Чтение онлайн

Глава VI

Обязательства, какие налагает на нас полученное нами оправдание - христиане не должны уже пребывать во грехе (1–11). Они стали рабами праведности и должны радоваться этому новому своему состоянию (12–23).

1. Что же скажем? оставаться ли нам в грехе, чтобы умножилась благодать? Никак.

1–11. Христианство и пребывание во грехе нельзя помирить одно с другим. Об этом ясно свидетельствует принятое христианами крещение, в котором христианин умирает для греха и оживает для новой святой жизни, во Христе. Он раньше был рабом греха, но со смертью своею (духовною) он освободился от этого обязательства служить греху и живет вместе со Христом для Бога.

1. Апостол в III: 7 ст. указывал уже на существование клеветников, которые упрекали его в том, что он своим учением оправдывает безразличное отношение ко греху. Сказанное им в V гл. 20 ст. могло послужить новым поводом к обвинению его в том же. Могли сказать именно, что Апостол, укрепляя в своих читателях надежду на всепокрывающую благодать Божию, этим самым как бы учит их не обращать особого внимания на чистоту жизни, - что грех не страшен, а напротив, еще полезен, потому что дает возможность с большею силою действовать очищающей грехи благодати Божией. Апостол кратко отстраняет подобное предположение.

2. Мы умерли для греха: как же нам жить в нем?

2. Свой ответ, данный в 1-м ст., Апостол обосновывает ссылкою на факт. Мы, говорит он, для греха умерли , а разве можно умершему снова оживать для прежней жизни - в настоящем случае для жизни греховной? Но что значит умереть греху ? Это выражение указывает не на то, что грех в нас умер в действительности (еп. Феофан), потому что в таком случае излишни бы были последующие увещания Апостола - не служить более греху; не означает также это выражение и один только акт воли, причем человек говорит: «я не хочу более иметь общения со грехом!» Естественнее и согласнее с контекстом речи видеть здесь указание на то, что в крещении изображается смерть греху - то изменение, какое совершилось в человеке еще только в первой стадии и которое нужно утвердить в последующей жизни. Выражение это т. о. намекает на христианское крещение, в котором человек отрекается от всего греховного, признает грех вредным для себя, отвергает все, чем доселе жило его самолюбивое я. Грех при этом еще не вовсе уничтожается в человеке, а лишь перестает быть руководящим началом его деятельности, так сказать, замирает в человеке. Это, однако, не препятствует ему снова возродиться, если человек будет нерадеть о своем душевном состоянии: искра все-таки тлеет под грудою пепла…

3. Неужели не знаете, что все мы, крестившиеся во Христа Иисуса, в смерть Его крестились?

3. Апостол, чтобы еще более убедить своих читателей в невозможности (принципиально) для них обратиться ко греху, напоминает им, что, крестившись в Иисуса Христа, они этим самым крестились в Его смерть. Что значит креститься во Христа ? Значит вступить в живое и теснейшее с Ним общение. Христианин, сходящий для крещения в реку или купель и погружающийся в ней (на это указывает здесь употребленный глагол ), этим самым кончает свою прежнюю жизнь, греховную, и погружается в новую область жизни, в самого Христа. Для него крещение стало тем, чем для Христа были крест и гроб (Злат.). Он также умирает, как и Христос, чувствует такую же боль, такие же страдания, как и Спаситель, умиравший - на кресте, хотя все это происходит в нравственной, а не в физической стороне его существа. Поэтому-то Апостол и говорит, что крещающий крестится в смерть Христову .

4. Итак мы погреблись с Ним крещением в смерть, дабы, как Христос воскрес из мертвых славою Отца, так и нам ходить в обновленной жизни.

4. Чтобы доказать, что смерть греху действительно изображается в крещении, Апостол теперь называет это крещение погребением . Раз погребение совершилось - смерть, очевидно, уже признана действительной: иначе людей не погребают. Но Апостол не ограничивается указанием на нашу смерть греху. Он говорит, что мы умерли не для того, чтобы остаться мертвыми, а для того, чтобы жить новою жизнью, подобно тому, как Христос восстал из мертвых. Этим заявлением Апостол еще более закрепляет в нас уверенность в том, что мы с грехом уже, так сказать, покончили.
– Воскрес… славою Отца . По общему голосу новозаветных писателей, Всемогуществом ( слава ) Божиим совершено было воскресение Христа ( Рим IV: 24 ; VIII: 11 ; Деян II: 24, 31 и сл. ср. 1 Кор VI: 14; 2 Кор XIII: 4; Еф I: 19) [ 22 ].
– Так и нам ходить . Апостол хочет указать на невозможность (теоретическую) для верующих снова вернуться к прежней жизни. Поэтому он говорит не о воскресении их (духовном) со Христом, а начатии ими новой жизни. Это последнее - яснее, чем факт их духовного воскресения, - свидетельствует о том, что возврат их к прежнему образу жизни невозможен (принципиально).

5. Ибо если мы соединены с Ним подобием смерти Его, то должны быть соединены и подобием воскресения,

5. Здесь Апостол повторяет мысль 4-го стиха, чтобы утвердить читателей в убеждении, что крещение изображает собою не только смерть, но и воскресение.
– Мы соединены - точнее: мы срослись с Ним ( от глаг. = вместе росту ср. Лк XIII: 7).
– Подобием смерти Его - т. е. крещением - погружением, которое означает собою смерть Христову; оно есть подобие смерти Христовой; принимая крещение через погружение, человек уподобляется умирающему, сходящему во гроб Христу.
– То должны быть . Хотя в греч. тексте здесь поставлено будущее время, тем не менее Апостол не считает воскресение наше делом будущего, а фактом, уже совершившимся в момент совершения над нами крещения (здесь употреблено будущее так назыв. логическое или будущее следствия).
– Соединены и подобием воскресения . Здесь Апостол имеет в виду опять крещение, но уже в том его моменте, когда крещающийся выныривает, поднимает голову из воды. Этот момент поднятии есть подобие, символ воскресения нашего вместе со Христом.

6. зная то, что ветхий наш человек распят с Ним, чтобы упразднено было тело греховное, дабы нам не быть уже рабами греху;

7. ибо умерший освободился от греха.

6–7. Зная то . Апостол здесь ссылается на то, что они сами понимают смысл обрядов при таинстве крещения. Что они знают об этом - Апостол говорит сейчас же. Что значит наша смерть со Христом ? Что должно при этом умереть? Не мы сами, равно и не грех в нас, а наш ветхий человек , состоящий из соединения ума и плоти . т. е. самая личность человека, в которой, однако, как видно из посл. к Гал (V: 24), руководящим началом является плоть. Этот ветхий человек умирает посредством распятия . Выражение это представляет собою конкретный и усиленный способ обозначения умерщвления или прекращения жизни (1 Кор II: 8; Гал III: 1; Евр VI: 6) или противобожественного направления не возрожденного человека (ср. Гал V: 24). С какою целью ветхий человек умирает? Смерть есть разрешение связи между указанными выше факторами, которые вместе образуют живой организм, - именно такое разрешение, при котором один из факторов перестает существовать. Какой же из означенных двух факторов должен уничтожиться или, правильнее, лишиться силы, парализоваться ( - по русск. пер.
– упраздниться )? Не ум, а плоть или тело греха ( . ), под каковым выражением у апостола разумеется тело, как орудие греха, наши страсти и пороки (ср. ст. 12 ср. Рим VII: 24 и Кол I: 22; II: 11). Для чего плоть должна уничтожиться или парализоваться? Для того, чтобы нам не служить больше греху, который во плоти имеет свою державу. И это отречение от служения греху вполне естественно для того, кто умер для греха, умер нравственно, конечно, а не физически, потому и в предшествующих, и в последующих стихах Апостол везде говорит о нравственной смерти, которая и может быть вполне действительным основанием для послужения греху.
– О том, какое же мы будем иметь тело или плоть вместо умершей греховной, - Апостол говорит в других местах (напр., Еф IV: 24 и сл.; Кол III: 11 и паралл.).

8. Если же мы умерли со Христом, то веруем, что и жить будем с Ним,

9. зная, что Христос, воскреснув из мертвых, уже не умирает: смерть уже не имеет над Ним власти.

10. Ибо, что Он умер, то умер однажды для греха; а что живет, то живет для Бога.

8–10. Теперь Апостол изображает обратную сторону нашего умирания со Христом - именно наше оживление с Ним. С уничтожением ветхого человека наша личность, как такая, не исчезает вовсе, а только на месте старого естественного я, которое росло вместе с плотью, выступает новое я, которое срослось со Христом. Оно получает от Христа жизненное содержание; наша жизнь есть жизнь с Ним и в Нем. Наша надежда на то, что мы будем жить со Христом, имеет своим основанием то, что Он во время нашего обращения оставался живым. Жив Он потому, что через воскресение Свое вступил в вечную жизнь, вечную потому, что в ней уже нет места влиянию греха, а ведь смерть только и была причиняема грехом. Со всяким отношением ко греху Христос покончил раз навсегда через принятие смерти за грехи человечества. Теперь Он живет только для Бога, и, вследствие этого, Ему принадлежит неразрушимость Его жизни (а вместе дано ручательство и нам, что и мы будем жить с Ним в общении).
– Умер для греха (ст. 10), т. е. для того, чтобы разрушать грех, узы греха, однажды заплативши ему дань за все человечество. Христос, таким образом, признал права греха над Его братьями людьми и над Ним Самим, раз Он явился за них поручителем. Притязания греха Он удовлетворил Своею смертью.
– Живет для Бога , т. е. живет вечно, так как смерть не имеет уже над Ним власти (Иоанн Златоуст).

11. Так и вы почитайте себя мертвыми для греха, живыми же для Бога во Христе Иисусе, Господе нашем.

11. Из сказанного выше Апостол делает приложение по отношению к христианам. Они должны постоянно иметь в мысли ( почитайте себя ), что и они, как Христос, мертвы для греха и живут для Бога. Из этого выражения: иметь в мысли , считать себя некоторые толкователи выводят такое заключение, будто бы Апостол Павел не видел в крещении средство получить действительное оправдание и очищение от грехов, средство начать новую жизнь для Бога. Он, говорит, учит, что мы можем только считать себя оправданными и мертвыми для греха, а это не есть истинное и действительное освящение. На это выражение можно ответить так. Из всех многочисленных мест, где Апостол Павел говорит о возрождении, какое человек получает в крещении, можно вывести ясное представление, что, по его учению, человек в крещении действительно изменяется по своей природе и ему сообщаются первоначальные свойства человеческой природы - богоподобие , главное - святость . Но все-таки у Апостола нигде не говорится, чтобы эта святость делала человека совершенно чистым, святым, т. е. таким, «каким вышел Адам из рук Творца» (Мышцын стр. 191). Если бы это было так, то всякий частный грех человека был бы по своим последствиям тождествен с преступлением Адама, так что понадобилось бы в этом случае второе крещение. У Апостола имеются в виду два освящения: одно - совершившееся в момент принятия крещения, и другое - продолжающееся в течение всей последующей жизни принявшего крещение (ср. I Сол V: 23; Кол III: 10; Гал V: 5; Еф IV: 23). Т. е. здесь Апостол говорит следующее: христиане! вы освящены и стали мертвы для греха с принятием крещения; вы начали жить для Бога. Но не успокаивайте себя этим! Не засыпайте, а бодрствуйте! Никогда не упускайте из внимания того великого переворота, какой совершился в вашей душе - иначе искры греховные, там и здесь таящиеся под пеплом в вашем сердце, могут произвести снова пожар в вашем внутреннем существе. Это продолжающееся самоосвящение должно продолжаться дотоле, пока существо Христово «не утвердится в нас и мы сами преобразимся в Его образ». Апостол Павел, говорит Иоанн Златоуст, разумеет здесь два умерщвления и две смерти. Одно совершается Христом в крещении, а другое обязаны совершить мы сами, своею рачительностью после крещения.

12. Итак да не царствует грех в смертном вашем теле, чтобы вам повиноваться ему в похотях его;

12–23. Итак, мы в крещении приняли серьезное обязательство служить не греху, а Богу, служить делом и истиною. Может быть, кому-нибудь покажется, что без закона, с одной благодатью, трудно будет это служение, эта постоянная борьба со грехом? Но это только так кажется. На самом деле благодать становится для нас не менее сильным властителем, чем прежде был закон. Можно сказать, что как закон прежде отдавал нас в рабство греху, так теперь мы стали послушными рабами праведности. И это новое служение праведности оплачивается гораздо лучше, тем ваше прежнее служение греху: от нового господина мы получаем святость и вечную жизнь, тогда как прежний наш владыка платил нам за наши услуги смертью.

13. и не предавайте членов ваших греху в орудия неправды, но представьте себя Богу, как оживших из мертвых, и члены ваши Богу в орудия праведности.

12–13. Из некоторых предшествующих выражений Апостола можно было заключать, что он не признает уже существования греха в верующих. Но на самом деле он далек от такого крайнего оптимизма. Апостол говорит только, что грех не может более иметь царственного положения в жизни христианина, но из этого же видно, что вообще его существования в христианах Апостол не отрицает. Какая причина того, что грех утратил прежнее свое положение? Он потерял свое могучее орудие и своего могучего союзника - тело: оно стало во Христе орудием Божием.
– Да не царствует грех . Хотя грамматически это увещание обращено к греху, как бы к лицу, но по смыслу речи - к самому верующему, так как это его дело - положить конец господству греха. Это увещание похоже на то, что Апостол говорит в посл. к Колосс.: «вы умерли ( V: 3 ) … и так, умертвите земные члены ваши» ( V: 5 ). Так как мы умерли греху во Христе, то можем умерщвлять грех в своей обыденной жизни.
– В смертном вашем теле . Тело есть как бы область, в которой утверждается грех. Воля, порабощенная грехом, сдает ему тело, как свою крепость, в его полное распоряжение. Тело называет Апостол смертным для того, чтобы внушить верующим, как нехорошо делают они, если, будучи призваны к участию в бессмертной жизни Христа, позволяют себе поработить похотям тело, которое должно вскоре умереть.
– В похотях его , т. е. тела. Похоти тела - это стремления и пожелания тела, которые действуют на душу и через это возбуждают в ней уже страстные и беспорядочные движения греха. Самое слово похоть (по греч. - от = на, против и = сердце, чувство, страсть) означает силу, с какою душа, под властью чувственного желания, устремляется на предметы, которые могут удовлетворить возбужденным в ней желаниям [ 23 ].
– И не предавайте членов ваших… Сказавши вообще о теле, Апостол в особенности говорит о его членах. Эти члены суть орудия удовлетворения похотей тела - это разные органы тела (греч. слово - орудия , большею частью означает военные орудия или оружие, но здесь, кажется, оно имеет значение просто орудия, посредством которого достигается известная цель.
– Неправда здесь имеет значение безнравственности вообще.
– Но представьте себя Богу . Сказавши об освящении тела с отрицательной точки зрения, Апостол теперь говорит о том же с положительной. Представьте - по греч. поставлен аорист , указывающий на то, что христиане должны это действие совершить в один раз ( без замедления ) в 13 ст. в 1-й пол. поставлен тот же глагол , но в настоящ. времени - не предавайте , что указывало на продолжающееся действие). Представить Богу христиане должны не одно тело, но и всю свою личность ( себя ), вместе с телом и его органами.
– Как оживших из мертвых , т. е. как в действительности, действительно живущих истинною жизнью в вере, тогда как ранее, можно сказать, они были мертвы, пребывая во грехах (ср. Еф II: 1), т. е. отдалены от Бога.
– В орудия праведности . Под праведностью здесь, в противоположность неправды, нужно разуметь вообще нравственную добропорядочность, исполнение всех человеческих обязанностей.