Чтение онлайн

Появление из ниоткуда братца-близнеца тревожило и требовало немедленного разъяснения. Получать непрошеные приветы из прошлого не всегда приятно, а, скорее, всегда неприятно; но, когда воспоминания возвращаются вместе с маниакально упорным в борьбе за лидерство придурковатым источником, невольно хочется отфутболить их мощным пинком ноги лет на семьсот назад.

Первым делом подробно расспросить уборщицу, якобы видевшую Коляна за десять минут до обнаружения трупа Кирюхи. «Наверняка, пятидесятилетняя грымза со шваброй. Гордится своей причастностью к Администрации района, и ненавидит-презирает посетителей, как и все в этом здании».

Заранее затосковав, привычно потянул захватанную ручку дубовых дверей, прошел к лестничной клетке, обычное место расположения кубовой и распахнул дверцу дощатой отгородки.

 -- Э-э… Привет, – рука Коляна озадаченно поднялась вверх, и указательный палец приподнял и сдвинул вверх и назад черную «чикагскую» шляпу.

На кушетке у противоположной стены, перелистывая глянцевый журнал, сидела двадцатипятилетняя крашенная блондинка, не красавица, но с лицом живым и улыбчивым. Девушка вздрогнула от неожиданности, но, узнав вошедшего, взглянула приветливо, и как будто внутренне потянулась к нему. Опытный Колян сразу почувствовал эту тягу, улыбнулся в ответ, неторопливо прикрыл за собой дверь и, присев рядом, взял девушку за руку.

 -- Случай, когда достаточно взгляда, -- едва слышно шепнул, наклоняясь к уху. Шляпа мешала, отбросил ее в угол. Свободной рукой провел вверх по спине и почувствовал, как прогибается в ответ тело девушки. – Жизнь полна сюрпризов: еще утром казалась беспросветной, но к обеду обрадовала солнышком.
– - Гладящим движением собрал волосы в пучок, провел им по краснеющей щеке и, почувствовав в ладони учащающееся дыхание, наклонился и легким движением тронул губами сначала волосы, потом губы. На краю сознания привычно промелькнула характеристика: «Замужем не была, живет с родителями, мечтательница, мужчинами не востребована, но сына родила».

 -- У нас все получится, -- шепнул шелестяще в губы.

 -- Да… -- руки девушки «романтическим» движением обхватили шею Коляна, с намерением «замереть в объятиях».

«Учишь вас, учишь, -- насмешливо подумал Колян. – Начитаются романов, а там процесс раздевания происходит сам собой, без участия героев, или вообще выпадает из описания».

Стараясь не спугнуть настойчивостью, легким движением плеч скинул с себя пиджак, девушка потянула вниз молнию на его рубашке. «Вот теперь порядок!» – аккуратно начал расстегивать розовый халатик.

Колян, предпочитая в сексе партнерские отношения, давно исключил из лексикона слова «я трахнул, поимел, овладел и т.д.» Только обоюдное желание и совместное стремление к его удовлетворению -- своеобразное сексуальное сотрудничество.

Им быстро удалось раскрепоститься до бесстыдства: будто век близки... И руки, и губы, и глаза девушки обшаривали Коляна неистово, стараясь захватить и удержать возможно больше разгоряченного мужского тела. Ходуном ходила, скрипела ножками по плиткам пола кушетка, с невероятным шумом посыпались из угла швабры, метлы и лопаты, мелким ритмичным звоном отзывалось новенькое цинковое ведро. Нарастающее возбуждение перевалило вершину, и обрушило слившихся в объятиях партнеров в пропасть, дно которой располагалось рядом с кушеткой.

 -- Ну, мы даем! -- девушка радостно смотрела на Коляна, а потом принялась хохотать, рядом заливался Колян. Совершенно обессилевшие, перехватывая и поддерживая друг друга руками, кое-как поднялись на ноги и стояли слившись телами в одно.

 -- Пора мне, Оля.

 -- Ты знаешь мое имя! Откуда?

 -- На небесах прочитал, -- убедительно соврал Колян, и девушка невольно глянула на дощатый потолок кубовой. -- Помнится, это твой папа приходил в наробраз с осколочной гранатой: устроить внучонка в детский сад? Расскажи, если не секрет.

 -- Не секрет, -- она начала одеваться. – Сыну два года, а в садик не берут: требуется направление из Управления образованием. Надо давать.

 -- Детишек всего района распределяет один человек. Удобный повод отхлебнуть кровушки из местного населения?

 -- Только не все так богаты.

 -- Хотел пошутить, -- Колян смутился, -- типа, не все так бедны, да сообразил, что в России подобная шутка прозвучит глумливо

 -- Да. У отца денег не было, а граната была. Он положил кольцо от гранаты на стол Сенсейше, начальницу так зовут, и сказал, что заберет обратно вместе с направлением. "Забрал" десять лет за терроризм и хранение боеприпасов. Сынишку нянчит бабушка. Сенсейша с видом оскорбленной невинности ловит сочувствующие взгляды, а расценки за место в детсаду еще подросли.

 -- Веселый у меня сегодня денек, -- грустно усмехнулся Колян.
– - Выслушиваю бойцов невидимого фронта.

 -- Шутишь? А приходил зачем? Про того мужика спросить?

 -- Говорят, на меня похож.

 -- Точь в точь. И шляпа такая же, только глаза плыли, как будто внутрь себя смотрел.

 -- И потому тебя не увидел?

 -- Может быть. Я зеркало мыла в коридоре.

 -- Понятно. А запах не почувствовала?

 -- Отвратный: валерьянка на спирту.

 -- И ты подумала...

 -- Не подумала. Ты живой, теплый, а от того могильным холодом по всему зданию. Витюха-мент, едва услышал твое имя, обрадовался, запрыгал и больше ни о чем не спрашивал. Уходишь?

 -- Но близок к счастью, наверное, скоро отражусь в зеркале. Любопытно,когда в первый раз. Шучу. Ты же знаешь, что вернусь?

 -- Заходи чаще, и можно сразу без шляпы.
– - Ольга улыбнулась, и Колян остановился, улыбнулся в ответ:

 -- Жди...

Мнимозина-Никитенко смотрел на отражение Андрюхи в зеркале и вспоминал, как неделю назад совершал свой переход в мир неживых, как топорщились островершинными волнами мысли в голове, сбиваясь в бульонную накипь, с конкретным названием «деньги».

Деньги, которыми он набьет комнаты и сундуки в своем доме и будет покупать все, что продается, а продается все… и купленное обратится во «Все» с большой буквы.

Мнимозина вздрогнул, огляделся осторожно, не заметил ли кто, как от вожделения закапала с губ слюна, и незаметно вытер рот платочком.

Собрание вампиров проходило обычным порядком. Внесли и развесили по стенам пять зеркал. Убедились в отсутствии отражений присутствующих: «Все свои», – вздохнули с облегчением. Разместили в кресла тушки. Начальник милиции Витюха занял два -- одно для задницы, на второе живот положил. Рядом притулилась архитектрисса Козетта, закрутила грушеобразной головой, осматривая зал.