Чтение онлайн

…в Серпентину его! – Пруд в лондонском Гайд-парке.

…повторилось через пятьдесят лет ~ знаменитое тургеневское «францюзя топим». – В «Однодворце Овсяникове» И. С. Тургенева («Записки охотника») рассказывается о пленном французе m-r Lejeune, которого смоленские крестьяне едва не потопили в проруби во время Отечественной войны 1812 г.

…начался в Old Baileyпроцесс Бернара, это «юридическое Ватерлоо» Англии, как мы сказали тогда в «Колоколе». – Процесс состоялся 17апреля 1858 г. в верховном уголовном суде в помещении лондонской Старой тюрьмы. В заметке «Ватерлоо 17 апреля 1858 г.», напечатанной в «Колоколе» 1 мая 1858 г., об оправдании Бернара присяжными, Герцен расценивал это событие как «мирное Ватерлоо» (см. т. XIII наст. изд.).

Цезарь был испуган. Карфагены были испуганы! – Подразумеваются Наполеон III и правители Англии.

…Scotland Yard… – Название улицы в Лондоне, где находилось управление уголовной полиции, затем стало употребляться для обозначения самой уголовной полиции.

Когда Пальмера судили… – Сильно возбудивший общественное мнение процесс врача У. Пальмера происходил в мае 1856 г. Пальмера судили по обвинению в систематическом отравлении своего друга Д. Кука с целью присвоения его бумаг и ценностей; хотя виновность Пальмера полностью доказана не была, он был приговорен к смерти и казнен.

Гладстон ~ написал комментарии к Гомеру. – В 1858 г. в Оксфорде был опубликован трехтомный труд Гладстона «Studies on Homer and the Homeric Age».

…в участии аттентата 12 января… – Покушение на Наполеона III было совершено в Париже 14 января 1858 г.

Если б Бернар был обвинен ~ принести на заклание, для полноты жертвы, двух-трех Исааков книгопечатания. – Готовность британского правительства учинить в угоду Наполеону III судебную расправу над издателями эмигрантской литературы Герцен уподобляет библейской легенде об Аврааме, который, чтобы показать, как сильна его вера в бога, согласился принести в жертву любимого сына Исаака («Бытие», гл. XXII).

…«Письмо» Маццини. – По-видимому, Герцен имеет в виду написанное Маццини в 1858 г. «Письмо к Луи Наполеону».

…Queen’s Bench. – Королевский уголовный суд.

…в широких шароварах, couleur garance, в кепи несколько набок… – Форма французской пехоты.

«Пуще сердце замирает...» – Из стихотворения Н. П. Огарева «Деревенский сторож».

«Что за комиссия, создатель…» – Перефразированное выражение Фамусова из «Горя от ума» Грибоедова (действие I, явл. 10).

<Глава VI>

Отрывок: «В начале будущего года ~ Тун, 17 августа 1865» (стр. 124, строка 2 – стр. 126, строка 4) впервые опубликован в К,л. 205 от 1 октября 1865 г., стр. 1680–1682, под заголовком «Из V части „Былого и дум”» и с подписью И – р. Далее там же опубликован отрывок: «Другие несчастия ~ он умер» (стр. 126, строка 10 – стр. 131, строка 5) – под заголовком: «Глава IV. Польские выходцы. Алоизий Бернацкий. – Станислав Ворцель. – Агитация 1854-56 года. – Смерть Ворцеля». Печатаются по тексту К.

Отрывок: «Во время смерти Бернацкого ~ я предлагал» (стр. 131, строка 6 – стр. 136, строка 4) впервые опубликован в К, л. 207 от 1 ноября 1865 г., стр. 1693–1695, с тем же заголовком. Конец этого отрывка – «…Около того же времени ~ я предлагал» (стр. 135–136, строки 25-4) был напечатан по рукописи в Сб, стр. 117–118 (см. раздел «Варианты»).

Отрывок: «Они в нем видели ~ граничило с сумасшествием» (стр. 136, строка 4 – стр. 144, строка 3) впервые опубликован в Сб, стр. 118–124.

Печатается по рукописи ЛБ (Г-О-I-8), представляющей собой черновой автограф с правкой Герцена (авторская нумерация страниц 20–43). На обложке надпись: «К Е

1 приб.

Ворцель

Маццолени».

На обороте обложки поставлена дата: «13 июля 1865» и написано: «„Колокол” 1 октября 1865, № 205».

В рукописи на стр. 35 вклеена печатная брошюра на французском языке: «„L’Etoile Polaire sur la mort de Stanislas Worcell” (traduit du Russe)», изданная в Лондоне, в 1857 г. – перевод статьи Герцена «Смерть Станислава Ворцеля», напечатанной в ПЗ,1857 г., кн. III (см. т. XII наст. изд.).

В рукописи недостает страниц 28, 29, 32, 33; часть 31 страницы срезана. Пропуски в тексте обозначены: <…>

Отрывок: «Вы, верно, слышали ~ простых слов» (стр. 144, строка 5 – стр. 146, строка 36) впервые опубликован в К,л. 207, стр. 1695–1696. Печатается по тексту этого издания.

Отрывок: «С смертью Ворцеля ~ пошлю к регенту» (стр. 147, строка 1 – стр. 149, строка 36) впервые опубликован в Сб, стр. 124–130. Печатается по тому же автографу (ЛБ, Г-О-I-8, стр. 34–38).

В этой главе рассказывается о деятельности польских эмигрантов в Лондоне. Непосредственным толчком, побудившим Герцена написать главу, была смерть выдающегося деятеля польского национально-освободительного движения Станислава Ворцеля в феврале 1857 г. 10 февраля 1857 г. Герцен написал некролог Ворцеля, в котором обрисовал основные вехи жизненного пути его и дал высокую оценку его деятельности (см. т. XII наст. изд.). В главе о польских выходцах Герцен рассказал о Ворцеле более подробно и высказал свое отношение к идеалам Ворцеля и польской демократической эмиграции того времени в целом. В своих воспоминаниях Герцен стремился увековечить образ неутомимого борца за освобождение польского народа и искреннего друга революционной России.

Герцен познакомился с Ворцелем в Лондоне в конце 1852 г. Требование освобождения крестьян, борьба против аристократии, против социального и национального гнета, патриотизм и демократизм, отрицательное отношение к буржуазному Западу роднили взгляды Герцена и Ворцеля. Между ними с самого начала знакомства создалось взаимопонимание и дружеские отношения. Это ярко сказалось на их издательской деятельности и особенно на сближении в 1853–1854 гг. русской и польской типографий в Лондоне. Тесному сотрудничеству между русскими и польскими революционерами способствовало и то, что Герцен с самого начала своей деятельности выступил решительным сторонником и поборником независимости Польши и тесного революционного союза между русским и польским народами в их общей освободительной борьбе против царизма. Эти идеи русско-польского революционного союза разделял и Ворцель.

Отмечая общие черты революционной деятельности, объединявшие Герцена и Ворцеля, нельзя пройти мимо существенных различий между ними. В то время как для Ворцеля и польской эмиграции основным вопросом всей их практической деятельности был вопрос о борьбе за национальную независимость Польши, а вопрос о социальном перевороте, о социальных преобразованиях отходил у них на второй план, для Герцена главным вопросом не только русского, но и польского освободительного движения был и оставался крестьянский вопрос, без разрешения которого демократическим путем нельзя было, по его мнению, добиться подлинного освобождения ни русского, ни польского народов. Кроме того, Герцену были совершенно чужды мистические мессианистские взгляды, распространенные в среде польских эмигрантов. Против этих взглядов Герцен выступает в настоящей главе. Острой критике подверг Герцен и националистические устремления части польских эмигрантов из окружения Ворцеля. Герцен требовал от представителей польского освободительного движения признания за всеми народами и, в частности, за украинским народом права на самоопределение. Как видно из главы «Польские выходцы», именно националистические тенденции окружения Ворцеля являлись одной из главных причин, мешавших тесному сотрудничеству между Герценом и лондонской «Централизацией». Столь же отрицательно относился Герцен и к надеждам польской эмиграции и самого Ворцеля на помощь западных держав делу освобождения Польши.