Чтение онлайн

Но мы еще лучше поймем, в чем дело, если вообразим, как могли понимать слова Христа стоявшие около Него ученики и простонародье. Они не могли понимать Его слов в каком-нибудь отвлеченно философском смысле, но, естественно, разумели только какое-нибудь определенное, угрожающее им зло. В чем именно оно заключалось, трудно конечно сказать, хотя в дальнейших словах и даются его определения: "ударить в щеку", "судиться", "взять", "принудить" и проч. Эти четыре определения хорошо характеризуют тогдашнее палестинское зло. Отсюда можно вывести, что "зло", о котором говорит Спаситель, всегда должно быть конкретным, и только таким образом решать вопрос, какому злу следует сопротивляться и какому нет. Если бы Христос говорил о "мировом зле" и о непротивлении вообще злу, то, несомненно, Его речь была бы Его слушателям непонятна. Кроме того, они могли бы усматривать в словах Христа и противоречие Его собственным действиям, потому что несомненно, что вся деятельность Христа была противодействием злу. А между тем, на указанное противоречие в словах евангелистов мы не встречаем никакого намека. Указывая, что в конкретных случаях не должно противиться злу, Христос в действительности указывает способы не непротивления, а противления злу терпением и кротостью.

У нас отвлеченное учение о непротивлении злу раскрыто особенно гр. Л. Н. Толстым. Главная ошибка этого учения заключается именно в том, что оно отличается отвлеченностью. Хороший разбор этого учения можно найти, между прочим, в книге покойного проф. А. Ф. Гусева "Основные религиозные начала графа Л. Толстого", Казань 1893 (с. 33-108), хотя со всеми заключениями автора и нельзя согласиться. Напр., разбираемый текст нельзя переводить так, как переводил его казанский профессор г. Нефасов, на которого ссылается Гусев: "а Я говорю вам не то, чтобы не уступить злому человеку, а, напротив, кто ударит тебя по правой твоей щеке, подставь тому и другую". Хотя глагол и употребляется иногда в значении prospere cedo = с успехом уступаю, но такое употребление глагола Новому Завету чуждо (см. Лк. 21:15; Деян. 6:10; 13:8; Иак. 4:7; Рим. 9:19; 13:2; Гал. 2:11; Еф. 6:13; 2 Тим. 3:8; 4:15).

Кратко же и ясно принципиальное учение Спасителя можно выразить так: кто обижает, тот совершает грех; если кто противится обижающему, тот совершает такой же грех, как и он, потому что хочет его обидеть. Кто не противится, тот свободен от греха и, следовательно, оправдывается Богом. Это должно иметь и всегда имеет огромное практическое значение, потому что в таких случаях Сам Бог является мстителем виновных и защитником невинных и побеждает зло, с которым отдельному человеку бороться трудно иди невозможно. Такова, по-видимому, главная мысль последних предложений 39 стиха и след.

(Лк. 6:29). Толкователи согласны с тем, что под разумеется нижняя одежда, хитон, рубашка; под — верхняя, плащ и проч. Общая мысль та же, как и в предыдущем стихе.

Смысл стиха понятен и не требует объяснения. Нужно объяснить только слово (принудит тебя идти). Слово это происходит от персидского, которое греки выразили через , понимается , курьер. Оно перешло в еврейский, греческий и латинский языки (Вульг. angariaverit). Эти курьеры были заведены Киром и несли род почтовой и транспортной службы, принудительно требуя на станциях преимущественно людей и вьючных животных (Герод. Ист. 8:98). Глагол встречается у Иосифа Флавия (Древн. 13:2-3 — ); у Епиктета Dissert. 4:1, 79 — , , . Отсюда делается понятным выражение: "кто принудит тебя идти с ним одно поприще". Числа "одно": и дальнейшее "два" не следует считать точно определенными. Смысл: делай больше, чем сколько тебя принуждают. "Поприще" в точном значении — римской миле (греч. ), которая, по Гольцману, равняется 1000 шагов = 8 стадий = 1472 метра.

(Лк. 6:30, где та же мысль выражена несколько иначе: "всякому, просящему у тебя, давай, и от взявшего твое не требуй назад"). Речь идет, очевидно, об имущественных отношениях и ни о чем другом. Поэтому рассуждения о том, что эта заповедь не должна исполняться буквально, и что не во всех случаях просьбы могут быть удовлетворены, напр., когда дитя просит нож, чтобы зарезаться, представляются излишними.

Первое предложение заповеди заимствовано из Лев. 19:18 [81] ; второго предложения: "ненавидь врага своего" нет в древнем еврейском законе, и Спаситель ссылается здесь или на позднейшие постановления Ездры, или же на постановления книжников, направленные к тому, чтобы развить в иудеях человеконенавистничество. Adversus omnes alios hostile odium — враждебная ненависть ко всем другим (Тацит, Ист. 5:8) со стороны иудеев была хорошо известна тогдашним язычниками, которые и сами иудеев ненавидели.

(Лк. 6:27, 28). В тексте весьма сильное колебание.

Выражение: "благословляйте проклинающих вас" выпущено в Синайском, Ватиканском, Вульгате некоторых других латин. переводах, у Тишенд. и Вестк. Хорта, и имеется в recepta, почти всех курсивных, Иоанна Златоуста, Феодорита, Феофилакта и многих других.

Выражение: "благотворите ненавидящим вас" выпущено в Синайском, Ватиканском, но имеется в recepta, почти во всех курсивных, Вульгате и Сирийском Пешито.

Наконец: "за обижающих вас" выпущено в Синайском, иканском у Тишенд. и Вест. Хорта; но имеется в recepta, почти во всех курсивных, древних лат. и Пешито. (Но все эти слова есть в славянском. Прим. ред.)

Таким образом, в ряде кодексов указанных слов нет; но зато в пользу их подавляющее большинство рукописей и цитат у церковных писателей. Многие экзегеты думают, что слова эти интерполированы из Лк. 6:27, 28. Сравнивая текст Матфея и Луки находим, что, если не обращать внимания на перестановки, он одинаков у того и другого евангелиста. Но другие экзегеты держатся других мнений и говорят, что подозревать здесь интерполяцию нет достаточных оснований. Цан признает текст подлинным, хотя и не высказывается решительно. Смысл понятен. Иоанн Златоуст находит, начиная с 39 стиха, девять степеней, по которым Спаситель возводит нас все выше и выше — "на самый верх добродетели".

"Первая степень — не начинать обиды; вторая, когда она уже причинена, не воздавать равным злом обидевшему; третья — не только не делать обижающему того, что ты потерпел от него, но и оставаться спокойным; четвертая — предоставлять себя самого злостраданию; пятая — отдавать более, нежели сколько хочет взять причиняющий обиду; шестая — не питать к нему ненависти; седьмая — даже любить его; восьмая — благодетельствовать ему; девятая — молиться о нем Богу". Подобное учение не было чуждо и язычникам. Так, известны буддисткие изречения:

"Побеждай гнев отсутствием гнева,

Побеждай несправедливость добротой,

Побеждай подлого человека даром,

А лжеца — истиной".

Речь очень тонко и незаметно переходит опять в ряд приветствий, что свойственно блестящей ораторской речи. Делается как бы перерыв, и оратор дает возможность как бы вздохнуть своим слушателям. Спаситель приравнивает теперь их к сынам Отца Своего Небесного и они должны поступать так, как делает их Отец, подражать Ему. А Отец повелевает, чтобы солнце восходило над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных. У Сенеки находят замечательную параллель этим словам Христа: "si deos imitaris, da et ingratis beneficia; nam et sceleratis sol oritur, et piratis patent maria" (если будешь подражать богам, окажи и неблагодарным благодеяния, потому что и для злодеев восходит солнце и морским разбойникам открыты моря).

Лк. 6:32, "мытари" заменены у Луки словом грешники. Слово "мытари" нашего русского и славянского текстов менее вероятно, чем "язычники", имеющееся в Синайском, BD, около 18 курсивных, большей части латинских переводов, Вульгате и проч. и принятое Тишендорфом, Вестк. Хортом и издателями английской пересмотренной Библии. В том и другом случае смысл почти одинаков, потому что мытари считались не лучше язычников. Ученики Христа должны быть выше книжников и фарисеев. Но если они будут любить только тех, которые их любят, то не станут выше даже язычников (или мытарей), которые так делают по естественному закону любви, вложенному в человека.