Чтение онлайн

Военное руководство в годы с 1919 по 1935-й должно было принимать во внимание как указания правительства, так и ограничения, наложенные Версальским договором, и при этом имеющимися ограниченными средствами обеспечивать безопасность страны. В эти годы немецкая промышленность разработала идеи прототипов танков со следующими предпосылками:

«Применение танков как нового оружия для усиления боевой силы уже имеющихся родов войск — пехоты и кавалерии или создание нового рода войск — танковых, специально с перспективой ведения маневренных сражений».

В 1933 году, после прихода к власти Гитлера, на ограничения Версальского договора обращали все меньше внимания, что привело в 1935 году к объявлению «военного суверенитета».

Германия отказалась соблюдать ограничения мирного договора. Можно было начинать полноценную танковую программу.

Главнокомандующий вооруженными силами генерал Фрайхерр фон Фрич, известный своими уравновешенными, но и критическими суждениями, стоял перед тяжелым выбором: или оставить старую оборонительную стратегию, или искать что-то новое. Решение должно было быть принято после экспериментальных учений, целью которых было выяснить возможности танковой дивизии в маневренном бою при быстро меняющейся обстановке. В августе 1935 года в Мюнстере были проведены «экспериментальные учения танковой дивизии», в которых участвовали 4000 автомобилей и 500 танков Pz. I. Вместо твердого плана учений были произвольные приказы, которые передавали по радио, что тогда считалось сомнительной новинкой. Ожидания военного руководства полностью оправдались, и это стало часом рождения танковой дивизии и освобождения танков от их подчиненного положения как оружия поддержки.

Альфред Руббель залезает на учебный Танк I у казармы в Шпроттау в ноябре 1940 года. Слева на фотографии его товарищ Вегман.

Тренировки по вождению на мотоцикле с коляской, и это без водительских прав и в воскресенье!

Альфред Руббель в командирской башенке Танка IV. Командиром танка он станет только через год.

Командирский Танк IV с номером 900, в котором Альфред Руббель был заряжающим. На фотографии водитель «Чарли», который погиб в ноябре 1941 года у Тихвина.

На фотографии командный Танк I, который сначала использовали как командирский танк, но в боях он оказался слишком уязвимым, и его больше не производили.

Воскресная фотосессия для оставшихся дома любимых. Альфред Руббель занял место командира танка в командирской башенке. Под ним водитель «Чарли». Это Танк IV в варианте С, без носового пулемета.

Альфред Руббель с товарищами у Танка I, который также презрительно называли «Крупп-Спорт».

Танк «Иосиф Сталин II» был со своей 12,2-сантиметровой пушкой вооружен лучше, чем «Тигр II», но все-таки не был ему равнозначным соперником. У него было раздельное заряжание — снаряд и гильзу с порохом надо было помещать в ствол по отдельности. После выстрела затвор надо было опускать, чтобы зарядить следующий выстрел. После этого наводчик должен был снова наводить прицел. Все это стоило бесценного времени. Унитарные 8,8-сантиметровые снаряды «Тигра» позволяли стрелять по одной и той же цели гораздо быстрее, что чаще всего приводило к ее уничтожению.

В 1935 году началось создание первых трех танковых дивизий. Дивизия имела два танковых полка, полк — два батальона, батальон — три танковые роты по 17 танков в каждой. Пехота была устроена точно так же, чтобы поддерживать ведущийся танками бой. Но чтобы достичь этой цели, надо было пройти долгий путь, потому что еще не было никаких представлений, как должна выглядеть боевая машина пехоты и как увязать действия пехоты с действиями танков. Чтобы унифицировать организацию и обучение, танковые и пехотные, позже стрелковые, полки были объединены в танковые или, соответственно, пехотные бригады, которые не были тактическим уровнем управления.

Удивительным было то, что сам танк не выглядел очень убедительно. Дело было прежде всего в том, что возможности промышленности в начальной фазе перевооружения были ограниченны. Хотя можно было бы построить что-то лучшее, но у нас были:

— легкий танк Pz. I с двумя пулеметами и экипажем два человека;

— легкий танк Pz. II с автоматической пушкой 20 миллиметров и одним пулеметом, экипаж три человека;

— средний танк Pz. III с 3,7-сантиметровой пушкой, двумя пулеметами и экипажем пять человек;

— средний танк Pz. IV с 7,5-сантиметровой пушкой, двумя пулеметами и экипажем пять человек.

Танковые части использовали грузовики как транспортное средство, бронетранспортеры для пехоты поступали в войска очень медленно. Это выглядело так, как будто пехота, «царица полей», не хотела ни разделить, ни уступить это почетное звание новому роду войск. Задуманная интеграция танков и танковых гренадеров в бронированную боевую группу со вспомогательными, тоже бронированными, частями до самого конца войны по-настоящему не получилась.

Часть 9-й роты 29-го танкового полка вместе с лейтенантом Зоммерфельдом во время обучения унтер-офицеров в Шпроттау в декабре 1940 года.

9-я рота построена для получения приказа — в черной униформе боевые подразделения, в серой полевой форме мотоциклисты, которых также называли «обозные кнехты». Без обозных кнехтов ни о каких танках-шманках не могло быть и речи.

1939–1945 гг. Боевое применение танков Pz.I — Pz.IV

1942 г. Изготовление образцов типов I и II, модернизация Pz.III и Pz.IV

1942 г. Поставка первого Pz.VI «Тигр»

1943 г. Поставка первого Pz.V «Пантера», снятие с вооружения Pz.III.

1944 г. Поставка Pz.VI «Королевский Тигр».

Известно, что основными боевыми качествами танка являются огонь, броня и подвижность, и старая танковая философия оценивала их по-разному. Немецкие танковые войска во Второй мировой войне сначала на первое место ставили подвижность. С появлением новых танков типов «Тигр» и «Пантера» последовательность стала такой: огонь, броня, подвижность.

В трех наиболее важных кампаниях — Польша, Франция и Советский Союз — последовательность боевых качеств была различной. В польской кампании противник сильно нам уступал и был просто раздавлен массами наших войск. Во Франции в 1940 году было по-другому. Здесь успех решали подвижность, огонь и броня. И фактор неожиданности, когда танковые корпуса Гудериана неожиданно пересекли непроходимые для танков Арденны и прорвались к Каналу. Здесь были применены два простых принципа: «не стучать, а бить» и «у танков билет всегда до конечной станции».