Чтение онлайн

За время сна бредовая идея навестить родных Наташи не улетучилась, а наоборот, приобрела более конкретные черты. Теперь, когда эмоции были на втором плане, девушка была полна решимости.

Позавтракав, Таня быстро собралась. Все что она хотела взять с собой, уместилось в небольшой дорожной сумке, которую она повесила на плечо. Уже подходя к двери, она окинула себя взглядом в зеркале. Серые джинсы, свитер крупной вязки (которые очень любила Наташа), туфли на низком каблуке. Сейчас она очень была походила на подругу. И этот, как считала Таня, нелепый вид прекрасно дополняла выцветшая дорожная сумка, которую она три года назад купила на распродаже.

От «Щелковской» автобусы отходили по мере наполнения, поэтому Тане пришлось больше получаса сидеть в душном салоне и смотреть на невзрачную станцию. Только через сорок минут, водитель выбросил окурок (третий по счету), зашел за последним пассажиром в салон и стал обилечивать. После чего закрыл дверь и не спеша завел автобус. Послышался рокочущий звук мотора, который пару раз чихнул, прежде чем мерно заработать и повезти пассажиров до пункта назначения.

Пока Таня ждала, то снова и снова проигрывала в голове вчерашнюю встречу с Ромой, еще сильнее подогревая в себе злобу.

— Так значит, я была не права. Он вообще не обращал на меня внимания, — бубнила она себе под нос, и изящные ноздри раздувались как у быка, — я была для него просто подругой той, которая ему не безразлична. Как же я могла так ошибаться?

Таня мысленно выругалась и стала следить за дорогой, чтобы хоть на немного отвлечься от своих мыслей. Высотные здания и небольшие парки, чередовались с огромными супермаркетами и развязками, пока автобус не выехал на трассу. После чего начались поля, которые вдалеке заканчивались темным лесом, и только изредка появлялись деревушки со странными названиями и старенькими деревянными домиками.

И как так случилось, что Наташа единственная подруга, с которой она тесно общалась. Сейчас ей даже не с кем поговорить, чтобы хоть как-то освободиться от тех эмоций, которые сжимали грудь, не давая нормально дышать. Сжав кулаки так, что ногти впились в кожу, оставив багровые полукруги, Таня пыталась прогнать мрачные мысли. Но не получалось. В результате, надев наушники, закрыла глаза. Ее любимая группа Gregorian исполняла композицию «Clocks», которая ее погружала в иной мир — мир фантазий, где вырастали воздушные замки, где скакали на невиданных скакунах принцы, где она счастлива рядом с Ромой. Не ожидая от себя, она заснула, а проснулась от толчка. Как будто кто-то тряхнул ее за плечо. Таня вытащила наушники и смотав, бросила в сумку.

— Конечная! — еще раз громко сказал водитель. Он облокотился на руль и смотрел как медленно пассажиры выходят на улицу.

Часы показывали начало пятого, тряханув головой, чтобы согнать остатки сна, Таня взяла свою сумку и вышла из автобуса.

Станция находилась около центральной площади города. Как раз, когда все вышли из автобуса, на них смотрело здание администрации, и небольшая дорожка с ровно подстриженными кустами. Администрация находилась на той стороне шоссе, по которой они приехали.

Таня огляделась и немного занервничала. Что она знала? Только то, что рядом с домом Наташи протекала речка.

Опять выругавшись про себя, девушка посмотрела в одну сторону, потом в другую. После некоторого раздумья, решила, что все же пойдет в противоположную сторону той, откуда приехала.

Топая маленькими каблучками по тротуару, Таня смотрела по сторонам. У нее не было такой прекрасной памяти, как у Наташи, чтобы запоминать дорогу обратно. Она даже часто отшучивалась, что у нее ориентационный кретинизм. Вспомнив, это лицо девушки немного просветлело.

Город оказался намного дружелюбнее, нежели она себе представляла. Он не был ни унылым, ни серым. Высотные дома, яркие вывески салонов красоты и кафе, ухоженные дворы. От него немного веяло провинциальностью, но с хорошей стороны и это нравилось Тане. Идя по оживленной улице, она удивлялась, что могло здесь не понравиться Наташе. Но вскоре народа стало встречаться все меньше и меньше. Девятиэтажные дома сменились трехэтажными, а магазины зазывали покупателей блеклыми вывесками с конца шестидесятых годов.

Окончательно поняв, что заблудилась и у нее нет ни малейшего представления куда идти дальше, Таня остановилась. Повертев головой, поняла, что спросить не у кого и зашла в ближайший магазин. Ее встретил длинный прилавок, где вместе лежали колбаса, сосиски, кефир и сыр. А из-за него выглядывала полная с круглым лицом и заплывшими глазами женщина.

— Вы что-то хотели? — наконец спросила та, когда Таня несколько минут мялась около прилавка с шоколадом и другими сладостями.

— Да. Извините, вы не подскажете, где у вас тут речка?

Продавщица вылупилась на нее, так что ее лицо стало еще круглее. И закатив глаза, ответила:

— Есть на окраине города. Лесуня.

— Да? — Таня очень волновалась, и поэтому не сразу нашлась что сказать, — а как мне туда добраться?

— Вы не местная? — спросила продавщица, еще сильнее показываясь из-за прилавка и внимательно глядя на девушку.

— Да, из Москвы.

— И что вы там забыли?

— Где? — не понимая вопроса спросила Таня. Ее вообще напрягал весь этот разговор, так еще продавщица не намерена была просто подсказать дорогу.

— Ну, так, куда собралась. Таким как вы там не место.

— Простите…, - начало было Таня, отвечать на хамство. Голос сделался грубее, в глазах загорелась злоба.

— Я вижу, что вы приезжая, потому что никто бы из местных в тот район не сунулся, тем более на ночь глядя. Лучше езжайте-ка домой. Что вы там хотите увидеть? Представителей местной элиты?

Таня понимала, что продавщица над ней подсмеивается. И это сильно задевало, но что поделать если она здесь одна, а дорогу узнать надо. Просто необходимо. Поборов свою ненависть, она попыталась придать дружелюбие голосу, но мало что из этого получилось:

— Мне надо попасть в тот район. Не можете подсказать, как я могу туда добраться?

— Да, пожалуйста, — снова закатывая глаза, ответила продавщица, — на 45 маршрутке.

— А остановка?

— За углом.

— А…, - Таня хотела спросить до какой остановки ехать, но в этот момент зашли несколько пацанов, и сразу же подошли к продавщице. В штанах с отвисшими коленями и вытянутых свитерах, они показались ей похожими на беспризорников.

— Четыре пива Балтика семерки, можно, — пропищал худощавый прыщавый парень и положил деньги на весы.