Чтение онлайн

– Чего вы хотите? – спросил я, ожидая, что она будет умолять дать ей взаймы.

– Вы – моя последняя надежда, поверьте. Я понимаю, что это наглость с моей стороны, но вы тогда увезли меня из Тарна, вот я и подумала…

Она снова устремила на меня просящий взгляд.

– Продолжайте.

– Мой отец в тюрьме.

– Знаю.

– Проверяли, да? Или вам доложила о нем та полицейская морда, что сидела с вами в ресторане? Я копа за километр отличить могу.

– Этот коп мой отец.

– Ой! – испуганно пискнула она.

– Родителей не выбирают, – миролюбиво заметил я.

– Дело не в этом. Я думала, если вы частный детектив, значит, вы к полиции отношения не имеете.

– Я не имею. Мой отец работал в полиции. С таким же успехом он мог работать водителем автобуса.

– Думаете? Ладно, если вы даже связаны с полицией, я готова закрыть на это глаза.

– Вот это наглость!

– Почему? Полицейские бывают и в хороших семьях. В общем, я сюда пришла, чтоб попросить вас отвезти меня в тюрьму. Мой отец сейчас в Лидсе.

Я опять себя выдал – брови удивленно поползли вверх.

– Вы сидели и скучали, когда я вошла. Я видела. Вам предоставляется еще один шанс прогуляться за пределы Манчестера.

– Спасибо за заботу. Между прочим, тогда я приехал в Тарн не ради шанса покатать вас на машине. Я работал.

– Сейчас вы тоже работаете?

– Вообще-то нет…

– Что же вам мешает? Мы будем на месте через час, к четырем вы вернетесь в свое кресло.

– Не хочу показаться нелюбезным, но почему бы вам не воспользоваться общественным транспортом?

– Я же объяснила вам – я на мели. Чарли оставил меня без гроша.

– Конечно…

– Почему вы не хотите понять? Сразу видно, никто из ваших близких не сидел в тюрьме. Если я там сегодня не появлюсь…

– А как вы рассчитывали туда попасть?

– У меня была машина, но Чарли послал этого Лу Олли забрать ее. До Манчестера я доехала на попутной и подумала, что, возможно, вы согласитесь мне помочь.

– Я могу одолжить вам денег.

– На общественном транспорте я не поспею в Лидс вовремя. В определенный час людей выводят в специальную комнату для свиданий. Он будет сидеть там и ждать, а я не появлюсь.

– Возьмите такси.

– Представляете, во сколько это обойдется? Дешевле самому сесть за руль и отвезти меня туда.

– Наверно, это будет дешевле, но в это время в агентство может прийти клиент.

Когда я произносил эту реплику, мы одновременно повернули головы к окну. Единственным прохожим на всю улицу оказался печальный бродяга с изорванной в клочья котомкой, весь вид которого напоминал о бегстве наполеоновской армии из Москвы. Впереди себя он толкал такую же жалкую на вид тележку с пожитками.

– Ну, хорошо. Похоже, сегодня мне не светит встреча с платежеспособным клиентом, – рассмеялся я. – Только давайте договоримся: я везу вас в Лидс, жду за воротами тюрьмы, и мы сразу же возвращаемся сюда.

Марти засияла от радости, как ребенок, которому сказали, что в этом году Рождество будут встречать дважды.

Я смотрел на Марти, она – на меня. Пэдди посоветовал мне держаться подальше от Карлайлов, но Марти уже не считала себя членом этой семьи. Мы вышли из офиса, я запер входную дверь. Не говоря ни слова, мы направились к машине. Смотаюсь в Лидс, заполню пустой день, думал я, выруливая из многоярусной стоянки на улицу, но при виде Марти, ожидавшей на тротуаре, у меня внутри что-то екнуло. Она выглядела так соблазнительно, что даже король карнавала геев отказался бы ради нее от своей короны.

Я вел машину на положенной скорости по дороге на Хаддерсфильд, когда Марти посвятила меня в следующую часть своего плана.

– Может, все-таки пойдете со мной? – попросила она.

– Каким образом? Моего имени нет в списках посетителей.

– Ну, знаете…

– Что?!! – вскричал я, повернувшись к ней всем корпусом.

– Есть способ.

– Вы шутите!

– Нет, не шучу. Признаюсь, я пошла на маленькую хитрость. Мне не только нужно было добраться до Лиуса, мне хотелось заполучить вас.

– Фантастика! – сказал я и послал ей воздушный поцелуй.

– Не в том смысле. Как профессионала! Я хочу, чтоб вы помогли отцу выбраться оттуда.

– Побег?

– Нужно найти доказательства его невиновности. Каждый раз, когда поднимается вопрос об амнистии, Федерация полиции выступает против и лоббирует министра внутренних дел. Сейчас, когда министр – Макмэхон, у отца появился шанс. Макмэхон выступал от имени защиты на процессе и подавал потом апелляцию. Он не должен отмахнуться, если нам удастся наскрести хоть какие-то новые свидетельства.

– Вы специально обратились к сыну полицейского, чтоб освободить убийцу полицейского?

– Я много слышала о вас. Думаю, вы сможете помочь моему отцу… Понимаете, все пошло наперекосяк… Если бы Чарли не был такой свиньей, я бы вас просто наняла, но он специально оставил меня без денег… по вредности…

– Может, решил, что таким образом отучит вас от спиртного?

– Я не пьянчужка какая-нибудь! Я вам объяснила уже, что выпила в то утро на пустой желудок.

– Или просто сыграли роль.

– О чем это вы? – возмутилась она. Лицо ее запылало, став одного тона с волосами. – Думаете, я разработала специальный план, чтоб подцепить вас в Тарне? Не обольщайтесь.

Мы промчались мимо щита, предупреждающего о ближайшем повороте.

– Вам следует поторопиться с объяснениями, не то высажу, и дальше пойдете пешком, – грозно предупредил я.

Беда моя в том, что строгости моей хватает ненадолго, особенно если дело касается красивой женщины. Она обратила ко мне свои огромные зеленые глазища, и я чуть не съехал на обочину.

– Смотрите на дорогу! – прикрикнула она на меня.

– Тогда не охмуряйте меня.

– Много о себе воображаете, вы… мерзкий…

Я притормозил, чтоб занять другую полосу. И тут она заговорила быстро-быстро, глотая слова:

– Все, что я рассказала об отце, правда, и то что он отчаялся, – тоже. Он там сидит за то, чего не совершал, но он преступник с большим прошлым, кто же ему поверит. Я связалась с одним из его бывших адвокатов, его зовут Мортон Деверо-Олмонд. Он написал мне, что у него всегда были сомнения в виновности моего отца. Хотя он и на пенсии, я умоляла его приехать и повидаться с папой. Он согласился, а две недели назад отказался. Я побоялась сказать об этом отцу. Вы его не знаете, он такой вспыльчивый, на что угодно может решиться.