Чтение онлайн

«Рассказ восхитительно написан, как, впрочем, всегда пишет Газданов, с необычайной изобразительной меткостью, с какой-то вкрадчивой, бесшумной, гипнотизирующей эластичностью ритма. Но, как всегда у Газданова, вся эта словесная прелесть кажется скорее растраченной попусту, нежели служащей замыслу: в „Смерти господина Бернара“ замысла нет», – отмечал Г. Адамович (Последние новости. 1936.10 дек.).

…полное собрание сочинений Поля Бурже. – Бурже – см. коммент. к «Рассказам о свободном времени». Т. 1, с. 841. Собрание сочинений Бурже в 34 томах вышло в Париже в 1920–1928 гг.

…сочинения малоизвестных и, по-видимому, иностранных авторов – Стивенсона, Томаса Харди и Штирнера… – Ирония автора направлена против уклада жизни провинциального «филистерского» городка; круг чтения господина Бернара включает в себя то, что совершенно нехарактерно для интересов его земляков, – это и мрачные мотивы тем двойничества, «порченой» крови древних родов, тайной психологии преступлений в произведениях англичанина Роберта Льюиса Стивенсона (1850–1894), и «романтических истории и фантазии» (по авторскому определению) другого англичанина, Томаса Харди (1840–1928), и бунтарский эгоизм немецкого философа Макса Штирнера (1806–1856), само название основного труда которого – «Единственный и его мир», или, в другом переводе, «Единственный и его собственность» (1845) – по отношению к бунту Бернара звучит пародийно. Обыгрывается характерное для провинции недоверие к «иностранцам», «посторонним».

…со ссылкой на историю Вавилонской башни… – Потомка Ноя, подстрекаемые «хамовым племенем», опасавшимся рассеяния и рабства – обещанной кары за грех отца (Быт. 9, 25–26), начали строить город в долине Сеннаарской с башней, которая должна была стать центром для всех племен (Быт. 11). Это сооружение не было достроено, так как Бог «смешал языки» строителей и они перестали понимать друг друга. Город получил имя Вавилон (что значит «смешение»). По мнению немецкого ученого Г. Гунхеля, предание о Вавилонской башне имеет историческую основу – речь идет о многоэтажном храме Мардука в Вавилоне, увенчанном башней.

…дамы, «точно вышедшей из сочинений Гофмана…» – В новеллах и сказках Э.Т. А. Гофмана действует целый сонм демонических уродов – карлики, горбуны, гомункулусы, ведьмы.

Воспоминание*

Впервые – Современные записки. 1937. № 64. Печатается по этой публикации.

Впервые в России – Владикавказ. Альм. 1992. № 1 / Публ. С. Кабалоти.

Архив Газданова. Тетрадь 6.

«Небольшой рассказ Г. Газданова „Воспоминание“, писал Г. Адамович представляет собой необычное соединение банально-искусственного, шаблонно-модернистического замысла с редким даром писать и описывать, со способностью находить слова, будто светящиеся или пахнущие, то сухие, то влажные, в каком-то бесшумном, эластическом сцеплении друг за другом следующие…» (Последние новости. 1937.7 окт.).

Тема анамнеза возникает в прозе Газданова неоднократно. Хотя здесь она представлена достаточно серьезно, рассказ все же является и весьма тонкой пародией на теософские теории.

Эпиграф – начальные строки второй строфы третьего стихотворения цикла «Венеция» (1909) А. А. Блока.

…всего этого рубенсовского великолепия, не заключавшего в себе, однако, в противоположность вдохновению великого художника, ни одной отвлеченной мысли. – Вероятно, Газданов имеет в виду откровенную, «великолепную», «изобильную» чувственность, телесность творчества фламандского художника Петера Пауля Рубенса (15771640).

…на темы теософские… – Теософия – религиозно-философское учение о возможности «непосредственного постижения» Бога с помощью мистической интуиции и откровения, доступных избранному кругу «посвященных» лиц. Теософы признают перевоплощение душ; цель созданного в 1875 г. в Нью-Йорке по инициативе Е. Блаватской Теософического общества – развитие «сверхчувственных сил человека», пробуждение в нем памяти о прошлых воплощениях.

…филогенезис повторяет онтогенезис… – Филогенез – историческое развитие органического мира, его типов, классов, отрядов, семейств, родов и видов (эволюционный процесс). Онтогенез – индивидуальное развитие животного или растительного организма от момента зарождения до конца его жизни. Согласно биогенетическому закону, в течение индивидуального развития каждое живое существо повторяет основные этапы развития всего ряда предковых форм.

Даже книги были те же самые, тот же Салиас, Шеллер-Михайлов, Мамин-Сибиряк, Гусев-Оренбургский… – Эти писатели к началу XX в. уже утратили популярность и воспринимались как анахронизм.

Салиас – литературное имя графа Евгения Андреевича Салиаса-де-Турнемир (1840–1908), сына писательницы Е. Тур, собрание его сочинений включало 33 тома. В исторических произведениях он следовал принципам В. Скотта – «реконструировал» прошлое, с помощью многочисленных деталей придавал ему историческую достоверность, изображал реальных деятелей истории на фоне авантюрного сюжета.

Шеллер-Михайлов Александр Константинович (наст. фам. Шеллер; 1838–1900) – писатель и журналист, редактор нескольких журналов. Его герои – разночинцы, просветители народа, как правило, противопоставлены дворянам.

Мамин-Сибиряк Дмитрий Наркисович (наст. фам. Мамин; 1852–1912) – прозаик, рисующий быт Урала. Основной мотив его произведений – власть денег, разлагающая нравственные устои личности, семейные и дружеские отношения.

Гусев-Оренбургский Сергей Иванович (наст. фам. Гусев; 1867–1963) – прозаик. Имел репутацию «лучшего бытописателя сельского духовенства». В позднем творчестве ему свойствен глубокий, обобщающий взгляд на действительность сквозь призму христианской философии. Критика отмечала правдивость и искренность его произведений, но упрекала в сентиментальности шаблонности. В 1921 г. выехал в Харбин, оттуда – в США, умер в Нью-Йорке.

…в ее комнате висел портрет Брюсов а… с некоторым налетом модернизма, а среди книг попадались такие названия, как «Раскрепощенная женщина» и, конечно, «Обломки крушения»… «Ключи счастья», «Жена министра», «Конец дневника»… «Из красивого прошлого». – Возможно, речь идет о копии или репродукции портрета (1905) поэта, драматурга, прозаика, литературного критика, одного из основоположников русского символизма Валерия Яковлевича Брюсова; это последняя работа Михаила Александровича Врубеля (18561910): Брюсов ездил позировать в психиатрическую клинику, где Врубель провел последние годы жизни. После многочисленных переделок портрет так и остался незавершенным – «с отрезанной частью головы, без надлежащего фона, с бессвязными штрихами вместо задней картины: свадьбы Псиши и Амура» (Брюсов В. Из моей жизни: Автобиографическая и мемуарная проза. М.: Терра, 1994. С. 24), что многие позднее воспринимали как сознательный «прием».

«Ключи счастья» (1909–1913) – роман Анастасии Алексеевны Вербицкой (1861–1928), экранизированный в 1913 г.

«Жена министра» – один из самых известных романов Надежды Александровны Ланго-Данилевской (1874–1951), с 1912 по 1918 г. выдержавший семь изданий.

«Обломки крушения» – вероятно, ее же роман «Крушение», входивший в тетралогию «Развал» (1921–1922).

Бомбей*

Впервые – Русские записки. 1938. № 6. Печатается по этой публикации.

Впервые в России – Газданов Г. Призрак Александра Вольфа. Бомбей (Серия «Бестселлер». Прилож. к журналу «Кто и как?») / Вступ. ст. и публ. Ст. Никоненко. М., 1991; Огонек. 1991. № 43 (с сокращ.) / Подгот. текста, публ. и предисл. Ф. Хадоновой.

Архив Газданова. Рукопись датирована: «15.IV.1938».

На первую публикацию откликнулись Ходасевич и Адамович. Оба отклика свидетельствовали о том, что рецензенты по-прежнему не могли постигнуть тайну магической прозы Газданова. Они восхищаются частностями, но «новая проза» Газданова им не близка. «Мне не раз уже приходилось указывать, – пишет Ходасевич, – что в рассказах Г. Газданова мастерское письмо облекает слабый замысел, банальную фабулу и шаткую архитектуру. На сей раз он попытался избегнуть опасности, прямо идя ей навстречу. В его „Бомбее“ фабулы вовсе нет – бесфабульные рассказы Чехова рядом с „Бомбеем“ могут показаться чуть ли не авантюризмом. Построение сведено к отсутствию всякого построения – дан просто рассказ о том, как герой живет в Париже, едет в Бомбей и уезжает оттуда. Попутно он встречает разных других людей, не играющих роли ни в его судьбе, ни в судьбе друг друга. Несомненно, попытка Газданова использовать, так сказать, противный ветер, превратив свой органический недостаток в литературный прием, находчива и остроумна. Однако в конце концов она ни к чему не приводит. Остается все то же: чудесно написанный рассказ о том, чего не стоило рассказывать. У Чехова фабула заменена, лучше сказать – вытеснена, очень напряженным, внутренним лиризмом, составляющим суть вещи. У Газданова этого лиризма нет и, следовательно, нет никакой сути» (Ходасевич В. Книги и люди. «Русские записки», апрель-июль // Возрождение. 1938. 22 июля. С. 9).