Чтение онлайн

–  Ты проделываешь удивительные вещи с моим желудком, - сказала Джессика хрипловатым голосом.

–  Морская болезнь, потеря аппетита? - предположил Вулф.

–  Вовсе нет. Ты рождаешь во мне ощущение, как будто я проглотила золотых бабочек.

Это наивное признание заставило Вулфа закрыть глаза, потому что если бы он продолжал смотреть на Джессику, он бы непременно коснулся нежной припухлости ее верхней губы вначале пальцем, а затем кончиком языка. Было очень непросто не позволить рукам дотронуться до нее Это было бы совершенно невозможно, если бы она смотрела на него удивленными, сияющими глазами и рассказывала ему о первых ростках пробуждающейся страсти в ее юном девственном теле.

Желание билось упругими, сильными толчками, но внешне Вулф оставался неподвижным. Он не доверял себе. Если бы она ответила на проявление его ласки смехом или той откровенностью, с которой говорила о бабочках, он не перестал бы ласкать ее до тех пор, пока не взял бы ее.

И тогда бы брак состоялся. Это обрекло бы ее всю жизнь быть женой полукровки, охотника за мустангами, а он должен был бы жить с девушкой, которая боится стать женщиной.

–  Я думаю, - отчетливо произнес Вулф, открывая глаза, - нам пора продолжить урок на тему, как готовить кофе. В кофейнике слишком много воды. Отлей избыток в сосуд для заливки. А в следующий раз вначале наполняй сосуд.

–  Почему?

–  Потому что, если он будет сухим, когда ты подойдешь в следующий раз к насосу, тебе придется сходить на ручей за водой, прежде чем брать воду из насоса.

–  Я должна налить воду в насос, прежде чем взять воду из насоса... Джессика покачала головой. - Какая-то бессмыслица.

–  Это свойственно большинству ритуалов.

–  А что, если я буду качать, не заливая предварительно воды?

–  Механизм не предусмотрен для работы всухую. Он сломается

–  И твое терпение тоже иссякнет? - предположила Джессика.

–  На него можно рассчитывать. И на Рено также. Он помог мне установить насос

–  Это сосед?

–  Нет, - сказал Вулф. - Он охотник за испанскими сокровищами в пустыне, если не остается с Виллоу в Сан-Хуане.

–  Правда? А что думает об этом Калеб?

–  Он одобряет это.

–  Это как-то... гм... несколько странно.

–  Рено - брат Виллоу.

Джессика посмотрела сквозь полуопущенные ресницы и пробормотала вполголоса:

–  Мало радости быть братом образцово-показательной добродетели.

Вулф передал Джессике кофейник и показал жестом на плиту. Когда она ставила его, вода выплеснулась на черную поверхность плиты. Чугун был холодным. Повозившись некоторое время с дверцей плиты, она открыла ее и заглянула внутрь. Там были аккуратно сложены щепки для растопки.

–  Ищешь это? - поинтересовался Вулф.

Джессика выпрямилась. Он держал банку со спичками, которую взял с полки над плитой.

–  Ты знаешь, каким концом чиркать о железо? - спросил он сухо.

–  Лампа зажглась не сама, - парировала она.

Вулф посмотрел на лампу, нещадно чадящую на подставке.

–  Я и вижу. Ты намерена коптить рыбу на трубе?

–  Не будь глупцом. Даже я знаю разницу между лампой и устройством для копчения рыбы.

Джессика чиркнула спичкой о верхнюю, часть плиты. Спичка сломалась. Она взяла новую из оловянной банки.

–  И потом, не меня нужно ругать за то, что лампа коптит, - продолжила она, снова чиркая спичкой. - Я только и сделала, что зажгла ее. - Спичка не зажигалась. Джессика сжала ее сильнее и повторила попытку. Но пламя на кончике не вспыхнуло. - Это, должно быть, масло виновато в том, что лампа коптит.

–  Нет, это из-за фитиля, которым ты воспользовалась, - объяснил Вулф. Если ты его правильно обрежешь, лампа коптить не будет.

–  Вот ты и обрежь фитиль, - возразила Джессика.

Она снова провела спичкой по плите. Головка спички зажглась и одновременно отломилась, брызгая ливнем горящей серы на платье.

–  Ну что же это такое! - в сердцах воскликнула она, отряхивая платье.

Когда Вулф отрегулировал фитиль, он повернулся к плите. Как раз в этот момент новая спичка разломилась надвое, когда Джессика пыталась чиркнуть ею о гладкую, покрытую жиром часть металлической поверхности. Что-то пробормотав про себя, она взяла другую спичку из уменьшающегося запаса в банке.

–  Погоди, - сказал Вулф, подойдя к Джессике и положив ладонь на ее руку. - Возьми спичку. Теперь чиркай тем местом, где огонь будет гореть сильнее всего. Вот здесь металл чистый, на нем нет копоти и жира, которые пачкают кончик спички.

Говоря это, он быстро и резко провел по плите спичкой. Та мгновенно вспыхнула.

–  Видишь?

Джессика через плечо взглянула на Вулфа. Горящая спичка отражалась в его глазах. Контраст между пламенем и темной синевой радужной оболочки заворожил ее, как и длина его прямых ресниц и четко выраженные дуги бровей. А энергия и ум, светящиеся в его глазах, привлекали даже больше, чем танец пламени.

Странная, трепетная дрожь, зародившись под ложечкой, снова прошла через ее тело.

–  Джесси?

–  Да, я вижу...

–  Что ты видишь? Ты вроде как немного не в себе.

–  Немного... потрясена.

–  Тем, что зажглась спичка?

–  Нет. Тобой... Я только сейчас поняла, какой ты красивый.

Глаза Вулфа расширились, затем сузились. Пульс на его шее забился чаще.

–  Я хочу сказать, что я всегда это знала, - продолжила Джессика. - Все, от герцогини до горничных, только и делали, что расхваливали твою внешность, но сама я этого фактически не видела. Это способно вызвать потрясение - вот так внезапно увидеть тебя, так, как, наверное, видели они.

Она как-то неуверенно засмеялась.

–  Не смотри на меня так. Я чувствую себя глупо. Ну как могла я просмотреть то, что было очевидно для многих!

Джессика дернула рукой, потому что огонь дошел до пальцев. Она бросила еще горящую спичку на плиту и поднесла пальцы к губам.

–  Ты обожглась? - спросил Вулф.

Джессика сначала подула на пальцы, затем посмотрела на них.

–  Совсем немножко.

–  Дай мне взглянуть.

Он наклонился и пробежал кончиком языка по подушечкам пальцев. Когда он поднял голову, на ее лице застыло выражение ужаса или отвращения.

–  Не надо так ужасаться, - произнес Вулф быстро. - Так поступает кошка со своим глупым котенком.

Джессика открыла было рот, но не издала ни звука. Вульф заметил, как она содрогнулась. Он отвернулся и резким движением руки зажег новую спичку.

–  Идите распакуйте чемоданы, ваша милость, - сказал он, разжигая плиту. - Сегодня виконтов дикарь сам приготовит ужин.

Джессика поежилась. Она не поняла, почему теплый и ласковый голос Вулфа вновь стал таким далеким и холодным.