Чтение онлайн

Церковь казалась единственным местом, где было прохладно. Благодаря холодному каменному полу и стенам, а также высоким сводчатым потолкам температура воздуха здесь держалась на почти приемлемом уровне. Каждый день Энни с нетерпением ждала, когда можно будет отправиться в церковь, чтобы охладиться. В её обязанности Входило украшение церкви цветами, также она подрядилась через день мыть полы. Частенько к ней подходил поговорить отец Келли.

— Как ты справляешься, Энни? — спросил он её однажды.

— Ну и жарища тут у вас! — воскликнула она. — Не знаю, как вы переносите её.

— Лично я не выхожу на улицу. Но я хотел узнать о твоём настроении.

— Бывают хорошие дни и плохие. — Она почувствовала, как слёзы подступают к глазам, и бросилась убирать паутину в углу, чтобы отогнать их.

— А что делает хорошие дни хорошими? Можешь ли ты выделить что-то, что помогло бы тебе в плохие дни? Какие-то мысли или действия?

— Ну… — Она заколебалась. — Не знаю, сочтёт ли церковь это правильным, святой отец, но я мысленно разговариваю с Финбаром. Иногда мне кажется, что он и вправду где-то рядом и отвечает мне. — Она помолчала, чтобы взять себя в руки и не расплакаться, и потом продолжила: — Я думаю, в хорошие дни я чувствую, что он где-то тут, а в плохие дни его нет рядом со мной.

— Если это чувство приносит тебе утешение, я бы не стал называть его неправильным. — Он сделал паузу, тщательно подбирая слова. — Ты веришь, что дух Финбара действительно находится рядом с тобой в хорошие дни?

— Я всё думаю об этом, святой отец. Кажется, будто он близко, и не только потому, что я слышу его слова в голове, но потому, что ощущаю его присутствие. Иногда мне кажется, я чувствую запах его волос. Я знаю, что, когда скорбишь, мозг может выкидывать всякие штуки. И может, мой мозг позволяет мне поверить в то, что его дух витает тут, чтобы я могла как-то пережить это нелёгкое время. Я знаю, что это противоречит учению церкви, но я хочу в это верить.

— Конечно хочешь. И да, ты права, церковь против спиритизма, но, как я считаю, это произошло потому, что церковь опасалась шарлатанов и разных шоуменов. Скажи, а когда ты разговариваешь с Финбаром, он отвечает тебе напрямую?

— Не всегда. Но в большинстве случаев так и бывает.

— А ты разговариваешь с другими духами?

— Бог мой, нет, святой отец! Я бы не стала этого делать. — Энни была шокирована.

Он присел на край скамьи.

— Я хочу поговорить с тобой приватно, потому что это идёт вразрез с официальной доктриной церкви, но я сам посещал сеанс, на котором мне явился дух моей матери. — Энни перестала подметать и ошеломлённо уставилась на него. — Без сомнения, это была она. Она назвала меня Фигги, совсем как в детстве. Меня нарекли Фергюсоном, но, когда я был маленьким, я называл себя Фигги, и это имя ко мне пристало. Здесь же, в этой стране, это никому не было известно. Она также упомянула про чёрно-белого пёсика, который жил у нас в семье. Это потрясло меня по-настоящему, как ты понимаешь, и заставило пересмотреть свои взгляды на верования и учения церкви. Я обнаружил, что в Библии нигде не говорится, что входить в контакт с теми, кто отправился на Небеса, — это грех. Я предполагаю, что существуют люди, которые обладают «третьим глазом. Если это даровано им Господом и они распоряжаются им ответственно, я не вижу в этом ничего дурного.

— Неужели такое возможно? Вы и правда думаете, что это Финбар говорит со мной?

— Я допускаю, что такое может происходить, — ответил отец Келли.

— Как вы это назвали, то, когда вы общались со своей матерью, — сеанс? Как это происходило?

— Меня пригласили в дом одной испанки, она живёт в миле отсюда. Мы сели вокруг стола и взялись за руки. Она сконцентрировалась и спросила духов, есть ли кто-то на другой стороне, кто хочет со мной говорить. И тут отозвался дух моей матери. Он говорил через медиума, которая, в свою очередь, повторяла слова мне, так как сам я ничего не слышал, хоть и был уверен, точь-в-точь как ты мне сказала, что дух матери присутствовал в комнате.

В сердце Энни зашевелилась надежда.

— Я хочу попробовать. Я хочу попасть на сеанс к этой женщине. Вы мне поможете с ней связаться, святой отец? — Энни была настроена решительно.

— Может, тебе стоит обсудить это сначала с Симусом?

— Нет. Он отнесётся к этому по-другому, не так, как я. Он практичный, реалистичный человек. Если у меня всё получится, я, может, и расскажу ему, но только после того, как попробую. Он просто скажет: «Ой, Энни, да перестань ты выдумывать».

— Ладно. — Отец Келли кивнул. — Я свяжусь с той женщиной, её зовут Пепита, и спрошу, согласится ли она тебя принять. Я пойду туда с тобой, потому что тебе предстоит пережить эмоциональное потрясение.

Энни обрадовалась его предложению. Ей не придётся оставаться один на один со своими страхами. На самом деле, когда они с отцом Келли сели в трамвай, направляясь в дом медиума, Энни ужасно нервничала.

Пепита оказалась ростом ниже Энни, у неё были тёмные распущенные волосы и густые брови, нависающие над блестящими карими глазами. Пока они шли по коридору в гостиную, она с интересом поглядывала на Энни. В центре гостиной стоял стол со свечами, ставни были закрыты. Хозяйка зажгла свечи, и они сели за стол. Пепита закрыла глаза и замерла на несколько минут. Энни посмотрела на отца Келли, он кивнул в знак того, что всё так и должно происходить, и улыбнулся, подбадривая её.

Теперь мы можем взяться за руки, — произнесла Пепита с сильным шепелявым акцентом. — И вы можете сказать, зачем Вы пришли сюда.

Энни прочистила горло.

Я надеюсь связаться со своим сыном Финбаром, который погиб… — Она не смогла закончить предложение из-за кома в горле. Ей всегда было трудно сказать это вслух.

— Но Финбар тут, — удивлённо ответила Пепита. — Я видела его подле тебя, когда ты входила в дом. Он говорит мне, что разговаривает с тобой всё время.

Энни заплакала, это были слёзы счастья.

— Я так и думала, но не была уверена в этом. — Отец Келли сжал её руку.

— У тебя есть дар, — продолжила Пепита. — Я поняла это, как только увидела тебя. Но раз ты пришла сюда, я буду рада быть медиумом. Если у тебя есть вопросы к Финбару, ты можешь их задать.

— У него всё в порядке? Он счастлив? — тут же спросила Энни сквозь слёзы.

Пепита помолчала, словно выслушивая ответ.

— Он говорит, ты знаешь, что у него всё хорошо. Он находится в прекрасном месте, где нет печалей, но он хочет помочь тебе пережить потерю и ради этого приходит к тебе.

От этих слов Энни заплакала пуще прежнего.

— Он говорил мне, что с ним мой отец. Это так?

— Ну конечно. Духи всегда говорят только правду. Я вижу позади пожилого мужчину.

— Как он выглядит?

— Финбар? Тёмные волосы и лукавая улыбка.

— Это он, — согласилась Энни.

— А передние зубы у него немного кривоваты?

— Да, точно так. Он упал со скалы на пляже в Йоле и выбил себе молочные зубы, мы даже думали, что у него новые не вырастут, но потом они выросли, правда, были чуть кривые.

Пепита принялась что-то бормотать, и Энни изо всех сил прислушивалась. Та застонала, будто от боли, и отец Келли надавил своим большим пальцем на ладонь Энни, успокаивая её.

— Он хочет попросить у тебя прощения… На судне, когда он услышал, что вода заливается внутрь, он захотел это увидеть… Он попытался вас догнать, но потерялся…

— Спросите его, что случилось в самом конце, — едва дыша, попросила Энни.

Пепита помолчала.

— Он говорит, что прыгнул в темноту, помнит, как оказался под водой, потом был белый свет, но когда он пригляделся, то увидел, как твой отец плывёт к нему. Он говорит, ему не было больно. И он ни на секунду не испугался.