The Kills
Шрифт:
– Мне не хочется тебя выгонять из твоей же постели, – выдохнула ответ, уцепившись глазами за просторную, идеально заправленную кровать, частично видимую в проеме двери.
– Переживу, – Люций повел бровью, наслаждаясь моим замешательством.
– Ты можешь лечь рядом, – я кусала губы, нервно теребя свободной рукой край рукава.
«Переживала, что он будет пытаться меня соблазнить. А в итоге предложила лечь со мной, хотя он отказался. Уилсон, что с тобой не так?»
Люций так душевно рассмеялся, тут же вгоняя меня в краску этим смехом.
– А ты не промах, – заметил он.
Я цокнула языком и отпустила его руку.
– Будто я мужиков никогда не видела, – начала стягивать с себя толстовку, на мне остались только футболка и джинсы. – Если так беспокоишься о моей целостности – ложись рядом и охраняй. Можешь даже взять пистолет.
Учитывая событие, по причине которого мы вообще здесь собрались, в памяти всплыли слова Валери, тут же повернувшие вектор мысли совсем не туда. Я пошла в сторону спальни, убегая от разговора, грозившего стать несколько неподобающим ситуации.
В комнате не горел свет. Помещение освещал только холодный, синеватый отблеск уличного фонаря, проникающий через не до конца задернутые занавески, он придавал обстановке загадочность ночи.
Стянув обувь и джинсы, я нырнула под одеяло. Люций, то ли из благородных порывов, то ли из желания взять паузу, пришел парой минут позже. Он положил телефон на прикроватную тумбу и стал расстегивать пуговицы на рубашке. Медленно высвобождая длинными пальцами одну за одной из своих петель, оголяя грудь, а затем и пресс, вытащил края из-за пояса брюк, позволяя рубашке распахнуться. Даже полутьма не мешала рассмотреть его мускулистое тело, к которому мой взгляд приклеился намертво.
Я пялилась на происходящее, кусая губы и учащенно дыша. Внизу живота приятно потяжелело, обещая, что заснуть быстро после такого зрелища я точно не смогу, да и сон будет не самый спокойный.
Он подошел к шкафу, развесил рубашку на плечики, расстегнул ремень брюк. Чем больше он начинал раздеваться, тем выше я натягивала одеяло, оставив в итоге одни лишь глаза, наверняка сверкающие, как два прожектора в темноте.
Люций собирался расстегнуть молнию, но замер, оглянувшись в мою сторону.
– Сейчас вернусь.
Он взял пижамные штаны и вышел из комнаты.
«Хлеба и зрелищ не будет».
Я спустила одеяло до талии. До того мне стало жарко, что требовалось немного остыть. Вернувшись через пять минут, Люций лег с другой стороны кровати, закинув руки за голову, и уставился в потолок.
«Какой тут может быть сон?»
– Это больно?
Люций повернул голову в мою сторону, не понимая, о чем вопрос, увидел, что я смотрю на его татуировки, скосил глаза себе на грудь, затем вернул их обратно к потолку.
– Зависит от места, – он снова вернул взгляд к потолку.
Я придвинулась немного ближе, плавно занесла руку над его телом, коснувшись рисунка на груди одними подушечками пальцев.
– Локти, ключицы по ощущениям, будто по всем костям в теле пустили ток. Еще шея и подмышки. Остальное терпимо.
– Почему такой сюжет?
В темноте ночи чернила под кожей казались еще насыщеннее, придавая татуировкам большей загадочности и мрачности. Освещение было очень слабым, но я лежала достаточно близко, поэтому примерно смогла рассмотреть роспись на руках, похожую на те, что изображали на старинных фресках. Люди, неземные существа, демоны и ангелы, огонь как фон их взаимодействия. Теперь тематика татуировки стала ясна в полной мере.
– Он отражает пережитое, – он сделал паузу. – Ад.
Одно слово, две буквы, а нервы тут же стянуло в тугой канат, в носу защипало, намекая на новый поток слез, хотя меня только-только начало отпускать после истории о его прошлом. Рука непроизвольно дрогнула, что не укрылось от Люци. Он повернулся боком ко мне и осторожно взял за запястье руку, которую я почти успела убрать.
– Иди сюда, – Люций потянул меня к себе.
В смешанных чувствах я последовала просьбе, скользнув по простыни вперед. Тут же оказалась лицом к лицу с ним, теперь явственно ощущая жар его тела.
– Ты не должна оплакивать мое прошлое, – Люций погладил большим пальцем внутреннюю поверхность запястья.
– Мне жалко тебя, – я сделала паузу. – Твою невесту, ребенка. Так не должно быть.
Пряча глаза, вновь наполняющиеся слезами, я уткнулась лбом в мужскую грудь.
– Ничего не вернуть. Те события я не могу изменить, но могу постараться не допустить их повторения сейчас, – он погладил меня по плечу, целуя в макушку. – Спи. Я рядом. Никакие монстры не посмеют тебя тронуть.
Эти слова подействовали на меня не хуже забористого снотворного, ослабляя напряжение и тревогу. Я прижалась еще ближе, Люций обнял меня без капли намека на нечто большее. Простые успокаивающие объятия, снимающие упадок сил, вызванный обилием слез и его историей.
Я закрыла глаза, отдаваясь в лапы усталости, ощутив на самой границе провала в сон, как Люций прижал меня к себе сильнее.
Пробуждение было легким, несмотря на то, что вчерашний вечер выдался тягостным для моих нервов. Вторая половина кровати пустовала. Из-за приоткрытой занавески в комнату проникали солнечные лучи, подсвечивая мелкие пылинки в воздухе, бросая желтоватые блики на стену. С кухни доносились приятные ароматы, дразнящие рецепторы и прогоняющие сон окончательно.
Счастливая улыбка расплылась на лице сама собой. Я обняла подушку, душа порыв нежности. Нос щекотнул аромат парфюма Люци, оставшийся на постельном белье – бергамот, древесные ноты и мускус. От чего-то стало очень уютно, словно я была дома, под защитой от всех возможных бед в мире.
Сладко потянувшись, я выбралась из постели, оделась и вышла на кухню. Люций стоял у плиты, босой, в одних спортивных штанах и готовил завтрак. Сейчас, при свете дня, я смогла увидеть, что масштабный рисунок на его теле заканчивается еще и на спине, уходя в тонкие линии перьев.
«А вот и хлеб со зрелищами».
– Доброе утро, – поздоровался он, наливая новую порцию теста для панкейков на сковороду.
Я молчала, ошарашено хлопая глазами. Отсутствие реакции заставило Люци обернуться и проверить, почему его игнорируют.
– Что?
– Ты… готовишь, – я бегала глазами от его удивленного лица к сковороде и обратно.
– Не помирать же с голоду. Ты спала, нужно было чем-то заняться.
– Где ты взял продукты? – я подошла ближе, сунув нос за плечо Люци.