Чтение онлайн

Дают продолжение начатого диалога.

Отчего же одеяние Твое красно, и ризы у Тебя — как у топтавшего в точиле? снова вопрошают недоумевающие Победителя. И на это получают такой ответ: Я топтал точило один, и из народов никого не было со Мной; и Я топтал их в гневе Моем... кровь их брызгала на ризы Мои... В ответе этом использован тот самый образ, какой дан был и в вопросе — именно, сравнение с практиковавшимся тогда на Востоке приемом выжимания виноградного сока, при котором естественно и неизбежно было и известное обагрение одежд у лица, занимавшегося этой работой. Сравнения этого нельзя не признать особенно выразительным и сильным для заключенной в нем мысли — о наказании врагов Божиих.

"Вопрошаемый отвечает, что Он также топтал точило, в котором, вместо виноградных гроздов, были заключены враги Его, что Он попрал их во гневе Своем, их кровь брызгала на одежды Его и обагрила их (Откр 19:13 [1048] ). Точилом гнева Божия, которое истоптал Христос Спаситель, был ад который Он попрал (ф. 4:8-9 [1049] ), по распятии Своем. В этой борьбе с адом Христос, подобно Самсону, единоборствовавшему с филистимлянами, или Давиду — с Голиафом, был один и не имел Себе помощника из людей" (Мф. 26:56 [1050] ; Иоан 16:32 [1051] — Комм. СПб. Академии, 905). Хотя речь все время ведется здесь как бы о прошедшем событии, но это, очевидно, лишь для предания ей большей образности и картинности, большей убедительности и силы. Фактическое же исполнение данного пророчества, как и многих др. пророчеств Исаии, можно отнести к двум историческим эпохам: во-первых, к началу христианской эры, совпавшей с концом многих древне-языческих монархий, а во-вторых, — к ее завершению, в момент страшного Суда, когда будет произведен последний и окончательный расчет со всеми темными силами зла (1 Кор 15:24-28).

С 4 по 6 — эти три стиха дают прекрасное раскрытие вышеприведенного образа из них в первом говорится, что под топтанием в точиле разумеется именно день Суда Божия над народами (4 ст.), во втором — что этот суд будет решительным единоборством Победителя с его врагами (5 ст.) и в третьем, — что результаты этой жестокой борьбы будут ужасны для побежденных (6 ст.).

Ибо день мщения — в сердце Моем и год Моих искупленных настал, или, как еще яснее в славянском тексте "день бо воздаяния прииде на них, и лето избавления приспе". Совершенно ясно определяется характер победного пришествия Мессии, которое будет днем праведного воздаяния, грозного мщения всем врагам Божиим и вместе годиной искупления, "летом благоприятным" для всех обратившихся к Нему (ср. 61:2, 34:8; 59:17).

Я смотрел, и не было помощника; дивился, что не было поддерживающего... Настоящий стих представляет собой почти буквальное повторение одного предыдущего: "И видел (Господь), что нет человека, и дивился, что нет заступника; и помогла Ему мышца Его, и правда Его поддержала Его" (Ис. 59:16, См. наш коммент.). В качестве дополнительного комментария к ним обоим можно привести еще одно параллельное место из того же пророка: "Я (Господь) смотрел, и не было никого, и между ними не нашлось советника, чтобы Я мог спросить их, и они дали ответ" (41:28). Особенностью данного — 5 ст. по сравнению с указанными параллелями, является то, что в нем говорится о суде Господа над языческими народами, тогда как в последних — о суде над Израилем. Момент этого суда, по смыслу данного образа, антропоморфически сближается с единоборством Мессии против полчищ Его врагов.

И попрал Я народы во гневе Моем... и вылил на землю кровь их... Вот страшный, но вполне заслуженный народами финал той схватки, на которую они рискнули выступить против "Сильного" (1 ст.). Об этом наказании враждебных языческих народов пророк Исаия не раз говорил и раньше, особенно близка, напр., следующая параллель: "и притеснителей твоих накормлю собственной их плотью, и они будут упоены кровью своею, как молодым вином; и всякая плоть узнает, что Я — Господь, Спаситель твой и Искупитель твой, Сильный Иаковлев" (49:26; ср. 42:25; 51:23; 59:17-18 и др.).

С 7-9 ст. включительно идет первая половина благодарственно-покаянной молитвы к Богу от лица Его жестоковыйного народа, в которой возносится слава и благодарение Всевышнему за все исторические ("дни древние" — 9 ст.) благодеяния Его, явленные избранному народу. Связь этого отдела с предыдущим установить нетрудно. Тот суд над язычниками, о котором в том ярком образе говорил пророк в начале главы, был вместе и днем праведного воздаяния за все насилия и врагам израильского народа. Отсюда естественно, что Израиль, при созерцании этого, должен был исполниться чувств радости и благодарности к Господу, и вместе с тем — особого усиленно-покаянного восторга, которые и нашли свое соответственное выражение в этой молитве, или псалме, произнесенном самим пророком от лица идеального Израиля, глубоко чувствующего свою собственную греховность и высоко ценящего величие и силу Божественного милосердия и любви.

Комментаторы пророка Исаии обращают внимание также и на то, что молитва эта, начинаясь с 7-го стиха данной главы, идет до конца ее и продолжается на всю последующую главу (64 г.) Анализируя содержание этой молитвы, они находят возможным разделить ее на следующие четыре часта: первая — с 7-14 ст. 63 гл.; вторая — с 15 — до конца главы; третья — с 1-7 ст. 64-ой главы, и четвертая — с 8-го до конца этой главы. В частности, в первом из указанных отделов дается сжатый, схематический очерк истории избранного народа, в котором повсюду видны следы особого Божественного водительства Израилем и жестоковыйности последнего в отношении к Господу.

Подлинно они — народ Мой, дети, которые не солгут. Ввиду раннейших совершенно ясных слов пророка об историческом Израиле: "мы изменили и солгали перед Господом и отступили от Бога нашего; говорили клевету и измену, зачинали и рождали из сердца лживые слова" (59:13), нет никакой возможности видеть в вышеприведенном тексте историческую характеристику еврейского народа. Очевидно, это — идеальная характеристика Израиля, указание на то, чем бы должен быть избранный народ Божий, если бы он остался верен своему особому предназначению. Можно эти слова понимать и только как удостоверение одного лишь факта Божественного избрания евреев Всевышним (Исх 19:5-6 [1052] ), служащего как бы "исходным пунктом" и для всех последующих исторических указаний.

И Он был для них Спасителем. Последнее слово в еврейском тексте выражено формой что в дословном переводе значит "за Мессию". Таким образом, здесь употреблено знаменательное слово "Мессия", в приложении к Самому Господу, бывшему детоводителем Израиля.

И Ангел лица Его спасал их... "Ангел лица" — единичное выражение Библии, не имеющее себе параллелей; по крайней мере, по внешней форме. Со стороны же своего внутреннего содержания, оно, вероятно, равнозначуще с такими употребительными в Библии терминами, как "Ангел Божий", или "Ангел Господень" (Исх 14:19 [1053] ).

Небезынтересно сопоставить с рассматриваемым выражением и еще следующее место из кн. Исход, в котором проводится, если не субстанциальная, то личная разница между Самим Господом и Его Ангелом: "и пошлю пред тобою (т.е. пред Моисеем и народом еврейским) Ангела (Моего)... ибо Сам не пойду среди вас, чтобы не погубить Мне вас на пути, потому что вы народ жестоковыйный" (Исх 33:2-3). Правильнее всего, по нашему мнению, думать, что и пророк Исаия здесь имеет в виду именно тот самый факт, о котором говорит и только что процитированное место из кн. Исход. Выше пророк Исаия отметил факт торжественного избрания Богом Израиля на Синае (8 ст.), а теперь, в порядке последовательности, он указывает на факт осязательного водительства евреев Богом, в продолжение их сорокалетнего странствования по пустыне Аравийской (Исх 14:19-20; 33:9-10).

Взял и носил их... Намек на известный библейским образ, в котором трогательно-промыслительное отношение Господа к Израилю сравнивается с отношением орлицы к своим детенышам. Он впервые дан в той же кн. Исход (19:4 [1054] ), а впоследствии более подробно был развит Самим Господом Иисусом Христом (Мф. 23:37 [1055] ).