Чтение онлайн

— Ты так сексуальна, что мне, черт возьми, нужно притормозить, — признается он, сжимая основание, предотвращая оргазм.

И, боже мой, я ничего так не хочу, как то, чтобы они оба кончили на меня прямо сейчас. Кончили мне на живот, на грудь, на шею.

Может быть, даже на этот галстук.

Я не думаю, что Каллума волнует, что этот галстук станет сопутствующим ущербом.

Я встречаюсь взглядом с Каллумом. Его темный взгляд мерцает страстью, похотью и чем-то еще, чем-то еще более сильным — чем-то, что мне отчаянно от него нужно. Приоткрываю губы, глядя на мужчину, которого обожаю, мои глаза распахнуты шире, чем когда-либо, и удовольствие пронзает меня, удовольствие от вида того, как он дрочит, от пота, выступающего на его лбу, и от того, как вздымается его грудь.

И как напряжена челюсть.

И как сжимается кулак.

И я теряюсь.

Просто теряю контроль, оргазм настигает меня раньше, чем я ожидала, накрывает меня, и я жестко кончаю с вибратором внутри себя. Вскрикиваю, взрываясь, блаженство проносится по моему телу.

Когда открываю глаза и убираю игрушку, я нахожу, что они оба выглядят грубыми, голодными.

Как животные.

Как хищники.

— Отлижи ей, Стоун. Отлижи моей женщине. Поедай ее киску и заставь ее кончить, пока я трахаю ее рот.

— О да. О, черт возьми, да, — отвечает Стоун, располагаясь между моих ног. — Держу пари, у вас фантастический вкус, мисс Кармайкл.

То, как он произносит мое имя, так же, как его произносят мои сотрудники, вызывает во мне злой трепет.

Да, я — мисс Кармайкл — женщина, которая управляет этим роскошным отелем на Лас-Вегас-Стрип. Та же самая женщина, горло которой вот-вот будет трахать мужчина, которого она любит, в то время как его лучший друг будет поедать ее киску.

Это все я.

Стоун

У нее невероятный вкус.

Как сахар и соль на моем языке.

Как стих.

Черт возьми, я мог бы написать песню об этой женщине, и я не имею в виду ее киску.

Я имею в виду то, как она кончает.

Это прекрасное зрелище.

Когда провожу языком по ее сладкому клитору, она выгибает спину, покачивая бедрами мне навстречу.

Часть меня ждет, чтобы услышать ее стоны.

Но потом я осознаю, почему не слышу их.

Потому что, когда отрываю взгляд от рая, который поглощаю, вижу, как мой лучший друг кормит ее своим членом.

И это горячо как ад.

То, как она принимает его.

Как расслабленно выдыхает, шире открывает рот и позволяет ему войти.

Мой член пульсирует от абсолютной сексуальности того, что я вижу, от того, как она может справиться со всем этим, от того, как втягивает член полностью.

Иви словно чемпион, когда обхватывает руками задницу Каллума и глубоко заглатывает его, покачивая бедрами напротив меня.

И я в зоне счастья.

Просто чертовски наслаждаюсь ее сладостью на моем языке. Я мог бы провести здесь часы, пируя этой женщиной.

Но, похоже, этого нет в повестке дня.

— Хватай ее за задницу, Стоун. Обхвати ее руками, — ворчит Каллум, проникая ей в рот.

Ну, а вот и указания.

Я всегда рад, когда в спальне есть общение.

Провожу руками под ее ягодицами, сжимая их.

И Иви стонет, несмотря на то, что член моего приятеля все еще у нее во рту.

Как я и сказал… она — чемпион.

— Не сдерживайся, — говорит мне Каллум во время толчка, входя и выходя из ее рта. — Вообще не сдерживайся. Хватай ее задницу, сжимай, стискивай и зарывайся лицом ей в киску.

О, я могу это сделать. Я определенно могу это сделать.

Иви

Дыши.

Я продолжаю напоминать себе дышать, пока Каллум завладевает моим ртом.

Дыши и расслабься.

Но трудно расслабиться, когда я так заведена, так возбуждена.

Потому что, наконец, пробую мужчину, которого хочу. Я облизываю его. Сосу его. Чувствую, как он пульсирует у меня во рту.

И ощущаю это удовольствие между ног, когда Стоун выполняет каждую команду, которую ему дает Каллум.

Когда мой мужчина толкается немного сильнее, входит немного глубже, я слегка кашляю, давясь, но не настолько, чтобы остановиться. Он пристально смотрит на меня.

— Ты в порядке, красавица?

Я киваю, сильнее посасывая — это мой способ сказать: «Не останавливайся, пожалуйста, только не останавливайся!». Даже несмотря на то, что у меня слезятся глаза.

Но мне все равно.

Потому что я снова на грани. Так чертовски близко. Я чувствую это — мой оргазм. Он рядом, поднимается вверх, скручивается и туго сворачивается у меня в животе.

Пока Стоун пожирает меня своим ртом и сжимает мою плоть в своих руках.

Пока Каллум проникает в мое горло.

И когда я слышу его слова.

— То, как ты берешь мой член, так чертовски красиво, Иви. Мне нужно видеть это снова и снова. Нужно делать это снова и снова. Я хочу, чтобы твой рот был на мне каждую чертову ночь, — говорит он с толчком, и я напрягаюсь.

От обещания будущего экстаза.

Каждая клеточка моего тела поет от удовольствия, когда я достигаю края, и Каллум вырывает свой член у меня изо рта, обхватывает свою длину и сжимает себя… сильно, яростно. Одно движение, два, затем он раскрашивает мои губы, рот, подбородок своей горячей спермой.

Это все, чего я хочу.

Все, в чем я нуждаюсь.

Мой оргазм проносится через меня, посылая по дикому, извивающемуся пути блаженства, когда я прижимаюсь к Стоуну, жестко кончая ему на лицо, мои руки на бедрах Каллума, оргазм моего любовника на моих губах.

— О боже, о боже, о боже! — кричу я.

И, прежде чем я полностью прихожу в себя, грубый голос Каллума раздается в комнате:

— Давай, сделай это сейчас. Кончи на ее сиськи.

— О, черт возьми, да. — Стоун перелезает через меня, отодвигает галстук в сторону и садится на меня верхом. И скользит своим членом между моих грудей, его ствол скользкий от смазки, которую тот, должно быть, только что нанес.