Чтение онлайн

– А где доктор Росс? Она курировала меня, - поинтересовался Джейсон. Этот доктор, она прекрасна, как и все молодые артэонки. Блестящая гладкая, будто шелковая кожа, белоснежная улыбка и приятный аромат. Чуть старше Джейсона. В ее обществе ему было все больше дискомфортно, во всяком случае, изливать душу молодой девчонке, обнажать свое безумие перед почти ровесницей было неприятно. Мудрая доктор Росс, пожилая артэонка с белыми волосами, была заботлива как мать, с ней он мог говорить обо всем. А эта вчерашняя девчонка в его глазах была плохой заменой любимого доктора.

Доктор Росс. Военный психолог, что работала с ним, помогала ему избавиться от симптомов Малдурума. Он был очарован ею. Разумная, с чувством юмора, с годами как хорошее вино ставшая просто бесподобной. В реальности она никогда не одевалась в черное, скорее наоборот предпочитала светлые тона. Джейсон ведал ей детали своих злодеяний в Малдуруме, и от этого как от исповеди получал душевное облегчение. Его особое отношение, привязанность к доброму доктору перешло с ним в Малдурум. В ее облике воплотилось его безумие. Сначала в Малдуруме он просто творил жуткие вещи, думая о том, как будет ей о них рассказывать, как будет ее удивлять, когда вернется домой. И однажды она сама пришла к нему в больных малдурумных галлюцинациях и попросила чем-нибудь удивить.

– Это все из-за моего возраста?
– поинтересовалась молодой доктор сейчас работающий с ним.
– Простите. Я знаю, в моем нынешнем состоянии этически не красиво работать с пациентами, в основном являющимися солдатами, возвратившимися из долгой командировки. Представляю, какой дискомфорт я вам создаю. Но все же этой профессии, как и любой другой необходимы новые кадры. Поэтому появление подобных мне неизбежно. К тому же ехать к своим пациентам "к черту на рога" именитые профессионалы не хотят. Такую работу предоставляют молодым. Думаю лет через двадцать, когда я наберусь опыта и моя внешность, в виду возраста не будет превращать пациентов в похотливых животных только тогда я стану настоящим психологом. Пока прошу меня простить.

– Нет, это вы меня простите...
– спешно пытался оправдаться Джейсон.

– Доктор Росс ведет свою практику только в пределах Армидеи. В командировки во внешний мир она, насколько мне известно, не выезжает в принципе. Вы хоть понимаете где мы сейчас?

– Нет.

– В приграничной базе Альфагейт...

– Все вспомнил... Нам было велено прибыть сюда. Почему нам не дали сразу двинуться домой?

– Здесь вы находитесь уже больше недели. У военного следствия возникли вопросы к участникам вашего отряда...

– Дайте-ка угадаю, все произошедшее в Мерзлом лесу решили замолчать? Следаки нас допросят, а потом зашьют все протоколы в папку под грифом секретно?

– Правительству виднее...

– Так со мной еще будут работать следователи? Будут допрашивать?
– Она, в ответ, кивнув головой, закрыла глаза.
– Вот блин! Еще несколько часов сидеть, ждать пока они все запишут. Эти бюрократы. И это после того что мы пережили? Бред!
– лениво вздыхая, сокрушался Джейсон.
– Хотя уже надо бы привыкнуть.

– Да, к сожалению, от бюрократии в военном ведомстве никуда не деться. Но есть и хорошая новость, во всяком случае, для вас. Вы все еще находитесь под опекой доктора Росс. Которая продолжит работу с вами, когда вы вернитесь в Армидею. Она ждет не дождется вас дома. Всех вас, ее "любименьких", "бедненьких". Знаете. Передавая мне ваши личные дела, она велела, прежде всего, позаботиться о вас!
– улыбнулась она.

– Да доктор Росс очень заботливая.

– Вы и сами понимаете, что наш разговор с вами ограничится лишь этой встречей, но возможно еще парой сеансов, если вам вдруг станет одиноко. Поэтому нам как доктору и пациенту смысла нет сближаться. Мой разовый акт врачебной заботы был бы бессмыслицей. Но все же, эту беседу мы вынуждены будем довести до конца. Так ведь?

– Как скажите мэм.

– Значит, начнем сначала. Вы сказали, что работа военных следователей это нудная бюрократическая волокита обремененная массой протоколов. То есть вас уже допрашивали. Также. Вы насколько я знаю, относитесь к категории солдат именуемых "мечеными" в виду красных отметин на погонах. Не хотите рассказать мне об этом. Как так получилось, что вы еще совсем молодой парень уже переступили черту, оступились, совершив военное преступление? Я здесь чтобы слушать.

– А что в моем личном деле, с которым вас ознакомила доктор Росс вы не нашли ответы на эти вопросы?

– Джейсон успокойтесь. Не надо так напрягаться. Поймите ценность общения со мной. Я не знаю о вас ничего, вы могли бы рассказать мне все с самого начала, полностью излить душу как в первый раз. Ведь как я поняла из записей Саманты... то есть доктора Росс, эти душеные травмы из Малдурума все еще тревожат вас.

– Вы не поймите неправильно, я не такой. В смысле я вовсе не пытался язвить вам или выказывать свое недовольство вами как специалистом. Просто пока у меня все внутри как-то заторможено.

– Молодец, умница, - улыбнулась она.
– А теперь просто расскажи мне все что хочешь.

– С чего начать?

– С чего угодно, во времени мы не ограничены.

– Спасибо, - с легкостью выдохнул Джейсон.
– Все это началось в учебке. Ну, этого кошмара длиною в полгода после восемнадцати лет. Там я впервые погрузился в Малдурум, столкнулся с безумием, о котором и не догадывался, - он напряженно вцепился в подручники кресла.
– Но там под жестким контролем офицеров моя ужасная сущность не могла проявить себя. Потом была первая полноценная командировка на юг. Я начал дико гнать. Во время одной из мелочных ссор ранил сослуживца в ногу, меня больше месяца продержали в глубокой земляной яме. Думали, что холод ночей и дождь выбьют из меня всю дурь...

Мы сидели на южной границе Грионского союза. Даже в патрули не ходили, вообще ничего не делали, просто простаивали. Просто фактом своего присутствия устрашали возможных врагов наших союзников. Ссоры, мелкие стычки между погруженными в Малдурум чудовищами происходили постоянно. Вокруг той ямы, в которой держали меня, появлялись множество других. По соседству сидел очень интересный кадр "покусанный белочкой". Понимаете?! Ну, в смысле мучающийся от белой горячки. Первые несколько суток, он орал гимн Армидеи и морской пехоты!
– Джейсон рассмешил ее.

– Хотя бы было нескучно.

– Да среди сумасшедших скучно быть не может. Потом как оказалось, за время того простоя в ходе пьяных драк было убито несколько молодых солдат. Эти смерти наше командование списало на боевые потери. Смешного в этом мало...

Случилась полноценная боевая тревога. Всех грешников повытаскивали из ям, все батальоны подняли и построили. Грионский союз - наш главный друг за периметром, он тоже не един и состоит из трех независимых друг от друга полисных государств. Два из них, южная Фриния и центральный Ираклид что-то не поделили друг с другом. Нас как миротворцев подняли с границы и перегнали в район нарастающего конфликта. Нашему взводу было поручено взять под охрану один из богатейших районов на окраинах Фринии - деревушку Холмы Страхиса. Это было живописное место, все фринийские богачи настроили там себе поместий. Мы должны были не допустить разграбления имущества в ходе возможных боевых действий. Разместились в одном из местных храмов. Ходили в патрули, следили за порядком в этом райском уголке, - приступая к самому тяжелому, Джейсон остановился, думая как лучше описать, что последует далее.