Чтение онлайн

Итак, Христос в отношении к миру – Свидетель, к силам ада – Победитель, к власти мира – Владыка, к Своему народу – Любовь. Для этого Ему надо было оставить небеса, принять плоть и кровь и кровью омыть нас. У нас не было ничего, за что нас можно было бы любить, но Он возлюбил нас, когда мы были еще грешниками (Рим. 5, 8).

Бог не так любит, как люди, которые любят только тех, кто отвечает их любви. Он любит всех безраздельно и относится ко всем равно.

Откр. 1, 6. «…и соделавшему нас царями и священниками Богу…» Он сделал нас царями над грехом и нечистотой. Он сделал нас священниками, чтобы мы непосредственно, сами могли обращаться к Нему за всеми необходимыми для нас качествами, могли изливать свои просьбы и нужды перед Ним. В Ветхом Завете священник был поставлен посредником между Богом и человеком.

Только он мог войти во Святилище, весь же народ оставался на дворе. Но теперь не так. Наше место во Святилище, и наш путь свободен, мы можем сами идти прямо к Нему.

В конце этого стиха сердце Иоанна выливается в славословии Могучего Бога. «Слава и держава» – эти слова непрерывно повторяются, где встречается имя Христа. На земле Христос не имел славы, и Иоанн теперь, как представитель Вселенской Церкви, воздает Ему славу.

Откр. 1, 7. «Се, грядет с облаками, и узрит Его всякое око…». Жгучее желание пришествия Господнего и упование, что оно скоро совершится, заставляет Иоанна прежде всего смотреть на Него. Он как бы перстом указывает на грядущие события, описанные им тремя штрихами. Облака – это первая характерная черта Его пришествия. Таким же образом Его видел и пророк Даниил, когда в своей книге говорит о втором пришествии Христа: «Видел я в ночных видениях, вот с облаками небесными шел как бы Сын Человеческий, дошел до Ветхого днями и подведен был к Нему» (Дан. 7, 13). Даниил уже за пятьсот лет раньше рождения Христа говорил об этом! Об этой яркой черте, знаменующей Его пришествие. Он и Сам говорит первосвященникам и старейшинам в день суда над Ним: «Отныне узрите Сына Человеческого, сидящего одесную силы и грядущего на облаках небесных» (Мф. 26, 64).

Таким же образом Он описывает Свое пришествие к Своим ученикам на Елеоне: «И тогда увидят Сына Человеческого, грядущего на облаке с силою и славою» (Лк. 21, 27). Но узрят Его «и те, которые пронзили Его: и возрыдают пред Ним все племена земные. Да, аминь». Какая это будет страшная неожиданность нечестивцам! Это будет глубокое и мучительное раздирание их сердец. И всякий узнает Его. В конце стиха Иоанн утверждает это и говорит: «Ей» – значит «Да», «Аминь» – «Да будет так». Это его истинное соглашение. Он действительно жаждет Второго Пришествия Христа.

Откр. 1, 8. «Я есмь Альфа и Омега, начало и конец, говорит Господь, Который есть и был и грядет, Вседержитель». Очень важным значением рассматриваемого приветствия, как удостоверяющие подписью Самого Господа, являются слова: «Я – Альфа и Омега». Альфа – первая буква греческого алфавита, омега – последняя. Он – начало и конец. Христос – воплощение и первоисточник, из которого исходит все должное возвратиться. Он – великое центральное Солнце, проникающее все сферы, призывающее существующее к бытию. Он – Альфа, и у нас Он должен быть Первым, единственной точкой, на которую должно быть направлено наше внимание и стремление. Далее Иоанн описывает свое

Прежде чем приступить к изложению виденного и слышанного, Апостол Иоанн дает беглый очерк своих переживаний и духовных обстоятельств, при которых он получил видение.

Откр. 1, 9. «Я, Иоанн, брат ваш и соучастник в скорби и в царствии и в терпении Иисуса Христа, был на острове, называемом Патмос, за Слово Божие и за свидетельство Иисуса Христа». Я, Иоанн, брат ваш – как любезно и ласково звучат эти слова церквям, всем детям Божиим, читающим это. Иоанн ставит себя наравне с остальными. Кто бы, как не он, мог считать себя выше, не равным другим! Он, убеленный серебристой сединой, перенесший множество скорбей, гонений и на старости лет сосланный на пустынный остров!

Вот положение, которое он избрал в Церкви Христа, – брат. Еще он прибавляет: «соучастник в скорби», Указывая на страдания и отношения к ним, он не преувеличивает свое участие по отношению к другим. Он, более всех перенесший испытания, имел повод представить себя пострадавшим более других, но он считает себя только участником общей скорби. Он, взирая на грядущие воздаяния в Царстве Божием, терпеливо относится ко всем постигшим его лишениям. Ко всему он прибавляет еще, что является соучастником и терпения. Его наследие – страдать с терпением, подобно Гос поду. Представим себе: тихий, пустынный остров, щебневая почва. Изредка встречается чахлое растеньице… О берег с шумом бьются волны. Шумит, бушует Эгейское море. На этот раз на остров Патмос врагами Христа отправлен Апостол Иоанн. И эти враги успокоились: не будет больше «Иоанново учение» тревожить их. Но вышло наоборот. Ссылка Иоанна послужила хорошим основанием для укрепления и утверждения учения, которое он проповедовал. С этого острова мы имеем чудную книгу. Откровение всех тайн!

Откр. 1, 10. «Я был в духе в день воскресный и слышал позади себя громкий голос, как бы трубный, который говорил: «Я есмь Альфа и Омега, Первый и Последний».

В духе – в день Господен (греч.). Толкователи применяют день Господен к дню воскресному (отсюда русский перевод). Но от нас это должно быть далеко, так как нигде иначе в Слове Божием мы не находим названия «день воскресный», всюду он называется «первый день недели».

Например: «По прошествии же субботы, на рассвете первого дня недели…» (Мф. 28, 1). «И весьма рано, в первый день недели…» (Мк. 16, 2; Лк. 24, 1; Ин. 20, 1 и 19; 1 Кор. 16, 2). День же Господен, как в Ветхом, так и в Новом Завете, – день великого откровения Его с небес. Этот день изображен во многих местах Священного Писания как великий, страшный день суда: «Ибо день сей у Господа Бога Саваофа есть день отмщения…» (Иер. 46, 10). «Ибо близок день мрачный; година народов наступает» (Иез. 30, 2–3; Иоиль 1, 15 и 2, 1–2; Соф. 1, 14–18; Мал. 3, 2; Деян. 2, 20; 1 Кор. 5, 5; 2 Кор. 1, 14; Фил. 1, 6 и 10; Фил. 2, 16; 1 Фесс. 5, 2; 2 Фесс. 2, 2; Ис. 2, 12). Эти места разъясняют и разрешают вопрос. Таким образом, никто не может отнести эти дни к дню воскресному. Описав и определив день Господен, подойдем к следующему выражению: «был в духе». Это значит, что он находился в высшем духовном настроении, но он пришел в исступление вроде того, как Апостол Павел (2 Кор. 12, 1–4). Иоанн был перенесен в духе, и в только что описанном состоянии его внимание привлекает громкий голос, подобный трубе. Этот голос не был тот, который потрясал гору Синай, так что люди бежали в страхе и ужасе. Там говорил грозный, прогневанный голос, а здесь торжественный: «Я есмь Альфа и Омега, Первый и Последний».

Откр. 1, 11. «То, что видишь, напиши в книгу и пошли церквам…»

Иоанн получает благословенное повеление описать, что видит и слышит. Это Откровение должно стать достоянием всех. Все люди должны знать, что Вселенская Церковь может представлять драгоценный план, составленный Самим Богом. (Бог повелел писать, Бог знал, что если Иоанн не запишет, а передаст церквям в словесной форме, то в дальнейшем это может быть искажено и переиначено.) Благодаря великой премудрости Божией, мы имеем теперь в своих руках всю полноту Божию таковой, как она есть.

Откр. 1, 12. «Я обратился, чтобы увидеть, чей голос, говоривший со мною; и обратившись, увидел семь золотых светильников».

Привлеченное трубным голосом око Иоанна видит, а ухо слышит: «напиши». Еще в Нагорной проповеди Христос сказал: «Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят» (Мф. 5, 8).

Не только некогда узрят, а теперь могут видеть Его, если у них будет чистое сердце. Он виден постоянно в наших путях, в руководстве народами.

«Обратившись, увидел семь золотых светильников». Мы думаем, почему Иоанн прежде всего смотрит на светильники, а не на Господа. И это имеет большое значение. Это значит, что главный предмет, о котором будет идти речь, выдвигается вперед. И через него Он проливает Свой свет. Здесь прежде всего выдвинуты светильники из чистого золота и в числе семи. Святое число полноты. В Ветхом Завете мы встречаемся с семью лампадами, лампадными светильниками скинии, затем в храме, где он был виден, как тень будущих благ, подражание тому, что Бог показал Моисею на Синае. В книге Захарии (4, 2) мы тоже находим его: он показывает на будущее, не бывшее еще в действии. Но здесь семь светильников в Откровении Иисуса Христа свидетельствуют об имеющейся уже налицо Церкви Христовой. Семь церквей – полнота Церкви – и есть семь светильников. Итак, в первом пророческом видении Иоанна мы будем иметь дело с Господом и преимущественно с Его Вселенской Церковью. Она находится на земле, и Он в свете семи светильников ходит среди нее. В ней совершаются откровения Его, хотя Он и сидит одесную Бога. Как это Его откровение происходит в Церкви, в которой Он ходит, нам показывают вторая и третья главы.