Чтение онлайн

– Целую, - произнес Сидней, продолжая всхлипывать. Лицо его было мокрым от слез.

– Дай выпью твои слезы. Никогда не пил слез.

– Убей меня, Рой, чего тебе стоит. Мне уже все равно. Можешь меня убить, выварить как падаль, и никто ничего не узнает.

– Я не хочу убивать тебя и никогда не хотел, - продолжал Рой, непрестанно целуя лицо Сиднея и осушая губами его слезы.

Затем он расстегнул Сиднею штаны, вытащил оттуда его пенис и пригнул того лицом к собственному члену со словами: "Поплачь на свой член, Сидней. Смелее, поплачь. Омой его слезами".

– Убей меня или пусти, - прорыдал тот, продолжая оставаться склоненным лицом к собственному мужскому органу.

Тогда Рой поднял ему голову и глядя ему прямо в глаза произнес: "если уйдешь домой, и не сделаешь, как я говорю, то никогда в жизни ты от меня не освободишься..."

– Не заставляй меня выкапывать из земли того, кого я сам же застрелил, бога ради... это безжалостно, это кощунство.

Сидней поднялся на ноги, но тут же упал ничком. Рой склонился над гостем, повернул его лицом вверх, а затем ненадолго взял его пенис в рот.

– Нет, нет, - закричал Сидней.
– Я не вынесу, я не вынесу.

– Тогда сделаешь как я говорю?
– рявкнул Рой.

– Я постараюсь... Но ради бога не имей меня... Прежде убей...

– Постараться это мало.

Рой снова принялся у него отсасывать.

– Хорошо... Я все исполню, Рой...

– Но если не выполнишь как нужно, Сидней, - пригрозил Рой, поднимаясь, - я сделаю нечто такое, что ты еще миллиард лет будешь вспоминать меня в аду.

Сидней кивнул.

– Ну так что, готов приступить прямо сейчас, если я тебя отпущу?- спросил Рой, по-прежнему сжимая в руке его пенис.

– Да, готов.

Рой запихнул член Сиднея обратно ему в штаны и застегнул ширинку.

– Нужны будут лопаты, кирка-мотыга и остальные инструменты, - сказал Сидней.

Он вновь начал всхлипывать еще сильнее прежнего, и пару раз не выдержал и закричал, причем таким душераздирающим голосом, что даже Рой ужаснулся.

Затем, немного успокоившись, Сидней спросил: "Неужели мне придется это сделать, Рой?"

Он повторял этот вопрос снова и снова.

– Да, Сидней, иначе ты не станешь свободным...

– Значит так, теперь слушай, - велел Рой, сам хорошо понимавший, что вещь, которую он сейчас скажет, исполняя отданное ему призраком повеление, принадлежит к разряду тех, в какие не то что нельзя поверить, но даже трудно допустить, что твои уши тебя не обманывают.

– Когда соберешь кирки, лопаты и остальные инструменты, ты - перед тем как отправишься на кладбище - приколотишь меня гвоздями к амбарной двери, понял?

Сидней ничего не ответил. Лишь медленно кивнул головой. Потом подошел ко входной двери, поспешно ее открыл и его стошнило прямо за порог, на дико и беспорядочно разросшиеся у дома герани, петунии и пурпурный вьюнок. Оттерев рот тыльной стороной ладони Сидней вернулся в комнату.

Между тем Рой отобрал из коробки гвозди и выложил два молотка, один большой и тяжелый, другой полегче, но тоже внушительного размера.

Он снял с себя всю одежду, а затем взял револьвер с небольшого комода, где он лежал, оставшись незамеченным Сиднеем.

Рой наставил оружие на гостя и они направились к огромному амбару, совсем недавно покрашенному и блестевшему свежей краской: Рой потянул и открыл самую большую из дверей.

– Вот дверь, к которой ты меня приколотишь, ясно?

Сидней кивнул. Рой даже не знал, как ему реагировать, видя такую слепую покорность - успокоиться или разозлиться.

Однако сразу после демонстрации этой тупой готовности на все, Сидней опустился перед салотопом на колени со словами: "Отпусти меня или убей. Я не смогу, я не выдержу ".

– Ты сможешь освободить себя только сам, если приколотишь меня к амбарной двери и побыстрее. Другого способа нет. Могу дать тебе хлебнуть для храбрости, если ты по-другому никак, но ты должен пригвоздить меня вот здесь и поутру привезти Браена, чтобы он меня увидел. Иначе ты никогда от меня не избавишься... понимаешь?

– Я не знаю, я не знаю, - продолжал бормотать Сидней.

– Ладно, давай вставай, или я тебя пристрелю. Слышишь? Вот так. Теперь полей мне на правое запястье и руку, и на правую ступню и бедро вот этим пойлом, - Рой вынул затычку из большой бутылки, которую захватил с собой, и Сидней безучастно растер содержимым перечисленные части тела.

Затем Рой указал ему на гвозди, разложенные в ряд на белой тряпке вместе с двумя молотками.

– Ну а сейчас будь умником и приколоти меня вот к этой двери, идет? Сделай это ради нас обоих, Сидней. Пригвозди сына салотопа к амбарной двери. Ты сам в глубине души этого хочешь. Ведь той пощечины на выпускном было мало.

У Сиднея вырвался крик: он был таким страшным, что даже точильщик ножниц слегка вздрогнул.

Взяв в левую руку гвоздей, Сид долго медлил в совершенном безмолвии, а потом занес тот из двух молотков, что был поувесистей.

Первый гвоздь прошел сквозь запястье Роя легче, чем можно было предположить.

Салотоп побледнел, в особенности сделались белыми его губы, однако он не издал ни звука.

Казалось, вместо него говорила кровь, что обагрила Сиднею рубашку и руки, и даже окропила ему волосы, струей брызнув в воздух.

Управляемый какой-то неведомой силой, Сидней вскоре прибил несколькими крупными гвоздями руку, ступню и лодыжку Роя. Торопливо орудуя молотком, он споткнулся о небольшую коробочку, из которой высыпались новые гвозди.

Наконец, Сидней кончил дело и отошел. Внезапно Рой, который, казалось, потерял сознание, снова открыл глаза. Он был весь в крови, что непрестанно струилась, сочилась и журча бежала из ран.

– Увидимся утром, - заговорил Рой, но умолк.
– Не забудь привезти Браена, - все же сумел он закончить фразу.

– По-моему, в руках не достает еще пары гвоздей, - заметил Сидней, и открыв рот заработал молотком с новой яростью.

Не помня себя от рвения, Сидней вогнал еще несколько гвоздей в жертву.

Потом он замер, словно любуясь зрелищем, как по телу Роя Стертеванта льется множество кровавых струек, подобно тому, как после внезапного ливня по земле бегут ручейки и потоки.

– Я вернусь на рассвете вместе с Браеном МакФи, - объявил Сидней: его рот был почти на самом уровне сомкнутых глаз прибитого им к амбарной двери человека.