Чтение онлайн

Меила, сдерживая волнение, попросила позвать мистера Линдсея, и тот почти сразу подошел к телефону.

Голос своего опекуна египтянка с трудом узнала; однако он вспомнил свою собеседницу еще до того, как она представилась.

– Мисс Наис? Меила? Господи Иисусе, как я рад вас слышать!

Египтянка даже смутилась от этой интонации; но потом подумала, что Линдсей, наверное, больше всего рад, что она все еще жива и не натворила громких дел.

– Я тоже очень рада вас слышать, сэр, - улыбаясь, сказала египтянка. Она прикрыла трубку рукой и быстро оглядела гостиную.
– Я теперь замужем и снимаю квартиру в Лондоне… у меня родилась дочь.

Меила помолчала, улыбаясь и чувствуя душевный отклик своего собеседника.

– Не хотели бы вы зайти ко мне в гости?

Очевидно, Линдсей понял, что это не просто так. Когда он ответил, его голос был серьезен.

– Хорошо, Меила, я с удовольствием навещу вас. Я свободен по вечерам после шести, только воскресенье провожу с семьей.

Египтянка облизнула губы.

– Вас устроит завтра, в семь часов? Мы ужинаем в восемь. А я бы хотела до ужина познакомить вас с моим мужем и кое-что обсудить.

– Договорились. Диктуйте адрес, - Линдсей говорил уже совершенно деловым тоном. Меила заставила себя отбросить опасения и продиктовала адрес своему бывшему опекуну.

Потом они тепло, но коротко распрощались. Меила некоторое время сидела у аппарата, опершись локтями на стол, глубоко задумавшись, - потом поднялась и, поплотнее запахнув просторный шелковый халат, отправилась к мужу, который был занят с Фэй.

Меила встретила гостя в широком пестром пеньюаре - вольность, позволительная молодым матерям. Линдсей заметил, что ее фигура еще не утратила округлости после родов. Он улыбнулся, шагнув в прихожую и сняв шляпу.

– Добрый вечер, Меила.

Миссис Уорминг приняла у гостя пальто, отряхнув его от снега, и предложила новые домашние туфли. Был январь, и на улицах хватало грязи.

Некоторое время Линдсей и Меила рассматривали друг друга при слабом электрическом свете. Меила стала старше - и, конечно, материнство и жизненные испытания не прибавили ей красоты; однако египтянка была все еще очень эффектна. Она была из тех, кого мужчины не забывают.

Меила же про себя подумала, что Линдсей превратился в старика, и немудрено, что она не узнала его по голосу. Однако она была очень рада его видеть. Улыбнувшись, хозяйка пригласила Линдсея в гостиную.

Там гостя приветствовал Имхотеп - жрец поднялся из кресла навстречу ему, и они коротко поздоровались. Линдсей, как и все другие, был изумлен, поражен знакомством с мужем Меилы - но держался хорошо и, похоже, произвел на Имхотепа благоприятное впечатление.

Линдсей заглянул в детскую, где Роза сидела с обоими малышами, и похвалил детей. Чувствовалось, что он сам хороший отец и, наверное, уже дед…

Потом Меила попросила у мужа разрешения поговорить со своим опекуном наедине.

Миссис Уорминг принесла гостю бренди, а своей хозяйке воду с лимоном. Они расположились в креслах у столика, перед окном, - шторы были раздвинуты, и было видно, как за стеклом в темноте падает крупный мокрый снег.

Меила первая заговорила, преодолев неловкость.

– Простите, что не предложила вам курить, - у нас маленькие дети.

Линдсей улыбнулся.

– Конечно, мэм. Но я и не начинал курить - как видите, держусь в форме.

Оба рассмеялись.

Потом Меила сделала глоток из своего стакана и, промочив горло, произнесла:

– Если позволите, я сразу перейду к делу. Я хотела бы поговорить с вами о бизнесе… и о моем муже.

Линдсей молчал, вежливо и выжидательно глядя на бывшую воспитанницу. И она продолжила, опустив глаза.

– Я до сих пор не знаю, что делать с моими деньгами. Я сохранила их, и моя дочь нуждается в обеспечении. Может быть, появятся еще дети. Но мой муж… он сотрудник Каирского музея, археолог, и не очень практичен.

Меила подняла глаза на Линдсея.

– Поймите меня правильно, Оскар. Сети - моя единственная любовь, он умнейший, прекраснейший на свете… я не представляю, что могла бы связать жизнь с другим. Но он совсем не деловой человек!

Линдсей сделал глоток бренди. Видно было, что он всерьез озадачен.

– Далеко не всем нужно становиться деловыми людьми. Египет инертен, как многие мусульманские страны, хотя и в меньшей степени, - наконец сказал англичанин.

Он взглянул на Меилу.

– Думаю, вы могли бы сами начать свой бизнес и преуспеть. Я знаком с несколькими такими леди. Однако преуспеяние жены, когда она является двигателем бизнеса, почти всегда разрушает семью.

Линдсей улыбнулся и торопливо прибавил:

– Конечно, я уже давно не ваш опекун и не вправе поучать вас. Но я откровенен с вами как с умной женщиной. Мужская природа, увы, везде одинакова.

Он глядел на нее сейчас как преуспевающий мужчина - с сожалением и превосходством.

Меила усмехнулась.

– Спасибо, сэр, мне все понятно.

Она вспоминала, какие дела этот человек проворачивал с ее отцом…

– А чем вы сейчас занимаетесь?

– У меня своя косметическая фирма. Ведем дела вместе со старшим сыном, - охотно ответил Линдсей.
– Фирма называется “Секрет Клеопатры”.

Меила сжала губы, ощутив внезапное отвращение.

– Неплохая реклама, так?

– Да, - согласился Линдсей.
– Однако в Лондоне у меня уже много конкурентов. На вашей родине конкуренция пока что гораздо слабее.

Египтянка постучала ноготками по стакану.

– По-моему, это только вопрос времени.

Линдсей с удовольствием отпил бренди.

– У вас еще предостаточно возможностей. Вообще, вы в гораздо лучшем положении, чем был я, когда начинал все с нуля в Лондоне, - искренне прибавил англичанин.
– Если господин Амир, по-вашему, недостаточно прогрессивен, предложите ему заняться фермерством, когда вернетесь в Египет. Будете жить как древние египетские аристократы, получая доход с имения, - рассмеялся Линдсей.

Он пригладил свои светлые волосы, которые, казалось, почти не поседели.

– А потом, когда ваш муж войдет во вкус, может быть, вы вдвоем откроете на вашей земле магазин или даже ювелирный салон.

– Если войдет во вкус, - Меила вздохнула.
– Спасибо, это неплохая идея.

Идея и вправду была хороша - как она сама не додумалась? Может быть, важно услышать такой совет именно из уст успешного мужчины!

Больше о делах в этот вечер они не говорили. Меила и Линдсей вернулись к Имхотепу, и Меила от души развлеклась, рассказывая Линдсею историю их знакомства. Некоторые детали повторялись из рассказа в рассказ, когда Имхотепа представляли новым людям, а некоторые египтянка сочиняла на ходу.