Чтение онлайн

 -- Я районный Нотариус, я представляю Закон, -- интеллигент провел рукавом новенького серого костюма у себя под носом и побледнел, увидев на дорогой ткани кровавый след. – Вы ответите. Вы не знаете, с кем связа…

Удар ногой в ухо оборвал на полуслове "Права Человека и Гражданина" и свалил Нотариуса в партер.

 -- Где вы нашли такого клоуна? – дежурный по отделу Пузяков осмотрел испачканный в Нотариусе туфель и полез в кобуру за щеткой.

 -- Задержан без документов, пьяный, оказал сопротивление при задержании, -- ОМОНовец, приподняв маску, подмигнул. – Похож на киллера, разыскиваемого Интерполом. Вот ориентировка.

 -- Серьезную рыбу поймали. Иду докладывать шефу… а это кто?

В дежурку прокрался судмедэксперт Палваныч, глянул на распластанного Нотариуса, задрожал от страха и пролепетал:

 -- Его жена позвонила Прокурору, и он велел незамедлительно зафиксировать нанесенные побои.

 -- Промахнулись, ребята. Надо было и ее, -- Пузяков ласково взял вздрагивающего Палваныча под руку, отвел в сторону и, дохнув перегаром, прошептал. – Составляй бумажку, но если найдешь на нем хотя бы одну царапину, будешь лежать рядом. Я понятно объяснил?

Палваныч закивал торопливо, потащил, суетясь, бланки из портфеля. Выхватив из кармана ручку, принялся заполнять акт осмотра. Пузяков, положив руку на плечо судмедэксперта, остановил ретивый порыв и ткнул пальцем в место подписи. Палваныч торопливо расписался.

 -- И еще пяток бланков, -- сказал Пузяков без нажима. – Пригодятся.

Палваныч выкатился на улицу и облегченно задышал:

 -- Моя милиция меня бережет! Блин!

В дежурке начался второй акт спектакля. В комнату вошло пузо Витюхи-мента, а следом вплыл и он сам:

 -- Нотариус? Какими судьбами? По делу или как? Задержали? Кто посмел? Били? Быть не может? В милиции, друг мой, не бьют. Приняли за рецедивиста? Ну как можно? Такое интеллигентное лицо. Накажу, немедленно накажу всех допустивших оплошность, а вас незамедлительно доставим к семье, к детишкам. Уж, извините наше служебное рвение.Зачухрин, машину к подъезду. Лично доставишь господина Нотариуса домой, чтоб дорогой не обидели.

Выпроводив Нотариуса, чокнулись коньяком, закусили салом с черным хлебом, и «ржали» до слез, наперебой пересказывая друг другу подробности задержания и избиения нотариуса.

 -- Помогли, ребята, -- с трудом дотягиваясь, Витюха хлопал ОМОНовцев по плечам и улыбался в блаженном упоении. – Теперь год по вечерам народонаселение на улицу не сунется, а братьям-вампирам урок: кто сильнее, тот и главный. Никого не грохнули, надеюсь?

 -- Инвалид, какой-то в «Оке» копыта отбросил. Сам виноват: костылем начал размахивать.

 -- Гад, наверное, был инвалид, жалобщик и выжига, а смерть такая легкая. Главное, не зажился, -- благодушно пошутил Витюха. – Палваныч скуксится, но на инфаркт спишет.

– - Кто умер -- неизвестно, за что умер -- непонятно, но хорошо, что умер: есть, чем досадить этому зануде, -- подобострастным смешком поддержал Пузяков.

Резко зазвонил телефон, и Пузяков поднял трубку. Выслушав, позволил себе матюгнуться в присутствии шефа. Все напряглись в ожидании доклада.

 -- Ульи подожгли во дворе школы, -- телефон зазвонил снова. – Ульи в детском саду. – Звонки раздавались один за другим, и капитан Пузяков докладывал о все новых возгораниях ульев.

Витюха устало опустился на стул. Ульи с пчело-комариными семьями сгорели, и всем районным вампирам снова придется пить кровь непосредственно из обывателей, рискуя заразиться человеческими болезнями и потерять бессмертие.

 -- Бегом в камеру, -- в голове Витюхи созрело решение.
– - Посмотрите Ваську, но не бить: живой нужен.

Зачухрин торопливо затопотел в сторону камер.

 -- Готов!
– - на грани сознания услышал Васька басовитый голос.

 -- Тогда обычная программа: выбросим поближе к дому. Типа, отпустили живым здоровым, а потом начнем расследовать, кто его грохнул по дороге.

 -- А нет -- живой...

 -- Девять жизней в нем что ли? Не бить и стеречь! Ферштейн?

 -- Яволь, герр капитан.

 Выпроводив вампиров, Петрович выбрался на лавочку около дома. Долго вертел в пальцах сигарету, отломил нечаянно фильтр, бросил на землю. Достал из пачки новую и закурил. Непряхинск превратился в своеобразный омут, кишащий нечистью, для которой уже не хватало корма, и «братья» без зазрения впивались в горло друг другу, передавая многочисленные «подхваченные» у людей болезни. Кровь из пчело-комариных ульев, как все прочие бюджетные вливания, расходились на подпитку районной верхушки.

По законам природы всякая популяция, достигающая запредельной численности, обречена на вымирание от эпидемии или недостаточной кормовой базы. Появление Обломка с пистолетом внесло некоторое оживление, взбаламутило омуток, но надолго ли?... Вампиры Непряхнска злобствовали и куражились над населением, будто чувствовали приближение Страшного суда. ГАИшники методично "облизывали" каждый остановленный автомобиль, отыскивая зацепку для штрафа. Как последнее средство просматривалась аптечка, и утомленный служению Безопасности Дорожного Движения гаец, победно выписывал штраф за просроченный аспирин.

 -- Здорово, Петрович, -- рядом с лавочкой остановился дед Семен, давний сосед и приятель. – Старые кости погреть выбрался? – Хищно вздрагивая ноздрями большого горбатого носа, он проводил глазами переходящую улицу полногрудую девицу и примостился рядом с Петровичем.

 -- Ни дождинки, ни ветринки, ни лишней жары.
– - Петрович подвинулся, освобождая побольше места хорошему человеку.
– - Живи, радуйся. На девиц засматриваешься?

 -- Чему удивляешься? В восемьдесят пять жизнь только начинается, а бывших танкистов не бывает. Быстрота и натиск. Огнем и гусеницами. Вперед и с песней. Расступись, красавицы, иду любимую сватать, -- дед Семен делал рукой отмашку коротким фразам, и лицо его хранило серьезность, но в затененных соломенного цвета бровями глазах прыгали веселые бесенята.

 -- Так и женишься по третьему кругу

 -- По четвертому,... но не женюсь. Некогда. В доме нечистая сила завелась. Третьего дня полночи по чердаку охи, стоны и завывания слышались, а собрался посмотреть, -- во дворе очередь, вроде, из Шмайсера, и граната рванула. О, времена, блин: домовой с гранатой шухерит!

 -- Погодная аномалия, -- Петрович достал из нагрудного кармана очки, протер платочком линзы, навесил на нос, и глянул на деда Семена значительно.
– - Гроза, и сопутствующие ей атмосферные явления: гром и молния. Может быть, шаровая, что не исключено в нашем резко континентальном сухом климате.