Том 5. Багровый остров (с иллюстрациями)
Шрифт:
Хлудов. Исчерпан первый вопрос? Слушаю второй.
Корзухин(волнуясь). Второй касается непосредственно моего министерства, вследствие чего командирован именно я. Здесь на станции застряли грузы особо важного назначения. Испрашиваю разрешения вашего превосходительства к тому, чтобы их срочно протолкнули в Севастополь.
Хлудов(мягко). А какой именно груз?
Корзухин. Экспортный пушной товар, предназначенный во Францию.
Хлудов(улыбнувшись). Ах пушной экспортный! Попрошу вас, ваше превосходительство, дать мне точные сведения, в каких составах груз.
Корзухин(подает бумагу). Прошу вас.
Хлудов. Есаул Голован! Составы, указанные здесь, выгнать в тупик, в керосин и зажечь!
Голован, приняв бумагу, исчез.
(Мягко.) Покороче, третий вопрос?
Корзухин(столбенея). Положение на фронте?..
Хлудов (зевнув). Ну какое может быть положение на фронте? Бестолочь, из пушек стреляют! Командующему фронтом печку с угаром под самый нос подсунули, кубанцев мне прислал генерал Врангель в подарок, а они босые, сволочи. Ни ресторана, ни девочек! Зеленая тоска, вот и сидим на табуретах, как попугаи. (Внезапно меняя интонацию, шипит.) Положение… Поезжайте, господин Корзухин, в Севастополь и скажите, чтобы тыловые гниды укладывали чемоданы! На рассвете я открою Буденному Джанкой! И еще скажите, что французским шлюхам собольих манжет не видать! Пушной товар, сволочь тыловая! (Меняя интонацию, мягко.) Не истолкуйте превратно выкрика «сволочь», господин товарищ. О севастопольской сволочи говорю.
4-й штабной(в гробовом молчании ставки). Как французские министры Папе сделали визит…
Корзухин. Неслыханно. (Травлено озирается.) Я буду иметь честь доложить об этом командующему.
Хлудов(вежливо). Пожалуйста.
Корзухин(пятясь, уходит к боковой двери, по дороге спрашивает у 4-го штабного). Какой поезд будет на Севастополь сейчас?
Никто ему не отвечает. Слышно, как подходит поезд.
Начальник(мертвея, предстает перед Хлудовым). Принял с Кермана особое назначение.
Хлудов. Господа офицеры!
По окнам пробегают отблески салонов, слышен свист, поезд останавливается. Двери открываются. Первыми появляются двое конвойных казаков в малиновых башлыках. Вся ставка встает. В двери вырастает главнокомандующий. Он в заломленной на затылок папахе, в шинели до пят, с кавказской шашкой, генерал-лейтенантских погонах, в перчатках с раструбами, очень худ. На лице у него усталость, храбрость, хитрость, тревога. За главнокомандующим казаки вносят четыре свернутых знамени, а за знаменами появляется высокопреосвященнейший Африкан и ставку благословляет.
Главнокомандующий. Здравствуйте!
Штабные(шелестят тихо, как лес). Здравия желаем, ваше выскопревосходительство!
Хлудов. Попрошу разрешения у вашего высокопревосходительства рапорт представить совершенно конфиденциально.
Главнокомандующий. Да! Работу ставки приостановить. Всем оставить помещение! Знамена временно вынести. (Африкану.) Владыко, у меня будет конфиденциальный разговор с генералом Хлудовым.
Африкан. В час добрый, в час добрый!
Все выходят, за исключением одного штабного где-то в глубине, который, то пропадая в темноте, то освещаемый сигналами, стонет в телефон: «Тиун»… Да… Бронепоезд «Тиун»!
Главнокомандующий. Слушаю.
Хлудов. Противник взял Юшунь. Большевики в Крыму!
Главнокомандующий(становясь тучей). Поляки! А… Поляки!
Хлудов. И французы тоже.
Главнокомандующий. Э, генерал, сейчас не время говорить на вашу излюбленную тему. (Начинает мерить длинными шагами сцену, потам кричит в дверь.) Владыко!
Африкан, встревоженный, появляется.
Ваше высокопреосвященство, западноевропейскими державами покинутые, коварными поляками обманутые, в самый страшный час на милосердие Божие уповаем. Помолитесь, владыко святой!
Африкан(перед Георгием Победоносцем). Всемогущий Господь, за что новое испытание посылаешь чадам своим, Христову именитому воинству? С нами крестная сила, она низлагает врага благословенным оружием.
Начальник тоскует от страха.
(Главнокомандующий.) Дерзай, славный генерал, с тобою свет и держава, победе и утверждение, дерзай, ибо ты Петр, что значит камень. (Благословляет и Хлудова.) И ты, сын вернолюбезный отечества своего.
Хлудов. Сиваш, Сиваш заморозил Господь Бог. [Что же это делается, ваше высокопреосвященство? Вы ему в ноги бух, а он вас на Перекопе в пух!] Фрунзе по Сивашу как по паркету прошел! Видно, Бог от нас отступился. Георгий-то Победоносец смеется!
Африкан. Что вы, доблестный боец?!
Главнокомандующий. Я протестую против такого тона! Вы явно нездоровы, генерал, и я жалею, что вы летом не уехали за границу лечиться, как я советовал.
Хлудов(ощетинившись). Ах вот как? А у кого бы, ваше высокопревосходительство, босые солдаты на Перекопе без блиндажей, без бетону, без козырьков вал удерживали? У кого бы Чарнота в этот вечер с музыкой с Чонгара на Карпову балку пошел? Кто бы вешал, вешал бы кто, ваше высокопревосходительство?
Главнокомандующий(темнея). Что это такое?
Африкан. Господи, воззри на них, просвети и укрепи. Аще царство разделится, вскоре разорится!