Чтение онлайн

17:01 – Одеться к ужину.

17:22 – Частная встреча с Наследным принцем.

20:00 – Приветственный прием и ужин.

– Расписание будет скорректировано. Понимаю, что в аэропорту случилась незапланированная задержка, – продолжает господин Фучигами. Его взгляд останавливается на редисе, который я положила на сиденье рядом со мной. Он вроде моего нового друга. Я назвала его Тамагочи 2.0.

Листаю страницы дальше, прикусив щеку. Что ж, задача не из простых. Соблюдать даже школьный график – уже чудо. Две недели моего пребывания здесь полны всяких мероприятий. Частные уроки по истории Японии, японскому языку и искусству. Экскурсии по святым местам, храмам и гробницам. Посещение императорского животноводческого хозяйства и заповедников с дикими утками. Разного рода банкеты. Выходы в свет с отцом – бейсбольный матч, открытие выставки общественного искусства. И даже…

– Свадьба?

Господин Фучигами кивает.

– Через десять дней состоится свадьба премьер-министра.

Шумно сглатываю.

– Я не привезла подходящей одежды. – Весь мой гардероб состоит из легинсов и толстовок – представьте себе неряху в «Лулулемон», – то что надо для Маунт-Шасты. Но опять-таки в Маунт-Шасте метание топора и опрокидывание коров тоже считаются нормой.

– Гардероб для вас готов. Императорская семья сотрудничает с несколькими дизайнерами, которые шьют для них подобающую одежду. – В его словах, интонации и загадочной улыбке читается: Ты сейчас представляешь императорскую семью.

– Ах да, конечно. – Подозреваю, что я немного не в себе.

– Ваши кузины, принцессы-близнецы Акико и Норико, много путешествуют, – успокаивающим тоном добавляет он. – На прошлой неделе Акико вернулась из Шотландии. В следующем году она планирует поступать там в университет, где будет изучать английский язык и средневековый транспорт. Дома на ней были надеты очаровательное платье и пиджак.

– Ох, – вырывается у меня. Ох, думаю. Мысленно представляю себе свой образ: легинсы и блеклая толстовка Маунт-Шаста Хай. – Простите, я не знала… – и замолкаю. Передаю привет всем девушкам, которые слишком много извиняются. Как я вас понимаю.

– Понимаю. Не забывайте: пресса постоянно следит за вами. Но это неважно, – говорит господин Фучигами. – Мы подобрали для вас персонал, который будет вас сопровождать. Вашим личным секьюрити назначен господин Кобаяши. Его семья на протяжении десятилетий служила Императорскому дому. Он – кладезь знаний. Вы можете положиться на него. – Ах, кинжал вонзается глубже. Мой заклятый враг и мое ближайшее доверенное лицо – один и тот же человек? Да ни за что! – Пожалуйста, сохраните его контактную информацию себе в телефон, – говорит господин Фучигами. Ох, не переживайте. Я сохраню его под именем «Слуга Дьявола» и добавлю эмодзи с рогами и две какашки.

Я уже открыла было рот, чтобы уточнить у господина Фучигами расписание, но дыхание вдруг перехватывает, слова не вяжутся. Теперь мой рот раскрыт по другой причине. Удивление. Изумление. Трепет.

Мы на вершине холма. Солнечные лучи просачиваются сквозь облака, и перед нами вырастает частокол из высотных зданий. Мираж, который так и манит меня. Прислоняюсь к запотевшему окну, протираю его ладонью и поднимаю подбородок. Я определенно теряю голову. Капли дождя стекают по стеклу, разделяя на части мое отражение.

– Токио. – Голос господина Фучигами наполняется гордостью. – Старое название Эдо. Почти целиком разрушен во время Великого землетрясения Канто в 1923 году, а затем, в 1944, подвергся ночным бомбардировкам. Тогда погибли десятки тысяч человек. – Камергер замолкает. – Кишикайсей.

– Что это значит?

В груди дрожь. Мы въезжаем в город. Высотки больше не рассекают горизонт. Теперь они похожи на надвигающихся серых гигантов. На каждом шагу красуются кричащие, привлекающие к себе внимание знаки – неоновые, пластиковые или цветные баннеры. Шумно. Какофония из популярных мелодий, гудков машин, рекламных объявлений и мчащихся по рельсам поездов. Бурно, колоритно.

– Если переводить дословно, то это слово означает «восстать из мертвых и вернуться к жизни». Несмотря на мрачные обстоятельства, Токио воскрес. Он приютил более тридцати пяти миллионов жителей. – Господин Фучигами ненадолго замолкает. – А еще – самую древнюю монархию в мире.

Трепет усиливается десятикратно. Вцепившись в подоконник, упираюсь носом в стекло. Зеленые парки, опрятные жилые дома, элитные магазины, галереи, рестораны. На каждое изящное, новое и современное здание приходится по одному невысокому деревянному домику с синей черепичной крышей и горящими фонарями. Очень тесно. Дома напоминают опирающихся друг на друга пьяных.

Господин Фучигами рассказывает историю Токио. Город строился и перестраивался, рождался и возрождался. Я представляю себе пирог: когда отрезаешь кусочек, видны слои. И вот они как наяву: пепел уничтоженного пожаром Эдо и остатки самурайских доспехов, каллиграфические перья и осколки чайного фарфора. Останки погибших во время падения сегуната [29] . Пыль Великого землетрясения и обломки, которыми покрылся город после авиаударов Второй мировой войны.

Несмотря ни на что, он процветает. Словно живой организм, пронизан неоновыми венами. Под ногами деловых людей в строгих костюмах носятся дети, одетые в клетчатые юбки и красные галстучки. Две женщины в малиновых кимоно и с подходящими зонтиками ныряют в чайную. Они такие же, как я. Конечно, между нами есть отличия: разная форма глаз и лиц, но темноволосых тут больше, чем я видела за всю свою жизнь. Я здесь – не диковинка, не бельмо на глазу, и это поражает. Какое же это счастье – просто не выделяться.

У меня будто галлюцинация, кажется, словно я подсматриваю в замочную скважину. Не могу до конца осознать. А машина ни разу даже не сбавила скорости.

Именно в этот момент до меня доходит:

– Мы не останавливаемся на светофорах.

Господин Фучигами барабанит пальцами по кожаному сиденью.

– Именно. Для императорской кавалькады на светофорах всегда горит «синий» [30] . Крайне важно придерживаться расписания.

Еще один тычок, но мне плевать. Внутри меня все бушует. Мое тело хочет слиться с Токио, затеряться в нем. Вот где я должна была родиться, вот где я должна была жить. Здесь «принятие» и «толерантность» не стали бы моими первыми словами. Я была бы как все, человек из толпы. Не считая «Роллс-Ройса» и сопровождающих нас полицейских мигалок, конечно же.

Ошеломленная и радостная, я откидываюсь на спинку сиденья. Звук падающих на металлическую крышу капель дождя успокаивает. Все, мой мозг взорвался.

Проезжаем над водой.

– Это один из многочисленных рвов, окружающих императорские земли, – поясняет господин Фучигами.

Вот где живут мои дедушка и бабушка – император и императрица, – прямо посреди Токио, в частном лесу площадью более четырех с половиной миллионов квадратных футов.

Машина въезжает в мрачный туннель. Мы едем прочь от императорских земель.

– Мой отец живет не здесь? – Меня охватывает паника. Вспоминаю фильм, в котором нежеланного ребенка из королевской семьи похитили и спрятали.

– Наследный принц живет во дворце Тогу в имении Акасака, к востоку от Императорского дворца. Там же проживают и другие члены семьи – ваши дяди и тети, двоюродные братья и сестры. Принцессы-близнецы Акико и Норико приблизительно вашего возраста, как и принц Есихито. Он покинул дворец, но недавно снова вернулся. У вас будет большая компания, – улыбается он, словно вручая мне подарок.