, передавшийся ему в генах от предков, и теперь, при виде Сиднея Де Лейкс старое пламя вспыхнуло с новой яростью. Но Рой был только рад, что кровь в нем снова забурлила, потому что все то время, пока Сидней сидел в тюрьме, он ощущал себя безжизненным, холодным и погруженным в глубокую спячку. А он мог по-настоящему быть собой только тогда, когда ненавидел, когда строил планы убийства или, еще лучше, повелевал совершить это убийство другим.

– Она застукала, как мы с Гаретом валялись.

Это была единственная фраза из многих, что сказал в тот вечер обычно немногословный (а если говорить по правде - он был не сильно красноречивей рыбы) Сид Де Лейкс, которая долетела до сознания Роя, полностью поглощенного собственными размышлениями.

Стоило Рою услышать имя Гарет, как в голове у него созрел план. Он тотчас понял, что с помощью юного Уэйзи он сможет вновь заполучить Сиднея. И на этот раз, его манипуляция непременно сработает и он доведет свое незавершенное дело с Сиднеем до конца.

– Положим, я схожу к миссис Уэйзи и сделаю так, что она тебя возьмет обратно, - сказал салотоп, убрав иголку с ниткой в искусно сделанную шкатулку из натуральной кожи и захлопнув крышечку с резким металлическим щелком.

Однако в нем тотчас вскипела злость, потому что на лице у Сиднея появилось выражение, которое красноречивее слов говорило: а она вообще пустит такого как ты на порог?

– Ты забываешь, - сказал Рой, в ответ на его мину, - что это я научил Гарета ездить верхом...

– И подбил его устроить гонку, угробив отца с братьями.

– Значит, она уже тебе уже поплакалась?

– Просто рассказала все, как было.

– Ты знаешь только ее рассказ... Не хочешь выслушать и мой?

Сид закрыл лицо ладонями и опустил голову, чуть не перегнувшись пополам.

– Я так понимаю, прячась в ладошки, ты меня шлешь на хер с моей версией... А ведь Гарет с утра до ночи меня доканывал просьбами махнуть наперегонки. Тот поезд, насколько я знаю, даже не засвистел. Я вообще не из тех мест, не живу там как они -- со всеми удобствами - на поездах не езжу... Ну да все равно, - добавил Рой, - скакал-то наперегонки с Гаретом не я. А Браен.

Сидней отнял от лица ладони, и взглянув салотопу прямо в глаза глухо спросил: "Думаешь, сможешь убедить ее взять меня обратно...? Что, вправду сумеешь...?"

Салотоп весомо закивал головой снова и снова, как часовой маятник.

– А что будет с этого мне, мистер Де Лейкс?

– Я и так заплатил тебе самой высокой ценою, Рой. Это с твоей подачи я теперь такой, каким стал.

– Ой, послушайте его... Опять старая песня... Ты повздорил с Браеном и пристрелил его, конечно, по моей вине, потому что я с ним наигрался и тебе его сплавил ...

– Ты убил нас обоих... Посмотри на меня как следует. Ты отлично знаешь, что совершил. Я живой мертвец.

Салотоп открыл еще одну маленькую шкатулку, высыпал оттуда травки и стал скручивать ее в папиросную бумагу. Он проделал это довольно быстро. Сидней делал вид, что не замечает его манипуляций, однако это получалось у него ровно до тех пор, пока Рой не вставил раскуренный косяк ему в зубы.

– Успокойся ты, Сид, верну я тебе твоего ненаглядного мальчика.

Сидней затянулся травкой. По щекам у него потекли две слезы.

– Значит, ты на самом деле влюбился в Гарета... Я-то знаю, какого ты склада. Это ведь я надоумил старого доктора Ульрика, что парнишке нужна новая сиделка... Только ты ему не ровня. Предки-то у его мамаши были богачами, не то что твои, мелкие деревенские сошки...

– Спасибо на добром слове, Рой, - горько и безнадежно отозвался Сидней.

– Я люблю тебя все так же, как любил в школе... хватило же у меня тогда дурости тебе в этом признаться...

– Давай, вини меня заново во всем на свете... валяй... Я, конечно, виноват даже в том, что солнце по ночам садится, а по утрам дергает всех из постели. Выкладывай, какие еще ко мне счеты?

– Сильно ты запал на этого Гарета?

– Ой, Рой, на хрен даже не спрашивай, - отрезал Сидней, но через секунду ответил, - до одури.

– Раз так, я схожу к старушке и потолкую с ней, глядишь, она и возьмет тебя назад... Тогда с тебя будет потом будет должок.

– А то.

– Поблагодари меня, Сид.

– Дай дунуть еще твоей дури, - попросил Сид.

Рой подошел к гостю и воодушевленно сунул косяк ему в рот.

– Ты вечно был неблагодарным... И никогда ничего не взял от жизни сам - даже твои беды свалились на тебя незаслуженно... Даже убийство, по сути, совершили за тебя... Но ты все равно будешь моим, слышишь...

– Да, - отозвался Сидней, затягиваясь косяком так жадно, как будто решил разом выкурить его один, ничего не оставив Рою, "я тебя хорошо понял... Идет, верни мне Гарета, а потом я весь твой".

– Ручаешься за свои слова, тюремная пташка?

Вместо ответа Сидней сверкнул на него таким взглядом, каким он еще никогда не смотрел ни на одного человека, но Рой, хоть и смутившись на мгновение при виде такой ярости, все же схватил его за руку и сжал в горячем, почти не подвластном ему порыве.

Рой накинул свою старую охотничью куртку и натянул башмаки. Увидев, что хозяин направился к двери, Сидней тоже встал.

– Оставайся тут, - велел Рой гостю.
– Дождешься меня, пока я не вернусь, усек? Если она не возьмет тебя обратно, ты ведь все равно не потащишься домой к Вансу плакаться что тебя пнули с работы, верно? Ну а если возьмет, я сам тебя отвезу к твоему... как там ты его называешь, забыл?

Но на этот раз выражение лица гостя заставило умолкнуть даже Роя.

– Чтобы ты не слинял, запру тебя на двойной замок. Звук должен быть тебе знакомым, - бросил ему Рой, уходя.