То, что предопределено
Шрифт:
Наконец женщина отломила кусок от своей лепешки и протянула мальчику:
– На-ка вот. Поешь. И переночуешь с нами, так и быть.
– Только завтра, чтобы я тебя здесь не видел! – подхватил отец семейства.
– Разрешите… мне с Вами остаться, – выдавил из себя Анри и поперхнулся, потому что в горле у него пересохло.
– А зачем ты нам? Что ты умеешь?
– Я… Я умею играть на лире… – неуверенно сказал Анри.
– Ха! На лире! На лире я и сам бы играл! – снова рассмеялся парень с флейтой и выдал пассаж. – Нет у нас лиры! Но мы и так справляемся. Без сопливых.
– Пожалуй, – старший брат поддержал младшего.
После простого ужина все стали укладываться спать. Мать подозвала Анри и выдала ему охапку соломы, указав место, где можно устроиться. Вскоре костер догорел, все уже спали. И только Анри ворочался, вытаскивая из-под бока то одну колющую соломину, то другую. Глядя на звезды, он мечтал, как станет артистом. Никто не будет его дразнить и упрекать. Ему будут лишь аплодировать и удивляться ловкости и мастерству. Так думал беглец, в очередной раз уминая свою колючую с непривычки постель. Он уснул уже под утро.
На рассвете весельчак-флейтист выдал заспанному Анри кожаное ведро:
– Давай, сгоняй за водой. Хоть какая-то польза от тебя будет. Вот по этой тропинке. Видишь там колодец? Давай. – Парень хлопнул Анри по плечу и тот радостно помчался, размахивая по пути ведром.
«От меня будет польза! Я останусь с ними! Мы будем ездить по городам, я научусь играть на виоле! Я буду сочинять музыку! Очень хорошую музыку! Мы станем зарабатывать много денег! Я буду любить добрую матушку! И своих новых братьев! Они такие замечательные!»
Когда Анри с полным ведром повернулся к дороге, он увидел, что повозка жонглеров укатилась, оставив после себя почти уже осевшее облако пыли.
Наверное, мальчик смог бы догнать их, если бы бросил ведро и быстро побежал вслед. Но он стоял на месте, глядя то на ведро, то на дорогу перед собой.
Анри почувствовал себя преданным. Первый раз в жизни. И поскольку он был сыном Великого короля и настоящим принцем, хоть и не знал об этом, Анри испытал не желание бежать за повозкой бродячих артистов, умоляя не бросать его. Он испытал гнев. И ненависть. Но еще он был восьмилетним ребенком. Поэтом он испытал растерянность. Он так и стоял с полным ведром воды в руке, совсем один, озираясь по сторонам.
– Э, пацан! – Анри оглянулся и увидел двух мальчишек чуть старше себя.
V. Король Эдмунд в двадцать лет
Король Эдмунд, несмотря на то что у него не было жены и детей, ни на секунду не сомневался, что предсказание Книги Сивилл было сделано для него. Ведь это в его библиотеке хранилась книга пророчеств.
«Одному из детей короля суждено преодолеть самое сложное – то, что предопределено. Он должен быть готов», – так написано в Книге Сивилл. Уж я позабочусь, чтобы мой сын был готов выйти победителем из этой схватки!» – рассуждал Эдмунд и начал самым последовательным образом двигаться к цели.
Первым шагом был выбор невесты. Юный, порывистый король в деле женитьбы вдруг стал очень рассудительным. Сначала он с сенешалем составил список всех благородных невест, о которых было известно. Потом Эдмунд вычеркнул несколько кандидатур.
Так, он не захотел родниться с королем, потерпевшим крупную неудачу в битве, попавшим в плен и только недавно вернувшимся в свои владения.
Еще один король этой весной собственноручно вспахал поле в окрестностях своего замка. После двух лет неурожая и болезней в селении не осталось ни одного крестьянина, имеющего силы это сделать. И тогда король нарушил вековые обычаи. Эдмунд не хотел иметь дело с человеком, который работает руками, как простолюдин.
И еще четверых он вычеркнул, потому что у них были неблагозвучные, на его взгляд, имена и титулы. Все-таки живой нрав Эдмунда давал о себе знать, даже когда король пытался подходить к делу хладнокровно и практично.
К оставшимся в списке королевским и княжеским дворам были отправлены посольства с заданием собрать сведения о характере, уме, образовании юных дам, привезти их портреты.
Некоторые дворы не пожелали сближаться с Эдмундом. Все же он был не самым могущественным государем. Отказы стали неожиданным ударом для молодого короля, который не брал в расчет такое развитие событий. Он сказался больным и некоторое время провел в комнате с затемненными окнами. Впрочем, Эдмунд довольно быстро решил, что эти недостойные правители просто глупы и сами не понимают, чего хотят.
Три королевских двора согласились рассматривать Эдмунда в качестве жениха. Они приняли послов и предоставили им описания невест. Каждая из девиц характеризовалась с наилучшей стороны в превосходных степенях.
В итоге Эдмунд получил три портрета, как будто написанных с одной и той же девушки, и три превосходных описания ее же. Некоторое время поколебавшись, он выбрал принцессу из королевства, что лежит за морем. То ли заморский художник был искуснее, то ли так пал жребий.
Избранница была юна, очаровательна, обладала легким характером, играла на нескольких музыкальных инструментах и знала латынь. Эдмунд был счастлив, что для него нашлась такая подходящая партия.
Перед самым приездом невесты королю приснился сон.
Кто-то, кого он не видел, вложил ему в руку простое колечко с горным хрусталем в серебре.
– Это обручальное кольцо. Дождись ее, – сказала подошедшая старуха. – Не женись ни на ком, какие бы причины у тебя ни были. Пророчество о преодолении самого сложного сбудется, если ты сделаешь все правильно.
Сон тут же оборвался. Король открыл глаза и больше не уснул до утра. У него не было ни малейшего сомнения в том, что сон вещий. Пророчица из Книги Сивилл и раньше приходила к нему во сне, предупреждая о важном. Так было с самого детства, как только мать передала ему эту чудесную книгу, которую сама получила в детстве от отца, а тот от матери.
Когда принцесса прибыла ко двору, Эдмунд отправил к ней сенешаля узнать про кольцо. У короля была слабая надежда, хотя он и понимал, что не стала бы пророчица являться во сне, чтобы сказать очевидные вещи о его невесте. Что-то не так.
Опасения оправдались. На тонких пальцах избранницы короля Эдмунда был гарнитур из пяти золотых колец с жемчугом и аметистом – тончайшая работа придворного ювелира. Гарнитур был сделан специально по случаю отъезда принцессы из отчего дома к новой жизни и исключительно гармонировал с лиловым плащом, расшитым золотыми нитями и небольшими жемчужинами.
Сенешаль деликатно поинтересовался у рыцаря, сопровождавшего невесту, много ли среди ее приданного золота и серебра. Рыцарь не без гордости ответствовал, что серебра нет ни единой крупицы: «Принцессе приличествует только золото!»
Воодушевленный посланец поторопился к королю и церемонно повторил ответ рыцаря. К большому удивлению, выслушав его, Эдмунд тут же распорядился отослать невесту обратно, не объясняя причин и даже не удостоив приема.
Юный король был еще совсем неопытен в политических делах и часто действовал как чувствовал, по наитию. Он не продумывал последствия наперед.