Великого смятенияНастал заветный час.Заря освобожденияЗажглася и для нас.Недаром наши мстителиВосходят чередой.Оставьте же, правители,Губители, душителиСтраны моей родной,Усилия напрасныеСпасти отживший строй.Знамёна веют красныеНад шумною толпой,И речи наши вольныеУгрозою горят,И звоны колокольныеСлились в набат!
Весёлая песня
Буржуа с румяной харей,Прочь с дороги, уходи!Я – свободный пролетарийС сердцем пламенным в груди.Я терпел нужду и голод,А тебе был всюду ход,Но теперь твой гнёт расколот,Мой черёд идти вперёд.Ты себя не беспокоилНи заботой, ни трудом,Но подумай, кто построилДля тебя просторный дом!Из кого ты жилы тянешь?Что несёшь на биржу, а?Так со мною ли ты станешьСпорить, жирный буржуа?Свет от нас давно ты застишь, –Будет. Шкуру береги!Отворяй нам двери настежь,И беги себе, беги.Запирует на простореРаззолоченных палат,Позабыл былое горе,Вольный пролетариат.
«Тяжёлыми одеждами…»
Тяжёлыми одеждамиЗакрыв мечту мою,Хочу я жить надеждами,О счастии пою.Во дни святого счастияВозникнет над землёйВеликого безвластияСогласный, вечный строй.Не будет ни царящего,Надменного меча,Ни мстящего, разящегоБезжалостно бича.В пыли не зашевелитсяВопрос жестокий: чьё?И в сердце не прицелитсяБезумное ружьё.Поверженными знакамиПотешится шутяВ полях, шумящих злаками,Весёлое дитя.
«У правительства – нагайки, пулемёты и штыки…»
У правительства – нагайки, пулемёты и штыки.Что же могут эти средства? Так, немножко, пустяки.А у нас иное средство, им орудуем мы ловко,Лютый враг его боится. Это средство – забастовка.Рядом с ловкой забастовкой очень весело идётХоть и маленький, но тоже удалой и злой бойкот.
Земле
В блаженном пламени восстаньяМоей тоски не утоля,Спешу сказать мои желанья Тебе, моя земля.Производительница хлеба,Разбей оковы древних меж,И нас, детей святого неба,Простором вольности утешь.Дыханьем бури беспощадной,Пожаром ярым уничтожьЗаклятья собственности жадной,Заветов хитрых злую ложь.Идущего за тяжким плугомСпаси от долга и от клятв,И озари его досугомЗа торжествами братских жатв.И засияют светлой волейТруда и сил твои поляВо всей безгранности раздолий Твоих, моя земля.
«День безумный, день кровавый…»
День безумный, день кровавыйОтгорел и отзвучал.Не победой, только славойОн героев увенчал.Кто-то плачет, одинокий,Над кровавой грудой тел.Враг народа, враг жестокийВ битве снова одолел.Издеваясь над любовью,Хищный вскормленник могил,Он святою братской кровьюЩедро землю напоил.Но в ответ победным крикамВосстаёт, могуч и яр,В шуме пламенном и дикомТоржествующий пожар.Грозно пламя заметалось,Выметая, словно сор,Всё, что дерзко возвышалось,Что сулило нам позор.В гневном пламени проклятьяУмирает старый мир.Славьте, други, славьте, братья,Разрушенья вольный пир!
Искали дочь
Печаль в груди была остра, Безумна ночь, –И мы блуждали до утра, Искали дочь.Нам запомнилась навекиЖутких улиц тишина,Хрупкий снег, немые реки,Дым костров, штыки, луна.Чернели тени на огне Ночных костров.Звучали в мёртвой тишине Шаги врагов.Там, где били и рубили,У застав и у палат,Что-то чутко сторожилиЦепи хмурые солдат.Всю ночь мерещилась нам дочь, Ещё жива,И нам нашёптывала ночь Её слова.По участкам, по больницам(Где пускали, где и нет)Мы склоняли к многим лицамТусклых свеч неровный свет.Бросали груды страшных тел В подвал сырой.Туда пустить нас не хотел Городовой.Скорби пламенной язык ли,Деньги ль дверь открыли нам, –Рано утром мы прониклиВ тьму, к поверженным телам.Ступени скользкие вели В сырую мглу, –Под грудой тел мы дочь нашли Там, на полу.
«Четыре офицера…»
Четыре офицераВ редакцию пришли,Четыре револьвераС собою принесли.Они сказали грозно,Схватившись за мечи:«Пока ещё не поздно,Покайся, „Русь“, молчи.Писаньями обиженПолковник храбрых, Мин,Который столь приближенК вершинам из вершин.Коснулися вы честиГеройского полка,Так страшной бойтесь мести,Отложенной пока.Наш храбрый полк, писаки,Достоин русских войск, –В Гороховой атакеБыл дух его геройск.Был сразу враг сконфужен,Чуть щёлкнули курки,И даже стал не нуженЛихой удар в штыки.Итак, не сочиняйтеПро славу наших рот:Казённый „Вестник“, знайте,Достаточно наврёт.А если правды словоПрочтём о нас в „Руси“,Поступим так сурово,Что Боже упаси.Возьмём крутые меры,И сами вчетверомНе только револьверы,И пушку принесём».Умолкли все четыре.Свершивши этот акт,И, грудь расправив шире,Ушли, шагая в такт.
Спутник
По безмолвию ночному,Побеждая страх и сон,От собратьев шёл я к дому.А за мной следил шпион;И четою неразлучнойЖуткий город обходя,Мы внимали песне скучнойНеумолчного дождя.В темноте мой путь я путалНа углах, на площадях,И лицо я шарфом кутал,И таился в воротах.Спутник чутко-терпеливый,Чуждый, близкий, странно-злой,Шёл за мною под дождливойКолыхающейся мглой.Утомясь теряться в звукеПовторяемых шагов,Наконец тюремной скукеЯ предаться был готов.За углом я стал. Я слышалКаждый шорох, каждый шаг.Затаился. Выждал. Вышел.Задрожал от страха враг.«Барин, ты меня не трогай, –Он сказал, дрожа как лист, –Я иду своей дорогой.Я и сам социалист».Сердце тяжко, больно билось,А в руке дрожал кинжал.Что случилось, как свершилось,Я не помню. Враг лежал.
Весёлая народная песня
(На четыре голоса)
Что вы, старцы, захудали,Таковы невеселы,Головы повесили? «Отошшали!»Что вы, старые старухи,Таковы невеселы,Головы повесили? «С голодухи!»Что вы, парни, тихи стали,Не играете, не скачете,Всё ревёте, плачете? «Тятьку угнали!»Что вы, детки, приуныли,Не играете, не скачете,Всё ревете, плачете? «Мамку убили!»
За чай, за мыло
(Солдатская песня 1905 года)
Братцы солдатушки,Бравы ребятушки,Шибко поспешайте,Бунты утишайте.«То-то вот, что тощи,Черви лезут во щи.Наши командирыОтрастили брюхи».Братцы солдатушки,Бравы ребятушки,Злым не верьте людям,Мы вас не забудем.«Речи эти стары,Тары-растабары, –Наши командирыЗнают всю словесность».Братцы солдатушки,Бравы ребятушки,По сему случаюНе хотите ль чаю?«Чаю мы желаем,Только вместе с чаем,Добрым обычаем,Дайте командировНам не мордобойцев».Братцы солдатушки,Бравы ребятушки,Что вас сомутило?Не хотите ль мыла?«Прежде дули в рыло,Нынче дали мыла, –Ишь, залебезилоГрозное начальствоПеред нашим братом».