Чтение онлайн

– Зачем тебе Мерлин?
– помрачнев, спросил Кайлеан и отпустил меня.

У нас возникли разногласия по вопросу богословия, мелькнула в голове цитата. Насчёт одного места из блаженного Августина. Желаю продолжить познавательную дискуссию.

– Так, просто спросила. Я ж не очень многих здесь знаю, а Мерлина знаю. Он, вроде, особа, весьма приближённая к трону?

– Считается первым придворным магом.

– А ты его любимый ученик, так почему его нет?

Кайлеан помолчал, покусывая губу, потом сказал:

– Он обещал присутствовать, значит, будет. Пойдём.

– Куда?

– Шампанское пить.

Он направил меня к аркаде, провёл сквозь неё, затем мы прошли вдоль с десяток метров и снова нырнули под арку. Но в прежний зал мы не вернулись, а оказались в совершенно другой обстановке. Этот зал был похож на гигантскую крытую оранжерею - повсюду буйная зелень, цветение и стеклянная крыша, расчерченная переплётом.

Какая-то птица, громко хлопая крыльями, перелетела с дерева на дерево и затихла.

Здесь никого не было, кроме нас.

– А как это?
– удивилась я.

– Я же тебе говорил - здесь особое бальное пространство, создаётся по принципу магического лабиринта. Лучше не ходи в одиночку, заблудишься. Если такое случится, оставайся на месте и позови меня вслух или на анималингве. Я тебя услышу.

Кайлеан усадил меня в плетёное кресло, под разлапистые листья какого-то тропического растения. Тут же возник слуга с подносом, он ловко открыл бутылку, разлил искрящуюся жидкость по бокалам и удалился, не медля.

Кайлеан сел в соседнее кресло и, покручивая в пальцах свой бокал, заговорил раздумчиво:

– По правде говоря, Мерлин - персона такого уровня, что “придворный маг” - должность чисто номинальная. Никакой он не придворный, он сам по себе. Если Мерлину взбредёт в голову, он покинет Эрмитанию в ту же секунду и никто его не остановит. По какой-то причине двадцать лет назад он отозвался на призыв отца и согласился меня учить. Но “любимый ученик”? Вряд ли. Скорей всего, ему показалось, что я смогу его развлечь. У него, видишь ли, проблема с развлечениями, как у любого человека, живущего лишнюю тысячу лет. А мысль о том, что у Мерлина есть привязанности, всегда вызывала у меня сомнения.

– Жёстко ты про своего учителя, - прокомментировала я его откровения.

Кайлеан пожал плечами.

– Да нет, я не критикую. Мерлину я обязан многим. Но он такой, какой есть, и лучше не заблуждаться.
– Отпив из бокала, он продолжил.
– Привязанности Мерлина под вопросом, однако чувство симпатии ему знакомо. Надеюсь, что я и ты это чувство у него вызываем. Но только надеюсь. Данимира, не играй в игры с Мерлином… потому что игрушкой в этой игре будешь ты.

– Упаси бог, - искренне отозвалась я.
– На самом деле речь идёт о маленькой консультации.

– Ага. Значит, признаёшь, что интересовалась Мерлином не просто так?

– Признаю. Но консультация пустяковая. Маленькая женская тайна. Малипусенькая.

– Маленькая женская тайна, для которой требуется консультация тысячелетнего мага? Меня не хочешь спросить?

– Может, и спрошу. Потом.

– Ладно, - неожиданно покладисто согласился Кайлеан.
– Потом так потом. У тебя шампанское выдыхается. Пей и идём танцевать.

Подслушивать будет, поняла я.

Из оранжереи мы вернулись в тронный зал. Дорога туда пролегала через другие залы - такие же роскошные, но размером поменьше, и от этого, наверное, поуютнее. Оформлены они были в разных стилях и музыка звучала разная, кое-где очень даже современная. Везде вдоль стен были расставлены столы и имелись небольшие буфеты, где страждущие могли утолить голод и жажду. Некоторые уже страждали и утоляли вовсю.

– Тебе нравится? Можем потом вернуться, - сказал Кайлеан.
– Мне говорили, тут где-то должен быть настоящий ночной клуб, копия нью-йоркского “Сьело”. А сейчас надо побыть какое-то время в главном зале. Это наша обязанность как хозяев бала.

– Можем вернуться, - согласилась я.
– Но вообще мне всё нравится. Тронный зал - он, конечно, величественный до ужаса и масштабов совершенно нечеловеческих, но что-то в этом есть. Что-то по-настоящему королевское и сказочное. А в ночном клубе я и дома могу побывать. Не в Оленегорске, само собой, и не в Нью-Йорке, но в Петербурге или в Москве… или в Нижнем… можно найти приличные места. У меня подружка в Мурманске учится, она писала, что у них там недавно открыли новый двухэтажный клуб на пять танцполов, в гости звала. Наверное, съезжу как-нибудь на каникулах…

Я нарочито беззаботно щебетала о студенческом будущем, чтобы кое-кто уяснил мою позицию на сей счёт. А то меня уже в хозяйки бала записали. Искоса я поглядывала на Кайлеана, но он оставался благожелательно невозмутим. Как-то чересчур невозмутим. А слушают ли меня вообще?
– задалась я вопросом и уже хотела было потребовать от Кайлеана повторить мои последние слова, но тут внимание отвлекла шумная толпа девиц. Меня поразил тот факт, что у всех у них волосы были выкрашены в радикально вишнёвый цвет, а поверх праздничных одеяний были повязаны фартуки. Вишнёвые девушки сгрудились возле одного стола в углу и что-то яростно обсуждали, кавалеров возле них не наблюдалось. По эмоциональному подъёму сцена сильно напоминала картину Репина “Запорожцы пишут письмо турецкому султану”.

– Что за собрание?
– удивилась я.
– С одеждой у них что-то странное… и волосы…

– А, адептки, - небрежно сказал Кайлеан, взглянув на стол в углу.
– Собираются припадать к королевским стопам. Коллективную кляузу сочиняют.

– Зачем?

– На Хима жаловаться будут, само собой.

– Что на этот раз?

– Ну, что-нибудь всегда найдётся. Хим сказал, за время моего отсутствия в Академии сложилась новая традиция. На весеннем или летнем балу адептки припадают к ногам короля-батюшки и жалуются на своего ректора. В этом году что-то там связано с предсказанием Лусс… - Кайлеан еле сдержал зевоту.
– Ерунда какая-то…

– Напротив, очень интересно, - оживилась я.
– Что за предсказание?

– Ну, вроде как Лусс однажды предсказала, что некто из королевской семьи - имени она не назвала - однажды женится на подавальщице из трактира. И волосы у этой подавальщицы будут вишнёвого цвета. Всем известно, что предсказания Луссии Ленорман сбываются. Пару лет назад адептки создали клуб “Милые подавальщицы”… подают соответственно в трактирах… волосы красят…

– А что Хим?

– Не поддержал. Приглашения на клубные встречи игнорирует, трактиры посещает крайне избирательно - только те, где в обслуге нет подопечных. Словом, шансов никому не даёт. В общем, все старания напрасны. Девушки считают, что так нечестно.

Я озадачилась.

– А как же они собираются озвучить королю свои требования? Нечестно, что принц ни на ком из них не женится? Звучит как-то не убедительно.

Кайлеан усмехнулся.

– Разведка донесла, что лидирует грамотный тезис “Ректор должен участвовать в общественной жизни вверенного ему учебного заведения”. А ректор уклоняется. Стало быть, не исполняет служебные обязанности.

– Действительно, безобразие какое! Тут попахивает выговором с занесением!
– развеселилась я.
– Однако, какая охота идёт! Слушай, давно хотела спросить, как твой брат вообще в ректоры угодил?