Чтение онлайн

Моисей не перейдёт Иордана. Он не только не может перевести чрез воды Иордана народ: он и сам не перейдёт их.

Таково было решение правосудия Божия. Но, с другой стороны, мы здесь являемся свидетелями чудного сияния благодати Божией, видя, что рука Божия возводит Моисея на вершину холма, чтобы он оттуда увидел обетованную землю во всем её великолепии, не только такою, какова она была впоследствии в руках Израиля, но какою её первоначально даровал Бог народу Своему.

Это проявление благости и милосердия Господа нам указано ещё яснее в конце книги Второзаконие, где нам также сказано, что Бог схоронил служителя Своего. Подобного этому факта не встречается в истории святых Божиих. Моисей "погрешил устами своими"; потому ему не было позволено перейти чрез Иордан. Таково было действие Бога - Правителя. Но Моисей был возведён на вершину Фасги, чтобы оттуда вместе с Иеговой обозреть все наследие Израиля; затем Иегова разверз землю и схоронил туда Моисея. Таково было действие благодати, всегда совершающей то, что " из ядущего выходит ядомое, и из сильного - сладкое" (Суд. 14,14). Как отрадно испытывать на себе действие подобного милосердия Божия! Да радуются этому все более и более сердца наши!

В заключение отметим удивительное беспристрастие, с которым Моисей ставит себе преемника. Этот святой служитель Божий всегда отличался полным бескорыстием. Черта редкая и прекрасная! Никогда, видели мы, не искал он своих личных выгод; напротив, при всяком представлявшемся ему благоприятном случае создать себе громкое имя или положение он всегда ясно доказывал, что слава Божия и благо народа так занимали и наполняли его сердце, что в нем не оставалось места для личных расчётов.

Такова и заключительная картина этой главы. Когда Моисей узнает, что он не перейдёт Иордана, вместо того, чтобы сожалеть об этом лично для себя, он думает только об интересах общества. "И сказал Моисей Господу, говоря: Да поставит Господь, Бог духов всякой плоти, над обществом сим человека, который выходил бы пред ними и который входил бы пред ними, который выводил бы их и который приводил бы их, чтобы не оставалось общество Господне, как овцы, у которых нет пастыря" (ст. 15-17).

Как порадовали эти слова сердце Того, Который так горячо любил народ Свой и Который постоянно так нежно заботился о нем! Только бы нужды Израиля были усмотрены - вот единственная забота Моисея. Только бы совершалось дело Божие, каким работником, - это безразлично. Что же касается его самого и его личных интересов, все это Моисей спокойно может отдать в руки Бога, Который печётся обо всем. Но сердце Моисея исполнено нежности к возлюбленному народу Божию, и, когда он видит, что Иисус Навин поставлен вождём Израиля, он готов войти в вечный покой. О, если б и среди нас более оказывалось служителей Божиих, горящих свойственным Моисею духом! Но, увы! нам приходится повторять слова апостола: "Все ищут своего, а не того, что угодно Иисусу Христу" (Фил. 2,21). Исполни же, Господи, наши сердца пламенным желанием всецело посвятить себя - дух, душу и тело, - чудному служению Твоему! Да научит нас Господь жить не для нас самих, но для Христа, умершего за нас; Он сошёл на эту землю ради грехов наших, затем вознёсся на небеса и теперь ходатайствует там за нас, даруя нам вечное спасение и вечную славу.

Главы 28-29

Эти главы следует читать вместе. Они составляют отдельную часть книги, часть весьма интересную и поучительную. Начало 28-й главы представляет краткий перечень содержания целого ряда глав этой книги: "И сказал Господь Моисею, говоря: Повели сынам Израилевым и скажи им: наблюдайте, чтобы приношение Моё, хлеб Мой в жертву Мне, в приятное благоухание Мне, приносимо было Мне в своё время" (ст. 1-3).

Эти слова дают читателю ключ к пониманию всей части этой книги. Все становится вполне ясным и простым. "Моё приношение", "Мой хлеб", "жертва Мне", "благоухание Моё". Все это нарочно подчёркнуто. Мы видим, что главной мыслью здесь является Христос по отношению к Богу. Это Христос, не только восполняющий наши нужды, - хотя он дивным путём восполняет и их, - это Христос, главным образом питающий и радующий сердце Божие. "Хлеб Божий" - удивительное выражение, над которым мы слишком мало задумываемся и которое мы слишком мало понимаем! Мы слишком склонны видеть во Христе только "Начальника и Совершителя" нашего спасения, посредством Которого мы получаем прощение и избавление от ада и Который для нас есть Источник всякого благословения Божия. Конечно, Он есть "Начальник спасения вечного для всех, Ему послушных". "Он вознёс грехи наши телом Своим на древо". "Он умер, Праведный за неправедных, дабы привести нас к Богу". Он спасает нас от грехов наших, от их господства над нами в нашей повседневной жизни и от их последствий в будущем.

Все это так; потому-то жертве за грех и говорится в обеих подлежащих нашему рассмотрению главах, так же как и во многих других местах этой книги (см. гл. 28,15.22.30; 29,5.11.16.19.22.25.28.31.34.38). Более тринадцати раз здесь упоминается о жертве во искупление греха; и несмотря на это, ясно и очевидно, что грех и жертва за грех не составляют, однако, главной мысли этих глав. О них вовсе не упомянуто в приведённом нами выше стихе, несомненно, служащем ключом к содержанию двух этих глав; о них ни слова даже и не говорится до 15-го стиха 28-й главы.

Излишне распространяться о том, что жертва за грех имеет особенно важное значение ввиду того, что речь идёт о человеке, человек же - существо греховное.

Невозможно было бы и помыслить о сближении человека с Богом, о его служении Богу или о его общении с Господом, не имея искупительной жертвы Христа, как единственного основания приближения человека к Богу. Сердце с радостью осуществляет это. Тайна драгоценной жертвы Христовой является источником вечной радости наших душ.

Сочтут ли нас приверженцами учения Созия [Это учение отвергает Божественность Христа.], потому что мы утверждаем, что во Христе и в Его драгоценной смерти заключается нечто большее, чем только взятие Им на Себя наших грехов и восполнение Им наших нужд? Надеемся, что это обвинение нас минует. Можно ли читать Числ. 28-29 и не убедиться в этом? Заметьте бросающийся в глаза факт, способный поразить даже ребёнка: в двух этих главах заключается семьдесят стихов; и только в тринадцати из них упоминается о жертве за грех; остальные же пятьдесят семь стихов относятся исключительно к жертвам приятного благоухания.

Одним словом, здесь речь идёт главным образом о благоволении Бога ко Христу. Утром и вечером, всякий день, из недели в неделю, в новомесячии и при наступлении начала и конца года пред нами предстаёт прообраз Христа, - благоухание и великое значение жертвы Христовой пред Богом. Правда, что грех наш, - хвала за то Богу и Господу Иисусу Христу, Единородному Сыну Его, -искуплен, осуждён и изглажен навек; наши ошибки прощены, и наша вина снята с нас. Но кроме всего этого, - и в этом заключается главная суть вопроса, - сердце Божие удовлетворено, утешено и обрадовано Христом. Что изображал собою приносившийся в жертву утром и вечером агнец? Жертву за грех, или же всесожжение? Вот ответ на это: "И скажи им: вот жертва, которую вы должны приносить Господу: два агнца однолетних без порока на день, во всесожжение постоянное. Одного агнца приноси утром, а другого агнца приноси вечером. И в приношение хлебное приноси десятую часть ефы пшеничной муки, смешанной с четвертью гина выбитого елея. Это всесожжение постоянное, какое совершено было при горе Синае, в приятное благоухание, в жертву Господу" (ст. 3-6).

Что далее обозначали два агнца, приносившихся в жертву в субботу (ст. 9-10)? Была ли то жертва за грех, или же жертва всесожжения? О них говорится: "Это субботнее всесожжение в каждую субботу". Оно было двойное, потому что суббота была прообразом покоя, предстоящего народу Божию, времени, когда будет сделана полная, двусторонняя оценка жертвы Христовой. Характер этой жертвы донельзя очевиден; это был прообраз Христа, как благоухания Божия; таково главное значение всесожжения. Жертва за грех представляет дело Христа по отношению к нам. В ней идёт речь о всей ненавистности греха; во всесожжении же выражаются бесценное значение и совершенство Христа по оценке Самого Бога.

То же следует отметить ещё и при наступлении еврейских месяцев (ст. 11), в день Пасхи и опресноков (ст. 16-25), в праздник приношения первых плодов (ст. 26-31), в день юбилея (гл. 29,1-6), в праздник кущей (гл. 29,7-38).

При всех этих празднествах Христос, как приятное благоухание Богу, является преобладающею мыслию всех прообразов. Правда также, обязательно приносится и жертва за грех; но, как это особенно бросается в глаза, первое место отводится жертвам приятного благоухания Богу. Нельзя читать эту замечательную часть Священного Писания и не заметить при этом, какая разница существует между местом, занимаемым жертвою за грех, и местом, занимаемым всесожжением. При приношении первой жертвы говорится только о заклании "козла", тогда как для всесожжения берутся "четырнадцать агнцев, тринадцать тельцов" и т.д. Итак, особенно важное место на этих страницах отводится именно жертвам приятного благоухания.

Почему мы нашли необходимым так надолго остановиться на этом факте? Только для того, чтобы объяснить читателю истинный характер служения, которого Бог ожидает от нас и к которому Он благоволит. Благоволение Божие сосредоточивается на Христе; нам всегда следовало бы представлять Богу то, что радует Его сердце. Христос должен быть центром нашего служения Богу; так это и бывает, если мы даём Духу Святому управлять нами. Но часто - увы!
– наше служение не может быть одобрено Богом. Как общественное, так и частное наше служение Богу часто бывает слабым, недостаточно серьёзным; часто оно не проникнуто обилием радости в Духе Святом. Вместо того, чтобы быть занятыми Христом, мы заняты самими собою; Дух Святой вместо того, чтобы совершать дело Своё, т.е. "брать от Христа и давать это нам" (Иоан. 16,14), бывает вынужден заниматься нами, обличать нас, потому что наше хождение в мире сём неправильно пред Богом.

Все это в высшей степени прискорбные факты, требующие, чтоб мы серьёзно относились к нашему служению Богу. Почему нашим общественным молитвам так часто недостаёт пламенной энергии, сосредоточенности и определённости? Почему песнопения и молитвы так часто бывают не тем, чем бы им следовало быть? Почему в нашем служении отсутствует то, что Бог называет "Своим хлебом", "жертвой приятного благоухания" Ему? Поглощённые заботою о себе самих, о своих нуждах и затруднениях, мы неспособны приносить Богу "хлеб", с благоволением принимаемый Им. Мы отнимаем от Него то, что принадлежит Ему и чего жаждет Его сердце.