Чтение онлайн

— А зачем? — мы с Зайкой и не подумали подчиняться всяким грязнулям.

— Лечить, — экземпляр предпочел остаться немногословным.

Пожав плечами, я коснулась боков коня пятками и направила его следом за дубиноносцем. Пригнулась, въезжая под сень густых ветвей, заодно шепнула Зайке в ухо:

— Будь готов драпать.

Он кивнул, все так же неторопливо переставляя копыта. Правда, долго следовать за “дикарем” не пришлось. Под деревом недалеко от дороги лежала, тяжело дыша, раненая лань. Из часто вздымающегося бока торчала стрела. Я спешилась и присела рядом на корточки, осторожно ощупала уже воспалившиеся края раны.

— Бедняжка, — я провела ладонью между ее ушей, накладывая легкое снотворное заклинание, — сейчас все будет хорошо.

Спокойно вытащив стрелу, я простенькими чарами довольно грубо и на скорую руку стянула разорванные мышцы — природа дальше и сама справится. Подув на голову лани, я позволила ей проснуться и помогла подняться на ноги. Сделав пару нетвердых шагов, она прижалась к боку мужчины, позволила ему себя погладить.

— Спасибо, — буркнул бородач, протягивая мне три погнутых и поцарапанных медяка.

— Не нужно, — я с улыбкой покачала головой. Еще я последнее у людей не отбирала, — рада была помочь.

Я забралась в седло, цокнула, и Зайка вернулся на дорогу. Так легко и приятно было на душе, что улыбка не сходила с моего лица. Помогать так приятно…

Совсем скоро мы въехали в небольшую деревеньку, естественно, сразу направились к трактиру. До вечера было далеко, но я сразу решила — эту ночь я буду спать на кровати и точка. Новшество в виде езды верхом не радужно сказалось на моем общем самочувствии.

— Зай, я тебя привязывать не буду, пока постой здесь, — я сползла по крутому боку рядом с коновязью, — а поохотиться в лес можешь сходить ночью.

Согласно вздохнув, конь опустил голову почти к самой земле и прикрыл свои чудесные алые глаза. Умиленно улыбаясь, я пальцами расчесала-пригладила вороную гриву и вошла в полутемный трактир.

Вопреки ожиданиям, в небольшом зале оказалось довольно чисто, только пылинки медленно вальсировали в проникающих через на удивление не покрытые жиром и копотью окна лучах света.

— Доброго дня, — рассеянно поздоровался худой и высокий мужчина лет сорока, протирая полированную стойку из темного дерева изумительно белой тряпкой, — ужин? Ночлег? Ищете работу?

— Все сразу, — я пристроилась на высоком стуле напротив трактирщика, — лучше бы начать с последнего. Я по магической части.

— Из селян никто не обращался, но, если отвадите крыс и мышей от нашего погреба, заплатим, — он призадумался на пару мгновений, — четыре серебряных, — я подавила смешок — обычно бытовые услуги стоят пять-восемь монет, — плюс ужин и комнату на ночь.

— Прекрасно, мне подходит, — улыбнувшись, я подперла щеку рукой, — работа вперед?

— Нет, сейчас моей сестры, которая является хозяйкой, нет здесь, когда вернется, обсудите все с ней, — мужчина глянул на меня со смешинкой, — у вас есть три серебряных на ужин и комнату, если она откажется?

— Есть, — я заправила непослушную прядь за ухо, — я тогда прогуляюсь по деревне пока. До темноты же ваша сестра вернется?

Получив утвердительный кивок в ответ, я покинула помещение и тихонько прокралась мимо спящего Зайки. Пусть отдохнет, небось, тоже с непривычки устал сегодня.

Спустя целую вечность, как мне казалось, бесцельного шатания по небольшому рынку я вернулась к своему временному пристанищу. Вокруг Зайки сгрудились ребятишки, осторожно гладили нервничающего коня и пытались угостить его кислыми недозрелыми яблоками. С самым страдальческим выражением морды клыкастик аккуратно взял с ладони девочки лет восьми совсем маленькое яблоко, стоически пожевал и проглотил, вызвав восторг у малолетней ватаги.

— Не кормите его больше, — я потрепала малышей по макушкам, подкравшись сзади,чем напугала до криков и визгов, — он уже сытый и больше не хочет.

Разочарованно повздыхав, малявки разошлись по своим детским делам, а выражение морды моего питомца стало похожим на мину готового расплакаться человека. С тихим смехом я похлопала его по шее, чмокнула в лоб и прошла в приоткрытую дверь трактира. За стойкой давешний трактирщик тихо переговаривался с довольно молодой женщиной, очень похожей на него островатыми чертами лица и общей нескладностью. Прибавилось и посетителей — в центре зала разместились трое молодых людей аристократической наружности.

— А, это вы маг? — обрадовалась мне хозяйка.

— Да, я, —скромно улыбнувшись, я присела на облюбованный мною стул.

— Замечательно, я согласна с теми условиями, что предложил мой брат, — я улыбнулась шире — не только практически бесплатно переночую, но и заработаю, — только я бы вас попросила заняться этим ближе к рассвету.

— А почему? — странное условие, честно говоря.

— Понимаете, — девушка смущенно потупилась, — мое заведение пользуется хорошей репутацией в столице, как место, где можно переночевать в неплохих условиях, а эти молодые люди, — она взглядом указала на щеголей за моей спиной, — хотят остаться примерно на декаду, и, думаю, им не очень понравятся стаи крыс, пусть и покидающих наш погреб.

— Да, вы правы, — я задумчиво кивнула, — это будет серьезным ударом.

— Поэтому я попрошу вас оплатить ужин и ночлег, а утром, если все будет как надо, я верну вам деньги вместе с гонораром. Прошу, не обижайтесь, — хозяйка молитвенно сложила руки на груди.

— Что вы, какие обиды, — я покачала головой, — это абсолютно резонно с вашей стороны, — пошарив в сумке, я извлекла мешочек с монетками, вынула на ощупь три штуки и положила в ладонь брюнетки, — можно мне ужин сейчас?

— Конечно-конечно! — девушка скрылась, видимо, в кухне, а я пересела за столик в углу, удобно облокотившись спиной на стену.

Улыбка расползлась по лицу — сразу видно человека, заботящегося о репутации своего заведения. Никакой натянутости в улыбке, исключительная и искренняя вежливость. Очень приятная девушка, очень.

— Извините, — поставив поднос на стол, брат хозяйки стал переставлять тарелки с жестяного круга на столешницу, — но я вынужден попросить вас убрать оружие, таковы наши правила.

— Хорошо, — пожав плечами, я отстегнула ножны и упрятала их в сумку.

Как оказалось, и готовит хозяйка отменно. Даже мне, привыкшей к рассчитанной на высшую аристократию кухне Академии, все понравилось. Мирно потягивая горячий травяной отвар, я неэтично положила гудящие от усталости ноги на стоящий напротив меня за столиком стул, да и не видно этого было из-за мягкого полумрака в моем уголке. За окном стремительно чернело небо, негромко пересмеивались посетители. Сама того не заметив, я погрузилась в обволакивающую утомленное за день сознание дрему.