Чтение онлайн

— Как и ты.

— Мы собираемся закончить то, что, похоже, ты здесь начал? — спрашивает Стоун.

Каллум подходит ко мне и проводит рукой по моим волосам.

— Держу пари, ты хочешь, чтобы мы были в твоей спальне. Чтобы ты могла откинуться на свои роскошные простыни, мягкие подушки, массивную кровать. Я прав, красавица? — Это вопрос, но мужчина знает, что попал в точку.

Тем не менее, я все равно отвечаю.

— В спальню, — говорю я, думая о том, что оставила на одеяле.

Мы направляемся туда, Стоун по пути сбрасывает футболку и джинсы. И как только мы оказываемся в спальне, я останавливаюсь перед кроватью с двумя мужчинами, глядя на мою подборку.

Тут не так много, но я оставила кое-что из игрушек на сегодня — фиолетовый вибратор и смазку.

Я такая заботливая.

Дрочить легче со смазкой.

— Это первоклассная смазка, джентльмены, — говорю, шевеля бровями, и, черт возьми, прямо сейчас я чувствую себя могущественной.

И это так чертовски приятно.

Это не похоже на раскол. Я не пытаюсь примирить обе стороны себя.

Кажется правильным говорить им то, чего я хочу, чего жажду. Так что просто продолжаю.

— Я хочу, чтобы вы оба раздели меня, — говорю я.

— Но оставим галстук, — говорит Каллум, двигаясь позади меня, скользя руками по моей талии, поднимая подол моего топа, в то время как Стоун подносит свои длинные пальцы — пальцы, которые бренчали и играли все эти эпические песни сегодня вечером — к пуговице и молнии моих кожаных брюк.

Он расстегивает молнию, в то время как Каллум стаскивает топ через голову, удерживая свободно завязанный галстук на месте.

Я снимаю туфли на огромных каблуках, но как только стягиваю брюки, снова надеваю их.

Туфли заставляют меня чувствовать себя могущественной. И я начинаю понимать, что мне нравится сила моей сексуальности, это противоречие между тем, чтобы позволить им взять все под контроль, а также владеть моими нуждами и желаниями, даже зная, что они собираются сделать со мной, что я попросила их сделать.

Когда на мне остаются только черный кружевной лифчик, трусики и туфли на каблуках, а также галстук моего любовника, я подхожу к кровати, пока Каллум снова снимает брюки.

Опускаюсь на подушки, глядя на двух моих прекрасных мужчин. Один высокий и широкоплечий, другой высокий и жилистый.

У одного короткие, аккуратно уложенные волосы.

У другого растрепанные.

Их боксеры с трудом скрывают твердые, толстые выпуклости. Оба возбуждены, до невозможного возбуждены. Совсем как я.

Я промокшая насквозь, и это не скрыть моими кружевными трусиками, пока двое мужчин беззастенчиво пялятся на меня.

Я поворачиваюсь к Каллуму, в моем голосе звенит такое же отчаяние, как и в моем теле.

— Сними с меня трусики. И лифчик. Пожалуйста.

— С превеликим удовольствием.

Каллум подходит ближе, расстегивает мой лифчик и останавливается, обхватывая мои сиськи и грубо дергая за соски, заставляя меня вскрикнуть.

Это напоминание.

Напоминание о том, что есть удовольствие и боль.

Доминирование и подчинение.

Что я хочу всего этого. Что я могу получить все это.

Он стягивает мои трусики с бедер, лодыжек и бросает их Стоуну, который без особых усилий ловит их.

— Она потрясающе пахнет, — говорит Каллум своему другу. — Вдохни ее.

Я распаляюсь еще больше.

Стоун подносит кружево к своему носу и стонет, уткнувшись в вырез моих трусиков.

— Вкуснятина. Ты ведь позволишь мне попробовать тебя на вкус, сладкая штучка, да?

Я киваю, тяжело дыша, желание, словно молнии, пульсирует во мне.

— Но сначала я хочу увидеть вас обоих обнаженными. Хочу пососать ваши члены.

И в мгновение ока их боксеры исчезают, и два потрясающих мужчины забираются на мою кровать — по одному с каждой стороны от меня.

Я поднимаюсь и опускаюсь на колени перед двумя моими мужчинами, мои туфли все еще на мне, а шелковый галстук Каллума болтается между моих грудей. Они кажутся соответствующими, как аксессуары-близнецы. Соответствующими моим желаниям и соответствующие моему сердцу. Но когда я перевожу взгляд от рок-звезды к телохранителю, от моего нового друга к моему любовнику на одну ночь, я не знаю, с кого начать.

Я застываю в нерешительности. Кого ублажить в первую очередь?

Чья-то рука скользит вверх по моей спине. Знакомая рука. Теплая, большая и уютная. Каллум дотягивается рукой до моих волос, проскальзывая в мои локоны. Я вздрагиваю, когда тот сжимает пальцы, притягивая мое лицо к своему. Он притягивает меня к своим губам, оставляя мягкий, нежный поцелуй, затем горячо шепчет:

— Отсоси ему, пока я буду играть с твоей киской. А теперь… встань на четвереньки.

И когда я делаю то, что он говорит, меня накрывает ослепляющая волна похоти.

Каллум

Я ревнивый мужчина.

Я такой.

Не люблю, когда другие прикасаются к тому, что принадлежит мне. Никогда не любил.

Но я не чувствую ни капли ревности, когда Иви поднимает для меня свою задницу, а подбородок для Стоуна.

Зависть не входит в мой лексикон сегодня вечером, когда я обхватываю руками ее великолепные ягодицы, раздвигаю их, открывая себе прекрасный вид на всю эту блестящую розовую влагу между ее бедер.

Желание правит этим моментом.

Даже когда Стоун трется головкой своего члена о ее губы, даже когда я на долю секунды напрягаюсь, думая, что сейчас взорвусь яростью обладания... потому что я хочу обладать ее удовольствием.

Но когда она выгибает спину, приподнимая свою задницу выше, меня переполняет нечто совершенно иное. Совершенно другая эмоция.

Уверенность.

Провожу рукой по ее влажности, и Иви вздрагивает, прижимаясь ко мне. Затем она издает пронзительный стон, когда я касаюсь пальцем ее клитора. Мой член пульсирует, жаждет принять участие в действии. Но время еще будет. Уйма времени.