Чтение онлайн

. . . . .

Маша уже такая большая, что поправляет других, когда они говорят неправильно.

Мы втроем в ванной: Маша, мамся и я.

– Папсинька, скажи, ты любишь Машу? – спрашивает мама.

– Лублу, – отвечаю я (точно так, как еще месяц назад говорила Маша).

Маша – на руках у мамы – иронически смеется:

– «Лублу»!

– Папа неправильно сказал: лублу! А как надо сказать?

Отчетливо, четко, изысканно, как-то даже по-французски:

– Лю-блю.

…А вот уже совсем невеселый анекдот.

Перед праздником работала у нас Аня – несчастная женщина, муж которой в тюрьме. На руках трое детей, работает поденно. Дети – мал мала меньше – остаются дома одни, то и дело хворают.

Под Новый год Аня мыла у нас в столовой пол. Машка разговорилась с ней:

– Скоро к Машеньке Дед Мороз придет, подарки принесет, куклу принесет. Мячик принесет.

– А мне он что принесет?

– А тебе… тебе – камушки.

Мама и бабушка, которые работали в соседней комнате и слышали этот разговор, чуть не заплакали от огорчения.

– Правильно, Машенька, – усмехнулась Аня. – Мне только камушки и достаются в жизни.

Уверен, что Машка не только не хотела, но и не смогла бы так зло пошутить. Думаю, что она хотела сказать тете Ане приятное. Ведь камушки в ее обиходе – очень ценная валюта. Самый дорогой подарок, который она получила минувшим летом, – это красивые камушки, привезенные ей в подарок с Черного моря ее двоюродным братишкой Павликом.

2 ГОДА 5 МЕСЯЦЕВ

16.1.59.

По-прежнему любит книги, любит слушать чтение или «читать» сама. Импровизирует и стихи и прозу со скоростью пулемета.

Сегодня болтала минут пять: сочиняла заумные стихи – слова на одну рифму. Перебрала, кажется, все согласные:

Сосиська, Баласиська, Маласиська, Малакиська, Колосиська, Тиська, Валиська, Палиська –

и так далее.

. . . . .

Капаем в нос витамин «А». Я – Машке, Машка – своим куклам.

Для кукол у нас другая, сухая, чистая, пипетка и пустая бутылочка из-под лекарства.

Буквально и пунктуально повторяет все манипуляции, какие только что проделывал я: набирает в пипетку лекарство, капает по очереди в обе ноздри, вытирает у кукол под носиками и даже плачет за них и кричит противным «капризульным» голосом:

– Не хачччу! Не хачччу!..

Причем за каждую куклу на свой особый голос.

. . . . .

На ужин принесли ей глубокую тарелку манной каши.

– Не хаччу! Большая каша! Большая каша!

Понял: хотела сказать – слишком много каши!..

17.1.59.

Сегодня Маша рассказала маме сказку собственного сочинения.

«Мама пошла в ес собиять гьибы. Пьишол ежик и галавит маме:

– Мама, не собияй гьибы, они – гойкие».

. . . . .

Любит рисовать и делает в этой области некоторые успехи. Успехи, конечно, самые микроскопические. Еще недавно она просто чиркала карандашом по бумаге (а еще раньше рвала и царапала карандашом бумагу), а теперь пробует выводить кружочки, ломаную линию. «Нарисует» что-нибудь и кричит:

– Ой, зайчик, зайчик!

Или:

– Папа, смотри! Синдбад!

Иногда что-то угадываешь в этих ломаных и округлых линиях: уши, хвостик, собачью морду.

Очень хочет научиться правильно держать карандаш.

Поминутно спрашивает:

– Так? Пьявильно?

Держит карандаш очень, казалось бы, неудобно – между средним и указательным пальцами. Но ей, по-видимому, так сподручнее.

. . . . .

Разглядывала альбом карикатур Н. Радлова со стихами Гернет и Дилакторской. Там – звери. Многих она уже хорошо знает, но всегда кого-нибудь путает. Жирафа часто называет оленем, собак путает с лисицами.

На картинке изображена кошка, провожающая кого-то и машущая лапкой.

– Киска! Киска! – кричит Маша. – Киска «до свиданья» лапками галявит!..

30.1.59.

Завтра папа уезжает на месяц в Комарово, в писательский Дом творчества, работать. И вот накануне отъезда решил погасить задолженность перед Машкой.

. . . . .

У нас новая домработница – 48-летняя татарка Минзамал. По-русски говорит так скверно и так невнятно, что и я с трудом понимаю. А для Машки это и вовсе не хорошо. И без того много вокруг нее иноязычного. Но, как это ни странно, трудное имя Минзамал первая у нас в доме усвоила Машка.

Минзамал – маленькая, худенькая, как девочка. А лицо – сморщенное, как у старушки. Но коса у нее великолепная, длинная, буквально до пят. И Машка, обладательница двух крысиных хвостиков, смотрит с восторгом на эту толстую, длинную косу.

. . . . .

Машка пришла ко мне и канючит:

– Поиграй, папа, с Машей.

– Не могу. Папе надо работать.

Не отстает:

– Поиграй! Пожалуйста!

Я бросил перо.

– Ну что, – говорю, – мне с тобой делать?

– Играть!

– А работать кто будет?

– Мама.

. . . . .

Итак, до свиданья, Машенька! Завтра уезжаю. Оставляю эту тетрадку нашей дорогой мамсиньке.

Записи Элико

2.2.59.

…Нашла рубль и положила в кармашек. Ее спрашивают:

– Маша, для чего тебе рубль?

– Хочу купить много-много денег. – Потом добавила: – Килограмм денег.

…Маша «читает» из «Катауси и Мауси»:

Дженни туфлю потеряла, Долго пьякила, искала, Мейник туфельку нашел И на мельнице смолол.

Дальше сочиняет сама:

И чулочки нашел И на мельнице смолол, И штанишки нашел И на мельнице смолол. Тетю Вазу нашел И на мельнице смолол… [1]

– Нет, нет, – смеется она, – тетю не смолол!..

Или же читает:

Дети, в школу собирайтесь, Человек пропел давно…