Чтение онлайн

Союз между Дамаском и франками изменил политическую ситуацию; это сильно беспокоило египетского султана. У него на руках был сильный козырь: он держал в плену рыцарей, захваченных в плен после битвы при Яффе. Со своей стороны, окружение малика Исмаила отрицательно восприняло сотрудничество с христианами в борьбе между мусульманами, и сирийский союз просуществовал недолго.

Тибо IV, поддержанный предводителями крестоносцев, госпитальерами и тевтонскими рыцарями, посчитал выгодным возобновить отношения с Египтом. Султан Айюб согласился на переговоры и освободил христианских пленных. Заключенное соглашение было оспорено частью франкских баронов и тамплиерами, в то время как госпитальеры и тевтонские рыцари его одобрили. Распри в христианском лагере подтолкнули Тибо IV Шампанского вернуться в Европу раньше, чем предполагалось. В конце сентября 1240 г. Тибо и большая часть сопровождавших его крестоносцев покинули Акру.

Вскоре после отъезда Тибо IV Шампанского брат короля Англии и шурин Фридриха II принц Ричард Корнуэльский 11 октября. высадился в Акре с несколькими сотнями рыцарей. Тотчас Ричард его люди отправились в Аскалон, чтобы принять участие в восстановлении городских стен, что и было завершено в марте 1241 г. Укрепив таким образом границы с Египтом, Ричард при поддержке великого магистра госпитальеров и умеренных христианских баронов смог ратифицировать соглашение с Египтом, которое заключил в прошлом году Тибо IV Шампанский; он даже добился от султана дополнительных уступок. Договор от 23 апреля 1241 г. оказался явно более выгодным для христиан, чем Яффаскпй договор. Действительно, помимо возвращения территорий, полученных по Яффаскому договору, христиане получали внутренние территории Бейрута всю бофорскую сеньорию с Бофором, восточную Галилею с Хаттином, Сафед, Тивериаду, Фавор и Торон, всю Филистипию с Аскалоном, но без Газы, и что самое важное, святые города Иерусалим и Вифлеем, а так же полосу земли, соединявшую их с Яффой. Христианские бароны могли снова вступить во владение своими бывшими землями.

Соглашение тем не менее оставалось шатким. Тамплиеры отказались его подписывать и атаковали отдельные позиции мусульман, что спровоцировало реакцию с их стороны. Кроме того, гвельфы и тамплиеры по-прежнему противостояли сторонникам императора. Когда в мае 1241 г. Ричард Корнуэльский уезжал обратно в Европу, он уже ни питал никаких иллюзий касательно будущего королевства, раздираемого борьбой соперничавших фракций, где власть законного, хоть и отлученного от Церкви, монарха Фридриха II встречала противодействие сторонников папы, поддержанных тамплиерами и, в меньшей степени, госпитальерами. Только Тевтонский орден оставался вереи законному государю.

Вопреки своей скромной численности, Тевтонский орден владел в Святой земле значительной земельной собственностью и недвижимым имуществом, полученным благодаря великодушию императора; к этому надо прибавить дары и завещания крестоносцев, часто французских, признательных за заботу о них в тевтонских госпиталях. В Акре Тевтонский орден с И91 г. владел храмом, госпиталем, жилыми помещениями, складами, защищенными стеной, над которой возвышалась Немецкая башня. В 1220 г. от щедрот Фридриха II тевтонским рыцарям досталось во внутренних районах Акры пятьдесят сельскохозяйственных угодий в тени мощных укреплений замка Монфор (Штаркенберг). Тевтонские рыцари также владели сорока селениями в окрестностях Тира. В самом Иерусалиме Фридрих II передал им во владение здание бывшего госпиталя Святой Марии Немецкой, которое они сохраняли вплоть до падения города в 1244 г. Ко всему этому следует добавить владения, которые тевтонские рыцари получили в Малой Армении за помощь, оказанную королю Льву; с 1212 г. они владели в Армении замком Амуда, а с 1236 г. — городом Харуни с четырьмя аббатствами и девятнадцатью поселениями.

Но, несмотря на эту обширную вотчину, Тевтонский орден все равно занимал в Палестине не такое значимое положение, как госпитальеры и тамплиеры. Правда и то, что с начала XIII столетия главной заботой великих магистров Тевтонского ордена было обращение в христианство и подчинение всех языческих народов, в том числе тех, которые постоянно опустошали своими набегами северные и восточные районы Священной Римской империи. Святая земля постепенно отошла на второй план в политике ордена, что не помешало тевтонским рыцарям в Палестине помимо их воли оказываться вовлеченными в бесконечные столкновения между гвельфами и гибеллинами, даже если их основная миссия состояла в защите Святой земли от мусульман и лечение христианских воинов.

После смерти Германа фон Зальца великим магистром Тевтонского ордена был избран Конрад Тюрингский; его преемник Герхард фон Мальберг (1240-1244), тесно связанный с тамплиерами и любой ценой стремившийся примирить оба ордена, оказался недостойным того высокого поста, на который был избран братьями. Из-за распущенного нрава и недостойного поведения он был вынужден отказаться от своих обязанностей; скорее всего, он укрылся у тамплиеров.

С подписанием договора 1241 г. положение в Святой земле более или менее стабилизировалось. Однако христианам на Востоке теперь угрожало нападение монголов, вышедших на историческую сцену. После короткого, но разрушительного вторжения в Польшу и Венгрию монголы, обосновавшись в южной России и Малой Азии, постоянно угрожали как мусульманским, так и христианским государствам. Но наиболее опасно для христиан на Востоке было то, что сторонники папы по-прежнему старались изгнать из Святой земли представителей Фридриха II. Главной опорой императора в Святой земле был маршал Рикардо Филанжиери: его главным опорным пунктом был город Тир, в то время как Акра оказался в руках гвельфов. Положение усугублялось конфликтом между тамплиерами, благосклонно относившимся к гвельфам, сторонникам сирийского союза, и госпитальерами, верными политике соглашения с Египтом, проводимой Фридрихом II. Гвельфы добились определенных успехов в июле 1243 г., захватив Тир при поддержке генуэзского и венецианская флотов; одновременно они завладели резиденциями госпитальеров и тевтонских рыцарей.

«Франкская анархия» лишь подтолкнула мусульманских государей к активным действиям. Тем более что тамплиеры по-прежнему не признавали условий Аскалонского договора. Уже в сентябре 1242 г. рыцари ордена опустошили район Хеврона, что вызвало резкую реакцию малика Трансиордании Дауда, от которой пострадали паломники и христианские торговцы; тогда христиане в отместку разграбили Наблус 30 октября 1242 г. Султан Египта в знак солидарности с Даудом направил войска, которые осадили Яффу. На следующий год война между Египтом и Сирией, состоявшей в союзе с Даудом, предоставила франкам неожиданную передышку. Дауд пошел даже на то, чтобы признать Иерусалим за христианами вместе с мусульманскими святынями. Тамплиеры вновь завладели своими бывшими зданиями в Иерусалиме и решили построить в Иерусалиме мощную крепость.

Союз между тамплиерами, франкскими республиками побережья и сирийскими правителями обеспокоил Египет. Султан Египта призвал на помощь хорезмийцев, обосновавшихся в Персии и Месопотамии с начала XIII столетия, и бросил их против сирийско-франкской коалиции. В начале июля 1244 г. хорезмийцы вторглись в Святую землю, они опустошили внутренние земли Палестины, затем, обходя крепости, в которых находились сильные гарнизоны, появились под стенами Иерусалима. Город был не в состоянии выдержать длительную осаду. Первый штурм состоялся 11 июля и закончился неудачно для осаждавших, но командующий гарнизоном и прецептор госпитальеров погибли в бою. В это же время гвельфские республики побережья даже не шевельнулись, оставаясь безразличными к судьбе города, который в течение ста лет был целью крестоносцев. 11 августа началась вторая осада Иерусалима, 23 августа защитники города получили возможность свободно выйти из городских ворот, и семь тысяч человек отправились в Яффу. Вместо обещанной маликом безопасности они были атакованы по дороге мусульманами, и лишь несколько сотен рыцарей добрались до Яффы.

Франки побережья наконец-то отреагировали; они объединились возле Акры с союзниками, войсками маликов Хомса и Дамаска. Несмотря на призывы к осторожности со стороны сирийцев и некоторых баронов, франки опрометчиво атаковали хорезмийцев и египтян, которыми командовал мамлюк Бей-барс. Битва состоялась 17 октября 1244 г. возле Газы, неподалеку от деревни Форбия. Армия франков была полностью уничтожена. Несмотря на соперничество, три военных ордена объединились и сражались отчаянно. Великий магистр тамплиеров Арман де Перигор и его маршал Гуго де Монбар погибли в этом бою вместе с трехсот двенадцатью из трехсот сорока восьми рыцарей, участвовавших в сражении; великий магистр госпитальеров Гильом де Шатонеф был взят в плен, но триста двадцать пять из трехсот пятидесяти рыцарей ордена были убиты в сражении. Что касается тевтонских рыцарей, почти все они погибли, за исключением троих, которым удалось бежать вместе с великим магистром Герхардом Мальбергом. Двусмысленное поведение великого магистра во время боя, распутство, которое ему приписывали, стали причиной его отставки. Новым великим магистром был избран Геггрих фон Гогенлоэ (1244 -1249), один из тех, кому покровительствовал Герман фон Зальца, честный и отважный рыцарь, служивший до того в Пруссии. Последствием поражения при Форбии, помимо окончательной потери Иерусалима, стало подчинение Сирии Египту. Султан аль-Салих Айюб восстановил единство айюбидской империи и смог избавиться от хорезмийцев. Для христиан Палестины поражение вылилось в полную изоляцию среди враждебных им мусульман и стало началом конца их присутствия на Востоке. Взятие Тивердиады, затем Аскалона египетской армией в 1247 г. было первым сигналом. Великие магистры военных орденов призвали из Европы всех своих рыцарей. Таким образом, несколько сотен тевтонских рыцарей прибыло в Палестину под командованием магистра Эберхарда фон Зейнсхайма. На Западе папство, несмотря па длительный период вакантности папского престола, который последовал за коротким понтификатом Целестина IV, в 1241 г. с избранием на панский престол Иннокентия IV (1243-1254) продолжило борьбу с Фридрихом II.

Сам Фридрих, отлученный от Церкви и всего христианского мира, был не в состоянии защитить на Востоке интересы своего сына Конрада, по материнской линии являвшегося законным наследником королевства Иерусалимского. Призыв к крестовому походу, брошенный в Лионском соборе в июле 1245 г., был подхвачен только королем Франции Людовиком IX Святым, который, уладив внутренние дела своего королевства, 25 августа 1248 г. отплыл в Святую землю.

Это был Седьмой крестовый поход, в котором приняли участие исключительно французские рыцари. Его целью стало завоевание Египта, рассматриваемого как постоянная угроза для франков Святой земли. После продолжительной остановки на Кипре крестоносцы 30 мая 1249 г. отплыли в Палестину, но часть флота была рассеяна настигшей их бурей, поэтому Людовик Святой 4 июня высадился на берег вблизи Дамьетты с ограниченными силами. Несмотря на это, крестоносцы сумели захватить город, из которого бежало мусульманское население. Франки сделали трем военным орденам несколько пожалований. Но вместо того чтобы развить успех и тотчас же идти на Каир, крестоносцы бездействовали в Дамьетте в течение пяти месяцев и только в конце ноября выступили в направлении египетской столицы — как раз в тот момент, когда умирал султан аль-Салих. Египетская армия под командованием эмира Фахр-ад-Дина — друга Фридриха II, который вел переговоры с Германом фон Зальца в 1229 г., — принялась изматывать христианское войско нападениями. Как и тридцать лет тому назад, в лагере крестоносцев царили некомпетентность, недисциплинированность и желание драться любой ценой, вместо того чтобы действовать обдуманно и осторожно, не говоря уже о самодовольстве руководителей похода, которые с презрением отвергли предложение нового султана вернуть христианам Иерусалим, Аскалон и Тивердиаду взамен Дамьетты.

По предложению Робера д'Артуа, брата Людовика Святого, крестоносцы решили идти на Каир кружным путем, но для этого надо было форсировать Нил, переправу же защищала крепость Майсура. В то время как король Франции приказал ничего не предпринимать, прежде чем вся армия не переправится на тот берег, Робер д'Артуа вместе с тамплиерами в нарушение приказа короля атаковал египетский лагерь. Утром 8 февраля 1250 г. Робер д'Артуа одержал победу. Египтяне бежали: в бою погиб эмир Фахр ад-Дин. Вместо того чтобы дождаться прибытия Людовика Святого и основных сил, Робер д' Артуа, опьяненный успехом, развил насту плен не и ворвался в Майсуру. Дело обернулось плохо, так как мамелюки под командованием Бейбарса выбили его из города, причем войска Робера д'Артуа и тамплиеры понесли тяжелые потери. Прибытие королевской армии спасло положение, но христианское воинство, изнуренное болезнями, жарой и ранами, оказалось не в состоянии продолжать наступление на Каир. Остатки королевской армии, преследуемые мамлюками, вернулись в Дамьетту. Король Франции безуспешно пытался возобновить переговоры с султаном. так как соотношение сил теперь было явно в пользу Египта.