Чтение онлайн

Ордынское двоевластие и появившаяся в связи с этим возможность сбора ордынской дани самим владимирским князем, а не татарскими баскаками, позволили Владимирской Руси сохранить свою государственность, и в конечном итоге выдержать крестовый поход Запада на русскую землю. В 1245 году дружины Александра Невского разбили большое литовское войско под Жижичем и Усвятом, а в 1249 году — под Торопцом. Успешная внешняя политика Александра Невского позволила стабилизировать отношения и с Норвегией. В 1251 году Александр Ярославич Невский и король Норвегии Хокон Старый подписали разграничительную грамоту, по которой устанавливалась общая земля между Норвегией и Новгородом от Тана-фиорда до Кольской губы.

В 1250 году литовский князь Миндовг принял крещение от орденского пресвитера Христиана и через год получил от папы римского королевскую корону. Тогда же князь Даниил Романович Галицкий вторым браком женился на племяннице Миндовга, а сыновья Миндовга — Товтивил и Войшелк — были крещены по православному обряду. Войшелк принял постриг и стал монахом русского монастыря в окрестностях Новогродека. В 1254 году в соответствии с договором Даниила и Миндовга Роман Даниилович стал князем Новгородско-Литовского княжества и вассалом Миндовга. Дочь Миндовга была выдана замуж за сына Даниила — Шварна. Однако добрососедские отношения были нарушены Миндовгом в 1258 году, когда литовский князь «поял» Романа Даниловича и вернул себе Новогродек. Роман был убит в 1262 году.

Советский историк В. Т. Пашуто в «Очерках по истории Галицко-Волынской Руси», вышедшей в Москве в 1950 году, писал:

«В конце 40-х годов ХIII века великий князь литовский Миндовг пришел к мысли воспользоваться ослаблением немецкого натиска и сделать территориальные приобретения за счет Руси. Он нарушил мирный договор 1219 года, заключенный союзом литовских князей с Волынью, хотя этот договор в течение длительного времени обеспечивал литовскому князю спокойный тыл в борьбе с крестоносцами, а волынским князьям — в их борьбе за Галичину. На это князь Даниил ответил союзом с Ригой, вторгся в Черную Русь, поднял против Миндовга жмудских князей, нанес литовскому князю ряд поражений и принудил его к миру, получив при этом Черную Русь и одну треть Судавии («земли ятвягов»).

В 1251 году папа взял под опеку святого Петра Миндовга с владениями, которые тот имеет или приобретет (война с юго-западной Русью продолжалась); поручил его заботам почти всех своих прибалтийских епископов.

По мирному договору с князем Даниилом, заключенному около 1254 года, при посредничестве Войшелка, Миндовг уступил Черную Русь в качестве лена сыну Даниила Роману; Полоцк отошел Товтивилу, дочь Миндовга (сестра Войшелка) была выдана за Шварна Даниловича.

В 1253 году произошло большое нападение ливонцев на псковские земли, рыцари осадили Псков, но не смогли его взять, немцы успели сжечь посады, пограбить округу и были отброшены псковичами и дружиной Александра Невского, разорившими земли рыцарей в бассейне реки Наровы. В том же году Александр Невский и Орден заключили мир на условиях русского князя — хотяще мира на всей воле новгородской и плесковской». Границей двух государств стала река Нарова. С 1253 по 1255 год псковским князем был Ярослав Ярославич — «выбежа князь Ярослав Ярославич на зиму из Низовскои земли, и посадиша его в Плескове — выведоша новгородци ис Плескова Ярослава Ярославича».

13 июля 1260 года у озера Дурбе, у Мемеля, войска во главе с литовским князем Миндовгом разгромили войска Немецкого ордена. В бою погибли магистр Ливонского ордена Борхардт фон Горнхаузен, орденский маршал фон Боталь, предводитель датско-шведского отряда герцог Карл и 150 рыцарей. Сразу после битвы Миндовг послал послов к Великому владимирскому князю Александру Ярославичу Невскому с предложениями о совместной борьбы с Орденом.

Положение Миндовга было достаточно сложным. Даже после этого разгрома у Дурбе крестоносцы не успокоились. В польском своде исторических материалов, сохранившихся в 9 рукописных списках, относящихся к XV веку, — «Великой хронике» — рассказывается о январском походе 1261 года крестоносцев в союзе с мазовецким князем Земовитом и великопольским рыцарством на литовские и русские земли:

«В году от Р.Х. 1261 в третью неделю после Богоявления множество христиан-тевтонцев, поляков и других правоверных народов, собравшись воедино, вторглись в земли литовцев и других языческих народов, намереваясь их завоевать и истребить. И когда христиане разошлись по земле язычников, последние, тоже собравшись воедино, неожиданно напали на остальное войско, которое стояло около поклажи христиан, многих из них погубили мечом и, уверовавшись в своем могуществе, там остались поджидать возвращения христиан,

А христиане, услышав об уничтожении своих, поспешно вернулись к поклаже и нашли там многочисленное войско язычников. Храбро с ним сойдясь, они отважно начали сражение. И хотя они и убили многих язычников, однако последние с соизволения Господа и во искупление грехов христиан, добившись победы, принудили христиан к бегству».

Весной 1262 года был заключен договор между Александром Невским и Миндовгом о союзе и совместном походе на Ливонский орден. Войско Миндовга, возглавляемое Тройнатом, подошло к столице Ливонского ордена Вендену раньше намеченного срока и стало ждать русские дружины. Александр Невский был в Орде, и русское войско во главе с его братом Ярославом пришло через месяц. Миндовг ушел в Литву не взяв Вендена, а русские войска пограбили земли Дерпта. Сразу же после этого в Новгород приехали немецкие послы из Риги, Любека и острова Готланда, привезя мирный договор и предложения по восстановлению торговли. В Новгороде был подписан «Старый мир», по которому немцы отказались от всех своих захватов в сверных русских землях и обещали прервать блокаду балтийских берегов и не трогать русских купцов.

К этому времени Северо-Восточная Русь состояла из Владимирского, Ростовского, Ярославского, Переяславского, Угличского, Юрьевского, Суздальского, Тверского, Стародубского, Галицского, Дмитровского, Костромского, Городецкого, Белозерского и Московского княжеств, Новгородской и Псковской земли. Политические связи княжеств Северо-Восточной Руси с остальными русскими землями — Киевщиной, Галичем, Волынью слабели — князья стремились удержать свой «стол, отчину», получив ханский ярлык на княжество от очередного властителя Золотой Орды. Именно тогда, благодаря деятельности Александра Ярославича Невского, Новгород и Псков признали верховенство над собой великих князей владимирских, которые с получением «стола» во Владимире автоматически становились и новгородскими князьями. Из союза северовосточных русских княжеств, Новгорода и Пскова в начале XIV века и сложилось ядро будущего Российского государства.

После смерти Александра Невского в 1263 году тевтонские рыцари — крестоносцы «с мечом в руке и жаждой наживы в сердце» вновь двинулись на земли Новгорода и Пскова, пытаясь покорить или уничтожить славу Руси.

Они опоздали совсем не ненамного, но опоздали навсегда. Упавший щит святого Александра подхватил новый витязь — Довмонт Псковский, более 30-ти лет отбивавший нашествия тевтонов на Русь.

В 1510 году Псков вошел в состав Московского княжества. К тому времени ликвидация Тевтонского ордена уже была только вопросом времени.

Собранные в этой книге очерки представляют собою отдельные эпизоды прусской истории, и я считаю нужным сделать несколько кратких предварительных указаний на то, с какими именно сторонами этой истории читатель может здесь познакомиться.

Пруссия есть германское государство, основанное за пределами Германии. Это определение объясняет уже многое в ее исторической судьбе. Оно отличает Пруссию от Австрии, которая представляет собой не государство, а случайно образовавшееся собрание княжеств и королевств, и от древней Германии, которая была политическим телом без определенных очертаний: ее границы, словно раздуваемый ветром занавес, то прикрывали, то открывали часть французских, итальянских и славянских земель. В Австрии сохранились племенные различие, в Германии — различие областей и разнообразие форм правление; между тем все части прусского государства, несмотря на всю свою разбросанность, очень рано слились в одно целое, жившее общими интересами: его глава облечен был верховенством не в качестве сеньора, владельца территории, но как представитель общественной власти.

В Пруссии все общественные силы были взяты государством в руки и принуждены служить его интересам. Сама католическая церковь никогда не была вполне независима ни в Бранденбурге, ни в старой Пруссии, даже в те времена, когда она управляла всем остальным миром после реформации новые церкви сделались прислужницами государства, и некоторые официальные сборники молитв, где о короле говорится почти как о боге, а о принцах и принцессах как о святых, ясно показывают, что есть особый вид христианства «ad usum короля прусского». Но и то сказать — государство здесь заслужило поклонение, предметом которого оно является. Если оно доподлинно знает обязанности всех по отношению к себе, то оно знает также и свои обязанности и исполняет их. Оно не «поглощается особою государя, оно выше его. Глубокий смысл заключается в словах Фридриха-Вильгельма I: