Ты больна, но вся прекрасна, как мечта.Ты святою тишиною повита.Нет огня в твоих потупленных очах,Нет лобзаний и улыбок на устах.Мне не снять с тебя венчальный твой убор,Не зажечь стыдом мне твой невинный взор.Нет, мой друг, ты будешь мирно почивать, –Стану я твой чуткий сон оберегать.Люди злы, и нас с тобою осмеют.Мы не пустим их в наш радостный приют.
«Вижу зыбку над могилой…»
Вижу зыбку над могилой,Знаю, – мать погребена,И ребёнка грудью хилойНе докормит уж она.Нет младенца в колыбели,Крепко спит в могиле мать, –Только зимние метелиСтанут зыбку подымать.Эта зыбка и могила, –В них мой образ вижу я:Умерла былая сила,Опустела жизнь моя, –Кто-то вынул сон прекрасныйИз души моей больной,И томит меня безгласной,Бездыханной тишиной.
«Какие злые перемены!..»
Какие злые перемены!Зачем же вас я должен знать?Опять меня замкнули стены,Я каменеть начну опять.И шум и грохот воздвигаюОпять на улицах моих,И понемногу забываюО тишине ночей лесных,И учреждаю я торговлю,И зажигаю фонари,И забываю сад, и кровлю,И свежесть утренней зари.
«Я – бог таинственного мира…»
Я – бог таинственного мира,Весь мир в одних моих мечтах.Не сотворю себе кумираНи на земле, ни в небесах.Моей божественной природыЯ не открою никому.Тружусь, как раб, а для свободыЗову я ночь, покой и тьму.
«Одно моё спасение…»
Одно моё спасениеВ больной моей судьбе –Господне попечениеО суетном рабе.Он голову склонённуюОгнём грозы обвил,И плоть изнеможённуюБессильем поразил.Он сжёг мои желанияПылающим огнём,И сплёл мои страданияТерзающим венцом.Молитвою усердноюДуша моя горит.Рукою милосердноюГосподь меня хранит.Ведёт меня медлительноОн верною тропой.Тоска моя томительна,Молчанье надо мной.Иду в Отцовы дальные,Блаженные края,И дни мои печальныеБлагословляю я.Одно моё спасениеВ больной моей судьбе –Господне попечениеО суетном рабе.
«Он промечтал всю ночь, пока в его окно…»
Он промечтал всю ночь, пока в его окноНе бросил мутный день рассеянные взоры Сквозь полотно Дырявой шторы.Он промечтал всю ночь о счастьи неземном,О счастии вовеки невозможном Здесь, в этом крае злом И ложном.
Тихие стены
Приветствую тихие стеныОбители бедной моей.В миру беспощадны измены,Уйду я в забвенье скорбей.И что здесь меня потревожит?Жестокие раны горят,А время их муки умножит, –Мне ваша ограда поможетИ муки меня закалят.Замкнитесь же, тихие стены,Спасите, спасите меняОт вечной, коварной измены,От тусклого, скудного дня.
Лесная тропа
Темнеет лес вокруг, угрюмо-безответный.Печальный голос мой молчаньем заглушён.Бреду лесной тропой, едва-едва заметной,И мрак ползёт ко мне, ползёт со всех сторон.Тихонько я бреду, – моей мечте заветнойЕщё я верен всё, ещё гоню я сон,Мечтою сладостной и, верю я, не тщетнойИ очарован я, и сладко опьянён.Дыши тоской и злом, и чудища седыеСуровый, злобный лес, воздвигни на меня,Ропщи и угрожай, шепчи мне речи злые, –Я всё иду вперёд, томлений не кляня,Как верный пилигрим, к вратам Ерусалима, –И я пройду, о лес, пройду бесстрашно мимо!
Тёмный час
В тёмный час тоска меня томила,В тёмный час я пропил слёз немало, Но не смерть меня страшила, Не могила ужасала.Я о жизни думал боязливо,Я от жизни в тёмный час таился, Звал я смертный час тоскливо, О могиле я молился.По земному по всему раздолью,По земному лику – скорбь да горе. Но не вверюсь своеволью, – Приберёшь меня Ты вскоре.
«Не страстные томления…»
Не страстные томления,Не юный жар в крови, –Блаженны озаренияИ радости любви.Вовеки неизменнаяВ величии чудес,Любовь, любовь блаженная,Сходящая с небес!Она не разгораетсяВ губительный пожар, –Вовек не изменяетсяЛюбви небесный дар.Любить любовью малоюНельзя, – любовь одна:Не может быть усталоюИ слабою она.Нельзя любовью жаркоюИ многою любить:Чрезмерною и яркоюЛюбовь не может быть.Её ли смерить мерою,И ей ли цель сказать!Возможно только вероюБлаженную встречать.Вовеки неизменнаяВ величии чудес,Любовь, любовь блаженная,Сходящая с небес!
«Не могу собрать…»
Не могу собрать, Не могу связать, –Или руки бессильны?Или стебли тонки?Как тропы мои пыльны!Как слова не звонки! И чего искать? И куда идти? Не могу понять, Не могу найти.
«Я иду от дома к дому…»
Я иду от дома к дому,Я у всех стучусь дверей,Братья, страннику больному,Отворите мне скорей.Я устал блуждать без крова,В ночь холодную дрожатьИ тоску пережитогоТолько ветру поверять.Не держите у порога,Отворите кто-нибудь,Дайте, дайте хоть немногоОт скитаний отдохнуть.Знаю песен я немало, –Я всю ночь готов не спать.Не корите, что усталоБудет голос мой звучать.Но калитки не отворятДля певца ни у кого.Только ветры воем вторятТихим жалобам его.
«Под кустами…»
Под кустамиСнег лежит,Весь истаял,И сквозит.Вот подснежникПод ольхой, –Он в одеждеГолубой.Для чего ж онТак спешит?Что тревожит?Что томит?
«В изукрашенном покое…»
В изукрашенном покое Веселятся дети,И за ними смотрят двое, И не дремлет третий.Первый – добрый: улыбнётся, – Засмеются дети,Много игр у них начнётся, – И спокоен третий.Злой второй: он только глянет, – Подерутся дети,Сильный слабого тиранит, – И приходит третий.Он колотит без разбора, Присмиреют дети,И к себе уходит скоро. Но не дремлет третий.
Родник изведённый
Невозмутимая от века,Дремала серая скала,Но под рукой у человекаОна внезапно ожила:Лишь только посох МоисеевК ней повелительно приник,К ногам усталых иудеевИз камня прядает родник.Душа моя, и ты коснела,Как аравийская скала,И так же радостно и смелоВ одно мгновенье ожила:Едва коснулся жезл разящий,И гневный зов тебя достиг,Как песней сладостно-звенящейТы разрешилась в тот же миг.