Чтение онлайн

Здесь дается разъяснение приточной речи о наследнике-сироте. Но кого Ап. здесь имеет в виду? Кто это "мы"? Всего более соответствует ходу мыслей и особенно смыслу 5-го стиха толкование, которое видит здесь указание на Иудеев. Они, действительно (ср. III:23-25), до пришествия Христа похожи были на малолетних сыновей или незрелых детей, и, как такие, считались за рабов (Рим. VIII:15) и не пользовались своими правами богосыновства.
– Были порабощены вещественным началам мира. Что значит выражение ? Уже из связи выражения с словом можно с уверенностью заключать, что несправедливы толкования, понимающие под стихиями или буквы алфавита, или элементы и первые начала религии и религиозного познания, или так называемые небесные тела, звезды, или ангелов как духов, которые управляют светилами1 [28] . Всего естественнее видеть в этих стихиях материю и отдельные материальные вещи, из которых состоит мир, и самый мир, поскольку он состоит из таких вещей. Ап. хочет, очевидно, сказать, что Моисеев закон привязывает религию или, по крайней мере, все ее проявления в жизни к материи и материальным вещам, из которых состоит мир. Не только порядок праздников условлен течением луны, не только празднование субботы от вечера до вечера зависит от положения солнца: все заповеди о пище и о чистоте, жертвенные законы и другие предписания о богослужении относятся к материальным предметам, к определенным местностям, временам, телесным состояниям и т. под. Все это были постановления относительно плоти (Евр. IX:10). От этого религиозная жизнь получала характер связанности, которая чувствовалась тем сильнее, чем более Евреи полагали значения в законе, и чем более хотели они укрепить специфический характер теократической общины и религии точным и пунктуальным исполнением буквы закона. В конце концов, благочестивые люди чувствовали себя крайне удрученными, подавленными, - конечно, если в душе их жило чувство истинной духовной свободы. Однако Ап. говорит это не о законе самом по себе, который он ставил, как богооткровенный, на подобающую ему высоту (см. Рим. VII:12), а о том, какой характер этот закон получил в жизни Евреев. Не обвиняет он вместе с тем и самих Евреев за то, что они не возвысились до понимания идеи закона: по его представлению, все было так, как оно должно было совершиться. Бог, как отец народа, подчинил его на время его незрелости ведению попечителей - незрелость народа и есть единственная причина такого его положения, которое не соответствовало его идеальному достоинству сына Божия.
– Но когда пришла полнота времени, т. е. полная мера времени - времени подрастания мальчика в созревшего человека. Бог предопределил для этого известную сумму времени, чтобы, по окончании назначенного им срока, сын Его мог освободиться от подчинения им управлявших ранее попечителей.
– Бог послал. Греческое слово - обозначает послание кого либо из того места, где пребывает посылающий (ср. Лк. XX:10 и сл. ; XXIV:49). Отсюда необходимо вывести такое заключение, что посланный пред своим посланием находился около пославшего его. Ясно, что Ап. хочет этим обозначить истинное богосыновство Христа, весьма отличающееся от того богосыновства, каким владели Евреи и теперь владеют христиане. Иначе сказать, здесь дается понятие о вечном существовании Христа как Сына Божия.
– Который родился от жены– правильнее: происшедшего (, а не ) от жены или женщины. Это выражение представляет собою определение другой природы Христа - человеческой. Упоминая же только о матери Христа, Ап., очевидно, как и все евангелисты, хочет этим сказать о безмужнем зачатии Христа.
– Подчинился закону– точнее: бывшего под законом . Как сын женщины из еврейского рода, Христос естественно стал под иго закона Моисеева. Замечательно, что у Апостола Христос назван Сыном Божиим и в состоянии Своего вочеловечения и в состоянии подчинения закону (аорист обозначает состояние совпадающее с тем, которое обозначено глаголом : родился от жены именно Сын Божий, подчинился закону Сын Божий).
– Чтобы искупить подзаконных, т. е. Евреев - ср. III:13; IV:3.
– Дабы нам получить усыновление– это объяснение к предшествующему выражению. Ап. под усыновлением понимает не юридический акт, не только изъявление воли Божественной (так обыкновенно происходит усыновление - adoptio y людей), а фактическое воздействие на жизнь человека, именно некоторый физический процесс возрождения (ср. ст. 6 и Рим. VIII:14 и сл., где вселение Духа Христова в сердца верующих представляется несомненным признаком богоусыновления верующих). Что иудеи отчасти уже имели это богосыновство - это не препятствует Павлу называть их новое положение во Христе богоусыновлением, так как в самом деле ветхозаветное богосыновство было более номинальным и идеальным, чем действительным. Ап. употребляет здесь выражение "нам", а не "вам", как выше, потому, что имеет в виду перейти к изображению состояния Галатов, которые в большинстве происходили из языческих родов.

Ап. указывает на собственный опыт Галатов, который говорит им, что они тоже стали в сыновние отношения к Богу.
– А как вы сыны– точнее: "а что вы сыны" . Ап. хочет сказать, что главное - это сыновство Богу. Что такое сыновство Галаты уже имеют, это видно из того, что Бог послал в сердца Галатов Духа Сына Своего, т. е. Святого Духа, Которого обещал послать Господь Иисус Христос Своим Апостолам (Ин. XIV:16), Который поэтому мыслится как Ему принадлежащий. Ап. имеет здесь в виду и сошествие Духа Св. в день первой христианской пятидесятницы (Деян. II) и последующее раздаяние Духа верующим каждому в отдельности (1Кор.II:12; Деян. X:47).
– Вопиющего. Дух Св. вопиет к Богу через человека, но самое настроение, в каком взывает человек к Богу, создано Св. Духом, почему вопиет, по Апостолу, Сам Дух.
– Abba– арамейское слово, обозначающее отца, происшедшее от Евр.. "ав". Ап. употребляет его как такое, какое употребляли в своих молитвах христиане из Иудеев и Сирийцев.
– Отче – греч. обозначение отца. Так обращались к Богу христиане из язычников: греки или огреченные, каковы были в большинстве своем и Галаты.
– Посему ты... Ап. обращается к христианам из язычников, которых иудаисты доселе еще признавали неправильно присвоившими себе звание сынов Божиих. Таковыми они, по Апостолу, сделались по воле Самого Бога, а не узурпаторски присвоили себе это звание. Но могли ли они в прежнем своем, дохристианском, состоянии быть называемы рабами? Раз они не были "сынами", что несомненно, - то, очевидно, были "рабами": у Апостола имеется только дилемма - или раб, или сын.

Ап. хочет разъяснить Галатам, что они до обращения в христианство были такими же рабами своих богов, как Евреи - рабами своего закона.
– "Вы– говорит Ап.
– служили или точнее: были рабами своих богов, которые по своей природе вовсе не боги". Они делали то, что они никогда не должны бы делать (ср. Рим. I:18 и сл.). Положение их притом было гораздо худшим, чем положение Иудеев, потому что Иудеи все же, хотя и рабски, служили истинному Богу, а Галаты рабски служили богам, которые не боги по природе, а - можно бы дополнить - нечистые демонские силы, как об этом Ап. говорил в других местах (ср. 1Кор.VIII:5; X:19-22).

Но все-таки еще в те далекие времена их служение не богам по существу извинялось отчасти тем, что они не знали истинного Бога. Теперь же, когда они познали истинного Бога или, лучше, познаны Им ( - познаны и возлюблены Богом ср. 2Тим. II:19), им стыдно возвращаться к рабскому служению стихиям. Слово "стихии" хотя и не имеет здесь прибавки "мира" означает тоже, что и выражение 3-го стиха. Ап., конечно, не мог ставить на один уровень Моисеев культ и языческое служение идолам, но он, очевидно, находил нечто общее между тем и другим - именно стремление того и другого культа подчинить ищущих общения с Божеством множеству законных предписаний чисто внешнего характера, чисто материального свойства. Достаточно вспомнить, напр., о том, что малейший изъян в жертвенном животном делал всю жертву негодной, несмотря на расположение, которое может быть имел приноситель жертвы. Над такою внешностью высоко стоит Бог и те, кто в истине служат Ему (Ин. IV:20-24). Стихии эти немощны потому, что они не могут приводить человека в действительное общение с Богом, и бедны– в сравнении с богатством, какое Бог даровал людям во Христе (2Кор. VIII:9).
– Еще снова. Галаты, начиная служить стихиям, через это снова опускались на тот же низкий уровень, на каком стояли, находясь в язычестве: они снова становились рабами– теперь уже иудейских "стихий", как прежде у них были "стихии" языческие.

Предложение это отрывочное. Ап., не связывая новую, представившуюся его сознанию, мысль с предыдущим, облекает ее в форму восклицания: "дни наблюдаете вы, и месяцы".
– Дни– это, во-первых, священная суббота, а также может быть два дня, в которые фарисеи постились каждую неделю (ср. Лк. ХІV, 12), и день 14-го Нисана, который именно требовалось наблюдать или вычислять, и, наконец, день новомесячия (ср. Кор.. II:16).
– Месяцы– это, конечно, прежде, всего Тисри, которым начинался гражданский год и который почти весь состоял из праздников, а затем Нисан, в который праздновался праздник Пасхи.
– Времена– это праздники более продолжительные, как напр. праздник Кущей - с 15-го по 21-е Тисри и праздник опресноков с 14-го по 21-е Нисана. Годы– субботний, (каждый седьмой год) и юбилейный (каждый пятидесятый). Конечно, Галаты еще не имели возможности действительно спраздновать "годы", потому что только несколько месяцев прошло, как они стали наблюдать иудейские праздники. Но они могли уже спраздновать с Иудеями Пасху и вкушать опресноки, что очень обеспокоило Апостола.

Ап. боится, чтобы все такие труды его (на тяжесть трудов указывает глагол ), совершенные им в деле обращения Галатов на истинный путь, не оказались тщетными. В самом деле, если Галаты утвердятся в той мысли, что достигнуть праведности пред Богом они могут только исполняя предписания Моисеева закона, то они утратят то достояние христианской свободы, какое они с таким трудом приобрели.

Ап. теперь обращается к Галатам не с доказательствами, а с горячим увещанием. Пусть они припомнят, как они приняли Павла в тот раз, как он пришел к ним, какое сами они чувствовали блаженство тогда. Как могут они теперь смотреть на него как на своего врага? Враги их - иудействующие, которые хотят себе только славы, нисколько не думая о том вреде, какой причиняют Галатам.

Ап. просит Галатов, чтобы они были подобны ему в отношении к закону Моисееву, как и он уподобился им, когда благовестил им Евангелие. Тогда он вполне отрекся от своих прежних иудейских привычек, чтобы, согласно своему правилу (1Кор. IX, 19-22), ничем не оскорблять тех, среди которых ему приходилось действовать (к выражению "как и я" нужно прибавить: был– ). Галаты теперь, в благодарность Апостолу за его к ним снисхождение, должны сами отрешиться от исполнения предписаний Моисеева закона, к которым они уже стали привыкать. Ап. надеется на то, что Галаты послушаются его и не станут его обижать, потому что ранее они его ничем не обидели.

Мало того, что Галаты его ничем не обидели, - они приняли его с чрезвычайным радушием. Это было, когда Ап. в первый раз посетил Галатию (Деян. XVI:6). Он собственно не намеревался здесь долго оставаться, но заболел ( . ) и принужден был на некоторое время остаться в Галатии, где и стал проповедовать Евангелие (о втором посещении Галатии Павлом говорится в XVIII гл. 23-м ст. кн. Деяний). Галаты не презрели, не погнушались тем искушением, какое представляла для них болезнь Апостола (вместо: "искушения моего" нужно, следуя более достоверным текстам, читать: "искушения вашего"), а приняли Павла как небесного посланника-ангела, даже как самого Христа.
– О болезни Апостола ср. 2Кор. XII:7-9.

В то время Галаты считали себя воистину блаженными, счастливыми от того, что среди них был Павел. Они, в чувстве восторга, готовы были для Павла пожертвовать тем органом, который для человека всего дороже - глазами своими (ср. Пс. XVI:8; Мф. XVIII:9). И вот, положение вещей настолько изменилось, что Павел стал их врагом , за то что говорил и говорит только истину. Очевидно, что враждебные чувства в Галатах к Павлу пробудились уже во время второго пребывания Апостола в Галатии, и с такими чувствами Галаты остаются и в момент написания послания (ср. I:9; V:3, 21).
– Истину– т. е. правду о той опасности, какая угрожала Галатам со стороны иудействующих, и о законе вообще.

Иудействующие стараются только о том, чтобы приобрести благорасположение Галатов, но руководствуются при этом далеко не чистыми побуждениями: им не дорого спасение Галатов, а дороги только слава удачных проповедников. Они хотят отлучить или отделить Галатов от других церквей из язычников и, в частности, от Павла.

Теперь Апостол говорит о самих Галатах и их отношении к Павлу. "Представляет собою нечто прекрасное - так можно передать первую половину стиха - быть предметом ревностной любви" ( имеет значение страдательного залога. В Библии не встречается случая, что бы этот глагол был равносилен глаголу ). Ап. не отказывается от проявлений расположения со стороны Галатов, но высказывает только ту мысль, что приятно быть любимым всегда, а не только тогда, когда находишься на глазах у того, кто любит.