Чтение онлайн

– Ты говоришь страшные вещи, Ниу. Ты даже не понимаешь, на сколько они страшны.

– Я понимаю. А еще я понимаю, что сдерживание напора только увеличивает будущую силу прорыва.

– Но этого не было! Много сотен лет, ничего этого не было! Откуда, Ниу?!

– Не знаю. Либо была сила, которая сдерживала, либо кто-то закрывал глаза на то что было.

– Ты это придумала, чтобы оправдать себя.

– Мне незачем себя оправдывать.

Разговор с матерью тоже уходил не туда. Фррниу прервала его, а на следующий день отправилась назад. У нее возникла новая идея, которая могла помочь разрешить кризисную ситуацию.

Она вернулась в институт, взяла Основной Закон Миу и несколько раз прочитала его от корки до корки.

Там все было. И об охоте, и о крови, и об отношениях миу. И там не было запретов на кровавые схватки. Там не было наказаний за устройство охотничьих состязаний на фермах. Там не было...

– Чертов Марнау! Вот кто это устроил!
– взвыла Фррниу.
– Этот плюгавый мелкий кот!

Она не пошла к Раурау. Она не пошла в Ученый Совет. Фррниу поднялась и отправилась прямиком в Правительство Рарр. По дороге она мысленно кляла идиотские "законы чести" Марнау. Это была не честь. Это была западня, подстроеная для миу. Угол, в которых загнали хищников и отчего они начали грызню друг с другом.

Ее слушали долго и внимательно. Слушали, потому что многие знали о том, что Фррниу имела не мало способностей и претендовала на высокую роль в будущем. Она говорила о "законах чести", как об оскорблении чести и достоинства миу. Каждый миу - охотник. И если ему запрещать охотиться, он взбунтуется. Рано или поздно. И приведет это к кровавой бойне, которая не чета тем играм, что когда-то устраивались на фермах. Там миу устраивали охоту на тех зверей, которых потом будут есть. Их все равно отправляли на убой. А теперь вместо того, чтобы использовать свои собственные клыки, миу использовали бездушные машины для убийства. И ради чего? Ради соблюдения дурацкого "закона чести", который был выдуман идиотом, не способным охотиться. Она говорила об охоте, как о жизни. Как о цели жизни, как главном способе жизни. Хищники - это не оскорбление. Это достоинство! Это стиль жизни. Это природа. Сдерживание главного инстинкта вот причина бед. Вот причина того, что природа вылезла на улицы в виде кровавых драк. Вот причина того, что миу на грани братоубийственной войны.

Она закончила свою речь и вокруг воцарилась тишина. Миу раздумывали над сказанным. Для них подобное отрицание "законов чести" было не просто отрицанием. Это был бунт.

– Ересь!
– взвыл чей-то голос. Тут же поднялось рычание. Фррниу обвиняли в непонимании законов, в непонимании сути сознания миу. А закончилось все обвинениями в подстрекательстве к бунту и кровавой бойне.

Ее выкинули из зала заседаний. Кто-то даже предлагал лишить Фррниу всех привилегий и отправить в тюрьму, чтобы высказанная ею ересь не выплеснулась наружу. Хорошо еще, что заседание было закрытым...

Тилира прошла через пустые коридоры и вышла в холл. Она остановилась. Рядом послышались шаги, Тилира обернулась и увидела белого миу. Он не был миу. Это был зверь, только похожий на Миу по виду. Тилира пыталась понять, кто это.

– Я астерианец, - произнес зверь.

– Астерианец?
– удивилась Фррниу.
– Живой?

– Живой. Я слышал твою речь там. Должен сказать, что ты сделала очень смелый поступок. Я не смог бы вот так выступить против закона.

– Довольно странно, в свете того, что мне говорили о вас.

– Что странно?

– Мне говорили, что у вас нет чувства страха.

– Я не смог бы выступить не от страха. Просто не считал подобное возможным. Раньше.

– А теперь?

– Ты живой пример того, что это возможно.

– Только от этого толку мало. Ты же не считаешь, что я права?

– Я не считаю, но я не знаю. А еще я знаю, что ты веришь, что ты права. И я знаю, что ты выступила пытаясь помочь всем миу. Мне это очень понравилось. И я хочу, чтобы мы стали друзьями.

Джейн усмехнулась, фыркнув.

– Почему тебе смешно?

– У меня такое чувство, словно говорю с ребенком.

– Это часто бывает с нами.

– Почему?

– Потому что мы иначе все воспринимаем. Вам это может показаться смешным или похожим на ребенка.
– Он прервался на мгновение и добавил.
– У тебя проблема.

– Какая проблема?

– Там решили, что тебя следует арестовать.

– И что собираешься делать ты?

– Я не знаю. Я хочу тебе помочь.

– Помощь бывает разная.

– Скажи, что ты хочешь получить.

– Например, "Защиту Союза".

– Я не в праве ее давать.

– А как на счет "Защиты Астерианца"?

– Такого понятия не существует.

– Надо только подумать хорошо, и оно может появиться.

– Я не имею права выступать против воли Правительства миу.

– Правительство Миу запрещало тебе вывезти меня из города?

– Нет.

– Тогда, сделай это, если можешь.

– Я могу. Иди за мной.

Фррниу вышла вслед за астерианцем, и тот привел ее к своей машине, которая, как оказалось, была его собственной частью. Машина не выезжала на улицу, а поднялась в воздух и унеслась из города.

– Что теперь?
– спросил белый зверь.

– Ты спрашиваешь у меня?

– У нас принято выполнять то, что говорит миу, если он находится внутри нас.

– То есть ты хочешь, чтобы я командовала?

– Да. Я могу выполнять что-то сам, но наша воля на много слабее воли живых существ.

– Почему?

– Потому что мы бессмертны. Для каждого из нас нет цели в будущем, потому что оно бесконечно.

– Значит, никто из вас не умирал?

– За всю историю союза астерианцев с хийоаками насчитываются только единицы случаев гибели астерианцев. И все они в результате несчастных случаев или боевых действий... Тебя уже ищут. Если мне дадут приказ искать тебя, я буду обязан вернуть тебя назад.

– Ты не можешь от них скрыться?

– Скрыться? Каким образом?

– Просто уйти, сказать, что у тебя срочное личное дело.

– Срочное личное дело? У меня таких никогда не было.

– Придумай что-нибудь. В конце концов, ты можешь вовсе ничего не объяснять.

– Могу.

– Вот и сделай. Уходи и убегай, так, чтобы тебя не догнали.

– Это смешно, - произнес зверь.

– Куда мы сейчас летим?

– Никуда. Мы висим над полем.

– Ты знаешь, где я жила раньше?

– Да. Ты имеешь в виду свою деревню, где живет твоя мама?

– Да. Лети туда.

– Уже лечу, - ответил он.
– Что мне делать с той частью, что удрала?