Чтение онлайн

Я мысленно делаю заметки обо всем этом.

— Я хочу увидеть океан и посмотреть, как Лэйни строит замок из песка.

Я киваю.

— Когда?

— Завтра.

Я начинаю качать головой, говоря: — Ты не умрешь завтра.

Она бросает на меня умоляющий взгляд.

— У меня может случиться еще один приступ, который сделает невозможным ничего из этого.

— Хорошо, — соглашаюсь я. — Я все организую на завтра.

Нова слетает вниз по лестнице.

— Запись идет!

Рэйчел трясет Лэйни.

— Просыпайся, малышка.

— Мама? — спрашивает племянница, поднимая голову.

— Послушай меня, милая. Быстрее, — Рэйчел торопится произнести слова, пока не вернулась невнятность. Лэйни садится прямо, и тогда моя сестра полностью переключает внимание на дочь. — Я так сильно тебя люблю! Ты — величайшая радость моей жизни. На какое-то время все может стать очень плохо, и после того, как я уйду, дядя Истон и Нова позаботятся о тебе.

Когда Лэйни начинает плакать, Рэйчел левой рукой вытирает слезы дочери.

— И даже когда я умру, я все равно буду здесь. — Она кладет ладонь на грудь Лэйни. — Прямо здесь, всегда и навечно. Хорошо? Я буду присматривать за тобой каждую секунду каждого дня. Я буду плакать с тобой, когда твоему сердечку будет больно, и буду смеяться с тобой, когда ты будешь счастлива. Я так, так сильно тебя люблю, Лэйни.

— Я тоже тебя люблю, мамочка, — всхлипывает племянница. — Тебе больно?

Рэйчел качает головой.

— Нет. Когда я уйду, это будет похоже на то, как будто я уснула.

Лэйни снова всхлипывает.

— А что с тобой будет потом?

— Я отправлюсь к ангелам, откуда смогу наблюдать за тобой.

Ее левая рука ложится на щеку Лэйни.

— Я люблю тебя всем сердцем, Лэйни. Ты самая красивая, самая смелая и самая умная дочь на свете. Не позволяй никому говорить тебе обратное. Ты заслуживаешь всего мира. — Рэйчел делает глубокий вдох. — Я… люблю тебя.

Ее рука соскальзывает со щеки Лэйни, и она несколько секунд безучастно смотрит перед собой.

— Черт. — Я хватаю Лэйни и убираю ее с дивана за секунду до того, как у Рэйчел начинаются судороги.

— Мама! — кричит моя племянница.

Нова бросает камеру, подхватывает Лэйни и выбегает с ней на веранду.

Я склоняюсь над сестрой.

— Я здесь. Все в порядке. Я здесь, Рэйч.

Вытащив телефон из кармана, я торопливо нахожу номер доктора и нажимаю вызов.

— Доктор Барлоу, — отвечает он.

— Это Истон Роу. У Рэйчел еще один приступ.

— Убедитесь, что рядом нет ничего, обо что она может пораниться.

— Сделано.

— Вы ничего не можете сделать, кроме как подождать, пока он пройдет. Когда она придет в себя, дайте ей прописанные лекарства.

— И все? — рявкаю я.

— К сожалению, мы больше ничего не можем сделать. Я связался с хосписом, и они пришлют медсестру завтра первым делом с утра. Единственное, что я могу предложить, — это привезти Рэйчел в больницу, где мы сможем обеспечить ей комфорт и ухаживать за ней до самого конца.

— Нет. Я хочу, чтобы она осталась дома.

— Хорошо. Я бы хотел, чтобы мы могли хоть что-то сделать, мистер Роу, но теперь это от нас не зависит.

— Спасибо, — процеживаю я сквозь стиснутые зубы.

Я завершаю звонок, вынужденный смотреть, как Рэйчел неконтролируемо трясет. Когда это наконец прекращается, я чувствую себя совершенно раздавленным. Я убираю волосы с ее лица и шепчу: — Рэйч? Ты меня слышишь?

Она пару раз моргает, и когда пытается заговорить, слова звучат невнятно. Слезы наполняют ее глаза, когда она смотрит на меня.

Я встаю и, найдя на кухонном островке пакет с лекарствами, разрываю его и ищу нужное среди баночек. Вытряхиваю две таблетки на ладонь и спешу обратно к дивану.

Подложив руку ей под затылок, я подношу ладонь к ее губам и даю таблетки. Я быстро хватаю со стола бутылку и откручиваю крышку, чтобы она могла сделать несколько глотков воды.

— Это поможет справиться с приступами, — говорю я. Затем снова наклоняюсь к ней, провожу рукой по ее волосам и смотрю ей в глаза. — Я люблю тебя, Рэйчел. Все, что я когда-либо делал, я делал ради тебя, и я бы ничего не стал менять. — Слезы застилают мне глаза, и я моргаю, чтобы их прогнать. — Я подарю Лэйни весь мир и сделаю все, чтобы она никогда тебя не забыла.

Рэйчел кивает, а затем ей удается произнести: — Все в последний раз.

— Мы сделаем это завтра. Просто дай лекарствам подействовать.

Она снова кивает, после чего ее веки опускаются, и, кажется, она засыпает.

— Уже можно? — слышу я вопрос Новы.

— Да.

Она возвращается в гостиную с Лэйни, и в ее голосе сквозит паника.

— Как Рэйчел?

— Я дал ей лекарство, так что она немного поспит.

Я понимаю, что уже поздно, только когда Нова включает свет на кухне.

— Я сделаю Лэйни сэндвич. Она ничего не ела весь день.

— Это хорошая идея.

Что за гребаный день.

Я встаю и, взяв плед, перекинутый через спинку дивана, укрываю им Рэйчел.

Когда я оборачиваюсь, Лэйни просто стоит и смотрит на свою маму. Я беру ее за руку и веду на кухню, где подсаживаю на барный стул.

Размещаясь рядом, я обнимаю ее за шею и спрашиваю: — Как ты?

Она выпячивает нижнюю губу.

— У меня болит сердце.

— Я знаю, милая. — Я наклоняюсь ближе и целую ее в лоб. Переживая о том, как все это отразится на Лэйни, я спрашиваю: — Хочешь пожить у Порши и ее семьи какое-то время?

Она быстро качает головой.

— Я не хочу пропустить ни минуты с мамочкой.

Не в силах скрыть жестокую реальность, ставшую нашей жизнью, я говорю: — Маме будет становиться только хуже, пока она не умрет. Я не уверен, что тебе стоит это видеть.

— Я остаюсь, — отрезает она, а затем ее лицо искажается от боли. — Не отсылай меня. Пожалуйста, дядя Истон.

Я затягиваю ее к себе на колени.

— Хорошо. Не буду. Тшш. Все хорошо.

Нова сочувственно смотрит на меня, а затем произносит: — Я позабочусь о том, чтобы уводить Лэйни из комнаты, если будет происходить то, чего ей не следует видеть.