Чтение онлайн

Никто из них не помнил ничего более кошмарного, чем море, заполненное телами, застывшими на кусках обломков, бесцельно плывущими или сине-белыми людьми, едва способными стонать.

Руки одного человека были прикованы к столу, на котором он плавал, и когда его пытались дотащить до лодки, кожа с его рук слезла. Пальцы отломились, как сучья, и руки стали похожи на рукавицы. Они позволили ему соскользнуть обратно в воду, когда увидели, что его глаза застыли в открытом состоянии, и понадеялись, что слабые стоны принадлежат кому-то другому.

Но именно это они и запомнили: тела и еще больше тел в поле бесконечных тел, плывущих рядом с мусором, сломанной мебелью и бумагами. Эти воспоминания были достаточно ужасны.

У них была долгая холодная ночь, и они были последними из спасательных шлюпок, которых нашли и спасли, так как в страхе, который они уже не могли вспомнить, гребли подальше от этого места.

Уолтер Перкис, квартермейстер, с трепетом смотрел на сорок человек на борту своей спасательной шлюпки. Если бы два гребца, Скотт и Рейнджер, не спустились по канатам, называемым водопадами, им было бы некем грести. Мистер Скотт действительно упал на несколько футов в воду, но быстро выбрался. Он шепотом рассказал мистеру Перкису, какой ужасной была вода.

Мэдди Астор наблюдала за водой.

Гребя вокруг обломков, они надеялись найти выживших. Она представляла, как увидит хорошо одетого мужчину, красивого и щеголеватого, который будет цепляться за плавающий шезлонг. Дьявольски ухмыляясь, он поднимал голову и смеялся, радуясь встрече с ней. Пока что из воды вытащили упавшую гребщицу, но не ее мужа, Джона Астора.

– Вам удобно, миссис Астор, - спросил Перкис. Он был очень вежлив и заботился о ее благополучии. В конце концов, она была Астор, и, если судить по тому, что она продолжала поглаживать свой небольшой живот, у нее был ребенок - наследник Асторов.

– Я в порядке, спасибо.

Его беспокоила ее бледность.

– Оооо, - Уильям Ричардс, которому было всего три года, заговорил детским лепетом и пошевелил пухлым пальчиком.

Он показывал на нескольких мужчин в воде, к которым обращался Перкис. Самый дальний из них находился примерно в двухстах ярдах по правому и левому борту от лодки. Перкис приказал всем, кто умел грести, помочь. Большинство женщин беспомощно сидели, оплакивая своих мужей и дрожа.

Перкис пожелал, чтобы на помощь гребцам пришло больше мужчин. Почему они не погрузили больше помощников для него, недоумевал он.

"Титаник" раскололся на части. Одна упала в темную пучину воды, а затем затонула вторая часть. Мужчины и женщины, молодые и старые, богатые и бедные, хорошие и плохие погибли вместе. Ничто не спасало их, когда они погружались в море. Мэдди Астор со слезами на глазах наблюдала за происходящим.

Она видела, как гнется и трещит сталь.

Ничто не было неразрушимым или настолько прочным, что могло бы выдержать что угодно, по крайней мере, ничего созданного человеком. Что было по-настоящему сильным, так это дух, честь, чувствительность и постоянство.

Глубоко вздохнув, Мэдди решила, что больше не будет ничего бояться; она сильна и может выстоять. Она останется непоколебимой и даст о себе знать, потому что именно это имеет значение и именно этому она научит ребенка, которого носит.

– О, какие глупости, леди!
– Мэдди Астор сдвинулась с места и взялась за весло: - У нас есть работа. Кто из нас слишком горд, чтобы выполнять честную и очень нужную работу? Разве Моисей сказал Богу, что он слишком занят, или устал, или у него слишком много испытаний и он не может поделиться с Ним Словом? Нет. Он был ответственным. Не гордись, но работай рядом со мной. Это было самое значимое, что она когда-либо произносила вслух.

Ее голос был тверд.

К всеобщему удивлению, она с новыми силами принялась грести. То, что самая богатая женщина с корабля взялась за весла, воодушевило нескольких других женщин, и они стали помогать ей, демонстрируя более легкое настроение, когда работали вместе. Еще больше женщин воспряли духом и взялись за весла.

Через секунду они подтянули к себе нескольких кочегаров, которые упали в воду с шлюпочной палубы, когда корабль пошел ко дну.

Затем появились грузчик и личный стюард по имени Каннингем, который заставил всех своих подопечных надеть спасательные жилеты и сесть в спасательные шлюпки. Он остался на палубе, чтобы погибнуть, но несколько человек отказались сдаваться, прыгнув в воду и доплыв до замеченных ими спасательных шлюпок.

– Чертовски хорошая сделка, - сказал Перкис, - ты хорошо поступил.

Спасенные мужчины смотрели на Мэдди Астор, которая работала так же усердно, как и все мужчины, и ругали тех, кто гнушался этой работы.

Некоторые женщины пожертвовали сухую и теплую одежду, чтобы завернуть в нее выживших. Мэдди похвалила их за благотворительность.

– У нас есть место, так что давайте грести среди этих бедняг, чтобы попытаться найти еще живых. Мы бы хотели, чтобы кто-нибудь сделал это, если наши мужья могут быть найдены, - приказала Мэдди Астор.
– Если мы спасаем человека, помните, что он может быть чьим-то любимым мужем и почитаемым отцом. Мы бы хотели, чтобы кто-то сделал то же самое для наших мужчин, и, возможно, они это сделают.

Она не знала, что из полутора тысяч человек, оставшихся на борту, еще пятьсот будут спасены в спасательных шлюпках, плавающих вокруг тел. Только пятьдесят выживших будут извлечены из ледяных лап моря, когда другие спасательные шлюпки отплывут от обломков.

Когда женщину, стюардессу, затащили в шлюпку, Мэдди встала, раздела бедняжку и отдала ей мех, в который та была одета.

– Теперь лучше? Ты обсохла, а это согреет тебя. Кто-нибудь из вас, сядьте рядом и обнимите ее, чтобы она согрелась, пожалуйста.

Стюардесса знала Мэдди Астор и не могла поверить, что та укутала ее в настоящую соболиную шубу. В знак признательности и благоговения стюардесса могла только плакать. Она считала миссис Астор святой.

Стюард Каннингем приклонил воображаемую шляпу: - Миссис Астор, вы поражаете меня своей щедростью и жизненной энергией.

– Это то, что нужно. Не больше и не меньше.

Они вытащили Сэма Хемминга из воды, когда он проплыл сотни ярдов, чтобы добраться до лодки. Его подвиг был чудесным. Несмотря на то, что его зубы неудержимо стучали, он указал пальцем, и все посмотрели.

– Корабль. Мы спасены, - объявил Перкис. Прямо перед ними стояло старое судно, видавшее лучшие времена: его древесина была пропитана солью и плесенью, мачты накренились, а иллюминаторы были грязными. Оно плавало в желтоватом тумане, который клубился прямо над поверхностью воды, и айсберги выплывали из него, как будто оно их отпускало.

– На нем есть экипаж или он заброшен?
– спросил Рейнджер.

– Не знаю. Но выглядит он вполне пригодным для плавания, и мы могли бы на нем дождаться помощи, - сказал Перкис. Он не стал добавлять, что от этого корабля его бросало в дрожь, и он испытывал жуткий страх, когда смотрел на него. Его работа заключалась в обеспечении безопасности пассажиров. Возможно, это было безопаснее, чем спасательная шлюпка.