Тилира Миу Фррниу
Шрифт:
– У тебя еще много частей?
– Всего четыре, если считать меня и эту машину одной частью. Две части в космосе. И одна удравшая.
– Ты можешь поднять ее в космос?
– Нет. Она состоит из одного фрагмента. Для подъема требуется восемь или разрешение на взлет с полевым ускорителем. Этого разрешения на Рарр не будет, как минимум четыре дня.
– Почему?
– Производственный цикл заводов использующих...
– Я поняла, - сказала Фррниу.
– Даже то, что я не договорил?
– Это не сложно, когда представляешь картину в целом. Ты ведь тоже полетел туда, куда я сказала, раньше чем я сказала лететь?
– Да. Это было наиболее вероятное направление.
– Вот и я поняла по наиболее вероятному направлению.
– Я должен был понять, как ты это поняла.
– Ты еще научишься этому.
– Мы так и не решили, что сделать с той частью.
– Она не может догнать нас сейчас?
– Я не вижу в этом какого-либо смысла.
– Тогда, я тоже не знаю, чем тебе ее занять.
– Если ее найдут, могут спросить о тебе. И охрана видела, что ты ушла со мной.
– Ты ведь можешь изменить ее форму?
– Я понял. Теперь ее никто ни о чем не спросит. Она стала ящиком.
– Надеюсь, не посреди дороги?
– Уже не посреди, - произнес астерианец.
Тилира снова усмехнулась.
– Это тоже смешно?
– Да. Представила себе ящик, который с посреди дороги в угол убежал.
– Странно. Я не вижу в этом смешного.
– Мы уже столько вместе, а я не знаю даже твоего имени.
– Я Сто семдесят семь тысяч триста четырнадцатый.
– Я слыхала, что у вас имена в виде цифр, но чтоб такие длинные, не знала...
– Ты можешь называть меня просто Четырнадцатый.
– А другого имени нельзя придумать?
– У нас это не принято.
– А у нас не принято друзей обзывать номерами, - ответила Тилира.
– Я об этом не слышал.
– Тебе противно другое имя, кроме цифр?
– Я не знаю.
– А ты представь, что твой единственный друг придумывает тебе новое красивое имя, а ты от него отказываешься.
– Я не отказываюсь. Ты не называла никаких имен.
– А если назову?
– Тогда я и буду думать.
– Ладно, я тоже буду думать.
– О чем?
– О том, как тебя назвать.
– Меня вызывают на связь, - сказал астерианец.
– Ну так выходи, тебе же положено?
– Да. Я уже вышел. Спрашивают, куда я лечу.
– А ты что отвечаешь?
– Я еще не ответил.
– Тогда, скажи, что ты забыл куда.
– Астерианцы ничего не забывают.
– Шутить астерианцы тоже не умеют?
– Умеют, - ответил белый зверь.
– Я им это сказал. Теперь они думают и не отвечают. Во...
– Ты разговор то выведи сюда, я сразу и услышу.
– Что значит забыл?
– возник рычащий голос.
– Я сейчас посмотрю в словарь, подождите секундочку, - ответил астерианец.
– Прекрати эти глупости, Триста Четырнадцатый!
– возник голос.
– Нам нужно, что бы ты помог в поисках миу по имени Фррниу.
– Ту, которая выступала в Правительстве. Ты ее видел.
– У меня нет выбора, - сказал астерианец, разворачивая машину.
Он прилетел к Правительственному комплексу и проводил Фррниу внутрь. Рядом оказалось множество львов и львиц, а затем Фррниу взяли под стражу.
– Я хочу знать, на каком основании вы ее задержали, - произнес астерианец.
– Она задержана по постановлению Верховного Суда за распространение антизаконной информации.
– Я полагаю, что это обвинение незаконно, - произнес белый зверь.
– Это постановление Верховного Суда. И оно законно, - прорычал миу.
– И еще, это наше внутреннее дело, которое не касается астерианцев.
– По Закону Союза я имею право выступать на суде и защищать ее независимо от того, к какому виду я принадлежу. Если же вы провели этот суд без ее участия и без участия ее защиты, то этот суд не может считаться законным, как бы он ни назывался.
А Фррниу тем временем уводили все дальше и дальше. Астерианец пытался ее защищать, но ему не дали этого сделать. Его попросту не слушали, а он сам не мог применить силу.
Суда не было. Молодую львицу просто поставили перед фактом, что она осуждена заочно за призывы к антизаконным действиям. И свидетелями этому были не какие-то уличные хулиганы, а члены Правительства Рарр. А посему, любая защита была бы бессмысленна.
Фррниу молча выслушала все эти обвинения. Она не стала что-либо доказывать. Это было бессмысленно. Миу уже были под влиянием собственной злобы и не понимали откуда росли ее корни, не желали этого понимать.
Она оказалась в той же тюрьме, где и раньше, в той же зоне. Миу, вышедшие ей навстречу, молчали, ожидая слов Первой львицы. А ей была Ранран. Равурр так же стояла среди остальных, но явно была далеко от лидеров.
– Я вижу, ты не рада встрече, Ранран, - прорычала Фррниу.
– Ты пришла сюда надолго?
– Это зависит от того, с какой стороны смотреть. В приговоре записано пожизненно.
– Ты съела двуногого?
– спросила Ранран.
– Нет. Я выступила в Правительстве Рарр с антизаконной речью.
– Ты не могла оказаться в Правительстве.
– Не смеши меня, Ранран, - ответила Фррниу и пошла вперед. Львицы, оказавшиеся на ее пути, разбежались в стороны.
– Привет, красавица, тебе понравился мой подарок?
– прорычала Тилира, останавливаясь около Равурр.
– Когда-нибудь ты за это заплатишь.
– Не забывай, дорогая, что пожизненно плюс пятьдесят равно пожизненно. Так что ты можешь тоже оказаться здесь пожизненно. Понимаешь меня? Не срок твой увеличится, а жизнь укоротится.
Фррниу сделала шаг к Равурр, и та метнулась назад.
– Правильно мыслишь, - проговорила Фррниу. Она прошла мимо камер и вошла в свободную. Теперь у Фррниу было новое время для размышлений. Она, конечно, не собиралась сидеть в тюрьме пожизненно. Когда-нибудь ей придется сбежать, а пока надо все хорошо обдумать.