Чтение онлайн

– Мне так больше нравится. Не нужно спешить, как я и обещал, твой муж ещё несколько часов будет занят.

Он наклоняется к моей шее и нежно проводит по ней губами сверху вниз. Одной рукой сильно прижимает мои бедра к себе. Судя по отчётливо выпирающей ширинке, мой импровизированный стриптиз произвёл на него впечатление. Догадаться о его намереньях не сложно. Слегка массируя мои ягодицы одной рукой, вторую он всё еще держит на стене, не давая мне возможности вырваться, и продолжает монолог:

– Я по-прежнему к твоим услугам.

Набравшись смелости и всячески скрывая панику, я делаю лицо, будто ничего не происходит. Отвечаю:

– Отпусти. Ты мне мешаешь одеваться. Здесь холодно.

– Так я и предлагаю согреться.

Убрав руку со стены, он кладет её мне на грудь и начинает водить пальцем вокруг соска – очень нежно, слегка дотрагиваясь, как будто меня задевает крыло бабочки. При этом мои бедра он трогает с явным нажимом, из-за чего у меня складывается ощущение, будто со мной два разных человека одновременно.

Мой организм так явно хочет ему ответить, что от возбуждения даже шевелятся волосы на голове. Мой муж был моим первым и единственным мужчиной, и я никогда не испытывала такой резкой вспышки гормонов. Голова кружится, но я беру себя в руки. Ещё пару минут, и это будет не изнасилование, а очень даже желанный акт. Опустив голову как можно ниже, чтобы у него не было возможности меня поцеловать, отвечаю:

– Я не нуждаюсь в тебе как в объекте согревания. Ты мне не нравишься. Отойди. Или мне закричать?

– Ну, кричать здесь совершенно бесполезно. Я сделал очень хорошую шумоизоляцию. Люблю эмоциональных женщин.

– Как я понимаю, фраза «чужая жена» тебя тоже не останавливает?

– Но ты же говорила о повышении демографии в стране, я создал тебе все условия.

Подняв пальцы ближе к шее и дойдя до моего подбородка, он пытается поднять мою голову вверх. Я сопротивляюсь. Отвечаю:

– Не хочу лишних и глупых разговоров, просто отойди. Ты же не хочешь, чтобы завтра вся станица знала о твоём поведении с гостями? А тем более, дядя Коля, которому ты очень близок, как он сказал.

– Нет. Не хочу отходить. Мне всё нравится, и я никуда не спешу.

Его руки виртуозно блуждают по всему моему телу, оставляя на моей коже полоски жара от прикосновений. Очень приятно, но если я это не остановлю, последствия могут быть катастрофическими. Ещё чуть-чуть – и я буду под ним чувствовать себя вполне счастливо. Поэтому попробую поменять тактику.

– Что я должна сделать, чтобы ты испарился?

– Ты действительно этого хочешь? Твоё тело говорит совсем обратное.

– Ты не знаешь моё тело. Поэтому не нужно утверждать несуразности. Ответь на вопрос.

– Ну, думаю, поцелуя на первый раз будет достаточно.

– Нет.

– Повторюсь: я никуда не спешу.

Мысли в голове только одни: нужно это остановить, пока не поздно. Подобие моих трусиков уже потихоньку спускается вниз – медленно, но неумолимо. На мои попытки отпихнуть его руками нет никакой реакции – наши силы не равны. Он резким движением одной руки подхватывает мои бедра и бросает меня на кровать, накрывая собой. Маленькое пространство комнаты к этому располагает. Мои ноги оказываются вместе, благодаря чему получается хорошенько пихнуть его в живот и вытянуть руки вперёд, чтобы не подпустить его ближе.

– М-м-м, какая ты строптивая оказалась. Не надо будить во мне зверя, я люблю непослушных девочек. Просто поцелуй, и закончим всё это, или начнём заново – как карта ляжет.

Я в это время лежу, раскорячившись. Руки начинают неметь от неудобного положения. В голове два полушария работают одновременно, но в разных направлениях. Одна часть говорит: «Нет, не целуй его. Ты замужняя женщина, мать, не порть себе жизнь и репутацию. Неизвестно, какие будут последствия у этой ночи». Другая сторона утверждает: «Успокойся, это всего лишь поцелуй, он ни к чему не обязывает. Ведь ты же хочешь? Так почему нет?»

Но мой синдром отличницы и хорошей девочки даёт сигнал языку:

– Я тебе сказала нет. Отойди. Ты с первого раза не понял?!

– Жаль, конечно. Ты хорошо подумала?

– Да.

Он встаёт и направляется к выходу из каюты. Возле дверей оборачивается и говорит:

– Попей чай. Ты не ела с вечера. Не бойся. Ты здесь в безопасности.

Ответить я, разумеется, не успела. Он вышел. Немного опешив от неожиданного поворота событий, я встала и принялась быстро одеваться. Не осталось и намека на желание полежать на ковре или просто находиться в этом помещении.

Поднявшись на палубу, я пошла искать своего мужа. Он спал на корме, скрючившись на деревянной лавочке и издавая пьяный храп и какое-то непонятное бормотание. Бутылок на полу было не счесть. Чтобы пройти, приходилось отодвигать их носом кроссовка. Впервые я ощутила такое омерзительное чувство стыда, глядя на Влада. Он окончательно упал в моих глазах. Обесценились все хорошие воспоминания и светлые чувства к нему. Розовые очки слетели, и я увидела просто эгоиста и алкоголика, который, прикрываясь масками любви и нежности ко мне, загнал меня в рамки для своего комфортного житья. С этим неприятным ощущением я вернулась на место, где ещё недавно любовалась закатом.

Ночь. Вдалеке светит огромная луна, и очень ярко горят тысячи звёзд. Больше никого нет. Я не знаю, куда делись люди, которые тут находились, да и видеть их нет ни малейшего желания. Уставившись в темноту, я слушаю шелест как будто живого моря, и у меня нет ни одной мысли – только чувство, что что-то изменилось.

Мне на плечи лёг тёплый плед, и сбоку поставили кружку горячего чая. Я даже не хотела оборачиваться, чтобы посмотреть, кто это сделал. Явно не мой муж. Судя по тому, что человек никуда не отходил, а просто молча стоял, стало понятно, что это Артём. Его голос вскоре развеял все сомнения.

– Просыпаться всегда больно, но только глядя правде в глаза ты сможешь найти нужное решение. Прости, если обидел. Я бы тебя не бросил. В следующий раз буду вести себя более деликатно.

– Да пошёл ты.

И он ушёл. Я слушала звуки его шагов и очень надеялась, что он доберётся до того места, куда я его мысленно отправила.

Рассвет забрезжил незаметно, потянув с моря довольно прохладный ветер. Судно начало движение, скорее всего, к берегу. Скоро эта идиотская ночь закончится, и всё вернётся на круги своя.