Чтение онлайн

Я мотнула головой, отгоняя прочь невеселые мысли, натянула на себя одежду и спросила о том, что друг обошел ответом:

— Что произошло с тобой? После того, как очнулся?

Валгус помрачнел, тонкие брови сползлись к переносице: — Я чувствовал все, что с тобой происходит. Поэтому стал стучать в дверь и просить, чтобы к тебе заглянули. Сначала я почувствовал, как тебе стало больно а потом… потом ты исчезла, словно перестала существовать.

Я кивнула и шепотом спросила:

— Сколько меня не было?

Юноша притянул меня к себе, уткнулся лицом в волосы и глухо сказал: — Долго. Целую вечность! — потом отстранился. — Хорошо удалось убедить охранников. Хотя это было легко — они тоже тебя потеряли.

Я вздрогнула — неужели меня и правда не существовало? А как же… туннель? Свет? Ничего похожего я не помню. Просто несколько минут исчезли из моей жизни и все! А может я попросту не дошла или заблудилась по пути… на тот свет?

Поежилась — устраивать повторную проверку не хотелось.

— Пойдем, — потянул меня за собой Валгус.

Охранники успели привести камеру в порядок: пол снова сверкал чистотой, кровать была идеально застелена и даже со стен оттерли кровь. Только изуродованная штукатурка напоминала о моем приступе сумасшествия. Я предпочла бы на нее не глядеть.

— Подожди, Дичок, надо кое-что решить, — выпустил меня из объятий юноша.

Я послушно опустилась на постель, потрогав отглаженную до хруста наволочку.

Вот уж любители идеального порядка эти снежные. Как они еще сразу стену не отремонтировали, наверное, цемента и краски под рукой нет.

Валгус тихо разговаривал с охраной. Я прислушалась к эмоциям снежных и удивилась — в душах тюремщиков творилось черти что…. События последнего часа и для них не прошли даром. Заставили посмотреть на "преступников" с другой стороны, зародили зерна жалости и сочувствия. А еще охотники по-прежнему боялись, что я умру. У них имелся приказ по этому поводу… или… какая-то угроза? Разобраться не получалось, но было ясно одно — мы должны обязательно выжить. Валгус это тоже понял. Потому и решился на разговор.

Наконец, один из охраны кивнул и вышел, а мой любимый вернулся ко мне, сияя улыбкой:

— Мне разрешили остаться на всю ночь!

Лучшего и пожелать невозможно.

Моя голова покоилась на груди у Валгуса, и юноша гладил меня по волосам. Мы молчали. После пережитого не хотелось ни думать, ни говорить. Нам вполне хватало простой телесной близости, возможности прикасаться и чувствовать друг друга наяву. Меня сильно клонило в сон — организму требовалось восстановить потраченные силы — но я крепилась. И не только потому, что боялась повторной встречи со стаей…. Просто казалось глупостью тратить драгоценное время на какой-то сон. Вот только тело было другого мнения — глаза закрывались сами собой. Так обычно начинается выздоровление после серьезной болезни: все время хочется спать.

Валгус чувствовал мое состояние и пытался подбодрить, он тоже не хотел, чтобы я отключилась. Юноша, хоть и надеялся на защиту медальона, здорово опасался повторения истории. Ему и одной с головой хватило. Да что там… мой друг был просто в ужасе, поняв, что стая способна убить меня, даже не прикасаясь.

В конце концов, после того, как я дважды заснула прямо на полуслове, Валгус сдался и приказал:

— Саш, хватит. Не мучайся. Придется рискнуть. Не бойся, я тебя посторожу. Иди ко мне поближе.

Меня хватило только на вялую улыбку — куда уж ближе? — но послушалась: обняла и закинула ногу на бедро парня, чтобы чувствовать его всем телом. Он в ответ сомкнул руки на моей спине и, уткнувшись лицом в волосы, прошептал:

— Спи.

Я отключилась сразу после этого слова. И сразу же очутилась в знакомой темноте, словно другого места и не было! Там царила пустота — вился только один огонек. Он тут же метнулся ко мне, но злобы я не почувствовала, скорее облегчение и радость.

"Сашка! Слава богу — жива!"

Я узнала голос и успокоилась — Борис! — но радоваться не спешила, слишком хороший мне преподали урок.

"Что тебе надо? Для чего ты тут? Чтобы позвать остальную стаю? Не успокоитесь, пока не добьете?"

Парень застыл на месте — его захлестнула обида: "Я тебя пальцем не тронул! Я помогал Ярославу! Пытался остальных остановить!"

Вот как….
– вспомнился рык Ярослава — значит, с ума сошла не вся стая? У двоих хватило выдержки устоять?

Я остановилась напротив Бориса: "Ты сильнее, чем кажешься".

Неожиданно сильнее. Намного сильнее меня, потому что я свое время не устояла — кинулась в драку. Да еще не один раз. Так что у меня нет права родичей осуждать, сама ничем не лучше.

Я вздохнула — да и не осуждаю уже.

Парень не дождавшись продолжения фразы, несмело спросил: "Ну, я пойду? Мне просыпаться пора — Ярослав ждет звонка. Он здорово переживает за тебя. Сам хотел дождаться, но не смог — требовалось вправить кое-кому мозги". И пропал с глаз, оставив меня в растерянности на опустевшем "поле боя".

Я "переговорной" оказалась не нужна — стоило мальчишке исчезнуть, как темнота сменилась на обычный сон. На запутанный лабиринт из аккуратно остриженных кустов. Я бродила по нему в поисках чего-то важного до того момента, пока Валгус меня не растормошил.

— Дичок, просыпайся. Уже светло, мне пора уходить, — поцеловал меня в лоб юноша, и на робкое "почему пора?" вздохнул: — Скоро охрану поменяют. А сажали нас все-таки по разным комнатам.

Я кивнула.

— Как ты себя чувствуешь? — внимательно разглядывал меня Валгус.

— А ты? — задала я встречный вопрос.

Юноша хмыкнул: — Обо мне не тревожься. Тех, кто идет в охотники с детства приучают защищать свой разум. К тому же… ты почти сразу вышибла меня оттуда. Ты… или твой медальон. Так что не уходи от ответа.

Прислушалась к себе — сон помог, хотя хотелось… подкрепиться. В обоих смыслах.

Ответила честно:

— Нормально, только есть хочу.

Валгус улыбнулся:

— Это поправимо. Скоро должны завтрак принести. Не думаю, что в их планы входит уморить нас голодом.