Со временем текст был изменен, как и название, — первоначально песня называлась «Регги одиночки». Вновь призыв и вновь — безрезультатно.
Где-то там
(Текст — С. Сурганова)
Где-то там, высоко,очень далеко,где пустуют страницы тетрадей,где сплетение слов,как зеленый мох,укрывает замерзшую память.Где-то там, в закоулкахмною спетых стихов,там, где я Вам открыла калитку,моих снов волшебствои мечты торжествообнаружатся вдруг и возникнут.Где-то там полумракмягко, с выдумкой так,обозначил Вам тень силуэта.Где качал качели,словно колыбель,озорной, но отзывчивый ветер;погуляйте со мнойпо озябшей листвепод ноябрьским мокрым убранством,где торжественно-гордозвучит «ля минор»,неизменный в своем постоянстве.Где-то там, высоко,очень высоко,где лишь скрипка звучала и флейта,раскрывался бутониз седых лепесткови спадала беспомощность шлейфом,Вы меня не догналикогда-то в пути,может, это туман помешал Вам?Так давайте теперьпогуляем однипо аллеям чуть грустного парка.
Ноябрь 1991 (альбом «СОЛЬ»)
* * *
Просто — музыкальное приглашение на мой день рождения.
Звучи, гитара
(Текст — С. Сурганова)
О, расскажите, как вы меня любили.Забальзамируйте мне душу, пусть сполнасегодня льется дождь в безжизненной пустынеи расцветает в небе желтая луна.Звучи, гитара,как звон, как беглая молва!Звучи, гитара!Мне нынче тоже не до сна.Разбиты окнапорывом ветра и стиха.А мне спокойно,мне так спокойно без тебя!Не нарушая черед обрядов и мастей,я в вашу книгу, как класс невиданных зверей,вошла без стука, страха, соли, мыла, сора и вещейи тихо вышла, за собой сняв дверь пещерную с петель.Я — хулиганка,мне пыль дорог важней пальто.Я —…вот не надо!Я тут вам ЭТО, а не ТО.Сгубили молодость моютри сильных страсти, три кита,но я любила разом всех,притом не чувствуя стыда.Звучи, гитара…О, расскажите мне про Южную Корею,про Сахалин, про сердцу милый Магадан,про то, где нам не нанесли маршрутных линийи где теперь вдвоем с тобой не будем никогда.Я — негодяйка.Я не годна ни ТАМ, ни ТУТ.Я — разгильдяйка,и в чердаке моем сумбур.Кладу на музыку слова,а кто меня об этом просит?Как снег с дождем, меня заноситнеразгребаема тоска…Звучи, гитара!
28.12.1991
(альбом «ПРОВЕРЕНО ВРЕМЕНЕМ», часть 1 «Вечное движение»)
* * *
Здесь не обошлось без влияния русского шансона…
Что касается географических отсылов, Южная Корея «засветилась» в песне благодаря моим любимым друзьям — Марине Чен и Валерию Тхаю. А с Магаданом, думаю, все и так понятно.
Больно
(Текст — С. Сурганова)
Больно, ты слышишь, больно мне с тобой,боль…И, покидая шар земной,я отправляюсь в новый путь,а ты все следуешь за мной,как прежде, боль…Больно… И нет уж сил лететь с тобоймне, боль…Замком на мне висит печаль.Я открываю двери в сон,а за дверьми ни ад, ни рай,а только боль…Больно смотреть в закрытые глазаи видеть мой осиротевший дом.А слезы в них, как воск свечи.Огонь растопит формы дня.Оставит отзвуком в ночислеза моя, боль…Больно твое отсутствие весной,жизнь.Я принимаю год за пять.Я слышу с ночи до заримоих любимых голоса,что от меня ушли…
18.04.1992 (альбомы «НЕУЖЕЛИ НЕ Я», «ЖИВОЙ»)
* * *
Еще одна песня, посвященная бабушке, и — первая радийно-ротационная песня. Ее взяли на «Наше радио» — несмотря на то что «Больно» не совсем вписывалась в формат. Впрочем, из-за этой «непохожести» ее, вероятно, заметили… Когда я впервые исполнила эту песню С. Г., у нее по щекам текли слезы. Очень яркий, острый, незабываемый момент. И каждый думал о своем…
В этом городе фонарей
(Текст — М. Чен)
В этом городе фонарей,мимолетных холодных встречты возьми меня, обогрей,ты сумей меня уберечь.В этом городе темнота,и никто меня не поймет,когда губ твоих немотамое сердце вдруг обожжет.В этом городе тишинаи старинных домов оскал.Я кому-то еще нужна,меня кто-то вчера искал.В этом городе уходилмой последний пустой трамвай.Средь заросших сырых могилты мой новый приют узнай…
1992 (альбом «КАПЛЯ ДЕГТЯ В БОЧКЕ МЕДА»)
* * *
Этот текст меня просто очаровал. Он очень контрастный: вначале — свет и тепло, потом — холод, пустота, мрак. Эта двойственность очень «цепляет». Хотя победила, конечно, как всегда, любовь:).
Добрый Вечер
(Текст — С. Сурганова)
Добрый Вечер,мне так странното, что ты пришел в мой дом,—неприкаянный, желанный,сероглазый и шальной.Я забыла все что было.Я открыла настежь дверьи впустила Добрый Вечерна несмятую постель.Гость желанный,сняв ботинки,скинув пыльное пальто,прошептал: «Зажги-ка свечи,мы не виделись давно.Пусть звучат фокстрот и танго.Все пусть будет как во сне.Не сердись, друг, что так долгодобирался я к тебе».Добрый Вечер,ты-то знаешькак больнее, когда врозь.По тебе — как по страницам,и не вглубь, а только вскользьбез обид и притяжений.Как с иголочки пришлосьплатье цвета шоколадаи фасона в стиле «ночь».Гость желанный и родной мой,не грусти, а спой мне блюз.И звучанием наполнивсе несказанное вслух.Улыбнись мне на прощанье.Знаю, трудным будет путь.Улетай, но, если сможешь,возвращайся как-нибудь.
Сентябрь 1992 (альбом «ПРОВЕРЕНО ВРЕМЕНЕМ», часть 1 «Вечное движение»)
* * *
Она очень любила блюз…
Птицы
(Текст — С. Сурганова)
Что вас гонит из города в город? Кто зовет вас в небесную даль?Певчие птицы зерна с ладонейс детства, увы, не приучены брать.Вьюга за окнами, дождь — не преграда.Есть в крыльях сила — опять не уснуть.Вас не влечет ни хвала, ни награда,Певчие птицы, что гонит вас в путь?В чердачной пыли заброшенных замковуютней, чем в золоте клеточных спиц.И если пространства — то не меньше, чем небо.И если свободы — то не на двоих.Что вас гонит из города в город:восторженность яркой, но все же толпы?Народы? Наряды? Обычаи? Говор?Непостоянство? И просто коты?Так улетайте ж в ночное созвучьеокон зашторенных и фонарей,в роскошь безлюдных и вымытых улиц,в строгость каналов и площадей.Певчие птицы, так радостно-больномне наблюдать ваш свободный полет.Но этот полет так похож на скитаньеот «верю» к «не верю» и наоборот. Что вас гонит, что?
16.11.1992
(альбомы «ЖИВОЙ», «КРУГОСВЕТКА»)
В небе полном звезд
(Текст — С. Сурганова)
В небе полном звезд — имя твое.В небе полном любви — нет твоих глаз…Мы куплены все за сверкающий грошфальшивых улыбок, бессмысленных фраз.В небе полном звезд — имя твое.В мире полном любви — нет тебя.Возвращаясь в свое пустое жилье,ты приносишь в ладонях только след дождя.За твоей спиной усталость и боль,только это все ты не бери с собой.В ту дорогу, что я приглашаю тебя,мы возьмем десять струн и четыре крыла.В небе полном звезд ляжет наш путь.В мире полном любви сможем сомкнутьквартет наших мудрых и ласковых рук,забвенью придав все тревоги разлук.Все та же тональность и те же слова,но с большей любовью говорю тебе:«Моя доминанта пусть будет слышнасквозь шум самолетов и тающий снег!»
18.02.1992
(альбом «ЖИВОЙ»)
* * *
Где-то между стихами Татьяны Хмельник и песней Аллы Пугачевой «Расскажите, птицы…». Такая широта, такой полет…
Вот так нескладно
(Текст — С. Сурганова)
Вот так нескладно, вполголосани о чем не прошу тебя.Только, если возможно, немножечкопосиди тихо возле меня.Без приставки к себе «осторожно»и со словом к тебе «нельзя»я скитаюсь озябшим волчонкомв малахитовой зелени дня.Как жаль, что в жизни нет спросас тех, кто может летать.Как жаль, что нет запросана тех, кто умеет ждать.Ритмичность пульсации вправесказать, что нет перемен.Но вряд ли в замочную скважинуувидишь весь мир как он есть.И сложность не в том, что вы были.А сложность вся в том, что вы есть,безумье мое и бессилье —рядом с теми, кому буду петьвсю жизнь, а может, и больше.И если вдруг спросит мой друг:«Малыш, ты был счастлив?»Отвечу: «Быть может,и чаще, чем сотни вокруг».Вот так нескладно, вполголосасебе иногда говорю:«Не стоит так часто вторгаться в чужоесознанье со словом „люблю!“».
15.05.1992
(альбом «ПРОВЕРЕНО ВРЕМЕНЕМ», часть 1 «Вечное движение»)
Дождь
(Текст — Ф.-Г. Лорка в переводе В. Парнаха)
Есть в дожде откровенье — потаенная нежностьИ старинная сладость примиренной дремоты,пробуждается с ним безыскусная песня,и трепещет душа усыпленной природы.Это землю лобзают поцелуем лазурным,первобытное снова оживает поверье.Сочетаются Небо и Земля, как впервые,и великая кротость разлита в предвечерье.[…]Роковое томленье по загубленной жизни,неотступную думу: «Все напрасно, все поздно!» или призрак тревожный невозможного утраи страдание плоти, где таится угроза.В этом сером звучанье пробуждается нежность,небо нашего сердца просияет глубоко,но надежды невольно обращаются в скорби,созерцая погибель этих капель на стеклах.[…]Тишине ты лепечешь первобытную песнюи листве повторяешь золотое преданье,а пустынное сердце постигает их горьков безысходной и черной пентаграмме страданья.В сердце те же печали, что в дожде просветленном,примиренная скорбь о несбыточном часе.Для меня в небесах возникает созвездье,но мешает мне сердце созерцать это счастье.